Ведьмино Наследство (СИ) - Завгородняя Анна Александровна

- Как куды? Тушить, помогать, - я обулась в кроссы, запихнув мешавшие шнурки в обувку. Времени не было даже толком шнурки завязать. Потом.

- Ох! – повторила моя хозяюшка. – Вядро возьми хоть! Оно тама, у колодца!

- Ага! – кивнула на ходу и только хлопнула дверью, вылетая наружу.

 Дом горел со стороны облюбованной мной веранды. Но жадное пламя уже перебиралось к крыше и центру. Пока я искала ведро, а потом бежала со двора, у дома Волкова уже толпился тот немногочисленный народ, проживавший в деревне.

 Кажется, все Ложечники вышли на подмогу. Я мельком разглядела Евдокию – она громыхала пока пустыми ведрами, топая по дороге. А вот и женщина, имени не помню, ну, у которой внучка. И молодуха – ее я прежде видела мельком.

 Появился здесь и совершенно незнакомый мне мужчина с красным баллоном, предназначенным для борьбы с пламенем, и еще пара незнакомых лиц. Только знакомиться сейчас было не время и не место.

 Я забежала во двор к Волкову, встала в очередь от колодца до дома, чтобы передавать ведра. Успела подумать о том, что таким методом потушить дом вряд ли удастся. Люди выстроились в цепочку от колодца до веранды. Передавая друг дружке ведра, полные воды.

Один из мужчин крутил колесо, доставая воду, разливал по ведрам и снова принимался за дело. В свете пламени лица присутствующих казались красными и отчего-то немного жуткими.

 В воздухе воняло гарью, дышало жаром и трещало дерево, под натиском пламени.

 Передавая ведра – мое уже затерялось – то и дело оглядывалась, пытаясь найти Добрыню. А еще хотела увидеть Прошку и Маркиза.

 Страшная мысль о том, что домовой и его любимец там, в доме, надышались дымом и, возможно, умирают, пронзила грудь. Еще и Волкова не было поблизости.

- Ох, беда-то какая! – рядом появился дед Степан с пока еще пустым ведром. Он перебросился с кем-то из деревенских парой фраз и встал рядом со мной, врезавшись в цепочку.

- Как это его угораздило? Проводка шо ли! – запричитал курильщик. Я покосилась на старика и удивилась, заметив, что он не курит. Но его вечная спутница трубка торчала из нагрудного кармана поношенной серой рубашки.

 Видимо, деду и так хватало дыма и без табачку.

 Но где же колдун? Почему не использует свою силу?

 Я передала ведро и вышла из цепочки. Рванула к дому, пытаясь отыскать Прошку или Волкова. И нашла.

 Обогнув здание с еще целой, не горящей стороны, вдруг увидела колдуна. Он, вместо того, чтобы помогать тушить свой дом, руководить, так сказать, процессом, склонился над широким и очень глубоким тазом, полным воды. Создавалось ощущение, что мужчина смотрит на свое отражение.

 Качнувшись, подошла ближе.

 Там, на дворе, по-прежнему трещало и пылало. Люди перекрикивались. Кто-то даже звал хозяина дома, видимо, тоже успев заметить, что Волкова нет, но я не слушала.

 Подойдя ближе, увидела на траве двух котов. Маленький лежал, тараща глаза на колдуна, старший, он же Прохор Иванович, сидел, обвив лапы хвостом и смотрел на дом.

 «Вот тебе и повышенный уровень защиты! – мелькнуло у меня в сознании. – А горит, как обычный дом. Или он был защищен от магии, не от пламени?».

 Не успела позвать Добрыню, как увидела, что он со всей дури стукнул ладонью по глади воды, наполнявшей таз.

- Призываю. Прошу о помощи, - проговорил колдун и вода всплеснулась, а затем под ее толщей словно надулся огромный пузырь. Я отшатнулась, уже догадываясь, что дальше произойдет.

 Если Волков меня и видел, то был слишком занят, чтобы хоть как-то отреагировать. А мне хотелось помочь, или хотя бы понять, не я ли послужила причиной возгорания.

 Домагичилась, как говорится.

   Тем временем в тазу происходило нечто невообразимое. Поднявшийся пузырь оказался почти высотой с рост Добрыни. А когда он лопнул, будто мыльный, всех, кто стоял поблизости, котов, Волкова и меня, обдало водой. В тазу плеснуло и над его поверхностью показалась уродливая, но очень знакомая мне, голова.

 Роман. Я сразу узнала местного водяного. Стало понятно, что хочет от этого толстяка колдун.

- У нас договор, - спокойно произнес Волков. Ох, мне бы его выдержку. Дом горит, каждая минута, нет, даже секунда, на счету, а он спокоен, будто скала. – Мне нужна твоя помощь.

 Роман поежился, огляделся. В тазу повелителю озерца и речушек явно было некомфортно.

- Фу, - выдал водяной. – Воняет-то как. – И поглядел рыбьими глазами на огонь, который трепал часть дома, где была веранда.

- Это кто ж так тебя? – то ли сочувственно, то ли с долей злорадной иронии, по голосу толком не понять, спросил Роман.

- Ты туши, потом поговорим, - отрезал Добрынюшка жестко (ага, он так умеет! Уж я-то в курсе). – Не тяни время.

- Хорошо, хорошо, - забулькал водяной, разворачиваясь в тазу.

 Домовой уставился на нечисть, широко открыв глаза. Видимо, живьем такого уродца он еще не видел. А котенок так и вовсе ноги сделал за ближайшие кусты малины. Я же осталась стоять на месте, лишь следила за тем, что происходит.

 Роман приподнялся, вцепившись сильными руками в края таза. Развернулся так, чтобы сидеть лицом к дому. Буркнул раздраженно:

- Што, не мог корытце пошире найти. Тут не развернуться!

- Времени не было. Что первое под руку попало, то и наполнил, - ответил Добрыня.

 Тут Роман чуть отклонился назад. Потом запрокинул голову и открыл ротяку. Из нее хлынула вода. Да такой напор, что любой кран позавидует. Даже пожарный шланг нервно курит в сторонке. У водяного был напор всем напорам на зависть. И я несколько минут любовалась процессом тушения, уже сообразив, что таким вот способом дом мы точно спасем.

 Волков в это время руки вверх поднял и как хлопнет, что было дури. Я даже подпрыгнула на месте от испуга.

 С неба, словно снежинки, посыпались блестящие точечки. Ну просто карнавал какой-то.

- Что это? – дала о себе знать.

 Добрыня обернулся. Темный взгляд пробежал по моему лицу.

- Магия. Пришлось деревенских немного усыпить. Не надо им видеть то, что делает Роман. Сама понимаешь, - он явно не удивился, увидев меня. А значит, все это время был в курсе, что я стою рядом, за спиной в паре шагов. – Это действует только на людей. Евдокия, к примеру, не уснет, - добавил колдун.

- Вот как, - проговорила тихо. Несколько секунд стояла молча, глядя, как Рома заливает дом водой. Отчего-то поняла, что роскошная кухня Добрыни теперь вряд ли подлежит восстановлению. А жаль. Готовил он отменно. На уровне моей домовихи.

 А потом словно обухом по голове.

 Что там сказал про нечисть и людей Волков?

 Эта магия усыпит только людей, не так ли?

 Бросив быстрый взгляд на Добрыню, резко развернулась и побежала назад, к колодцу и цепочке деревенских. В мыслях пойманной птицей билась яркая и, как мне казалось, вполне разумная идея. Вот и проверю свои догадки. А вдруг?

 Я выбежала во двор. Сердце гулко ударилось в груди, когда взгляд остановился на застывших жителях Ложечек. Все они, ну или почти все, замерли в том положении, в каком их застала магия колдуна. Кто-то с ведром в руках, кто-то с протянутыми руками, а кто и вовсе в нелепой или смешной позе. Магия, как говорится, не выбирает. Но меня интересовал только один определенный человек. Старик. Дед Степан.

 Я увидела его сразу. Дед стоял, держа одной рукой трубку, а другую тянул в сторону колодца, где ему уже передавали по цепочке ведро. И вся эта композиция застыла, будто созданная из воска мадам Тюссо.

 Старик явно не являлся нечистью.

 Я облегченно вздохнула, прошла вперед, увидев Евдокию, выходившую из темноты.

- Добрыня? – только и спросила продавщица.

- Ага. – Кивнула в ответ.

- И правильно. Ведрами это не потушить, - женщина устало привалилась к низкому каменному забору, окружавшему владения Волкова. Перевела дух.

- Как зелье? – воспользовавшись моментом и просто, чтобы поддержать беседу, спросила я.

  Медведица вскинула взгляд и улыбнулась так широко, что лишних слов не понадобилось.