Ричард Кнаак - Конь-призрак

Выкинув мрачные мысли из головы, Конь-Призрак ответил:

— Я не нашел ничего интересного. Может быть, там окажется что-нибудь важное для вас. Но я от души советую вам все сжечь, — а на вершину костра положить самого хозяина этих покоев, связанного и с кляпом во рту!

— Боже! Что же ты там нашел?

— Сейчас это неважно! Где принцесса Эрини?

— Я отослал ее, чтобы она немного отдохнула. Нам понадобятся все ее способности, когда подойдут драконьи полчища. Кстати, — по лицу Меликарда расплылась победная улыбка, захватив каким-то образом и деревянную маску, — мы овладели воротами. Это оказалось еще легче, чем взять дворец. Они буквально кинулись к нам, умоляя посадить их в подземелье, пока до них не добрались демоны! Твоя известность растет, Темный Конь.

— Я бы с удовольствием поделился ею с кем-нибудь. Принцессу охраняют?

— Я послал с ней охрану. Надеюсь, она в безопасности.

Темный Конь покачал головой:

— Я предпочел бы сам взглянуть на…

— Ваше Величество! — В комнату ворвался офицер в форме Гордаг-Аи — видимо, подчиненный капитана Истона. Судя по сбитому дыханию, он всю дорогу бежал. — Я решил сам доставить известия на случаи, если у вас появятся вопросы или приказания!

— Что случилось, офицер? — резко спросил Меликард.

— Наблюдатели заметили драконов!

— Так быстро! — Меликард глубоко вздохнул и оглядел всех, кто находился в зале, включая Темного Коня. — Идем. Я посмотрю на них сам, и я хочу, чтобы все высказали свои соображения.

Темный Конь заколебался, разрываемый беспокойством за свою благодетельницу, принцессу Эрини, и заботой о Талаке. Талак взял верх, но жеребец поклялся, что заглянет к принцессе, как только взглянет на устрашающую армию Серебряного Дракона.

Они вышли на один из самых высоких балконов дворца. Адъютант протянул королю длинную трубу, и Меликард приставил ее к глазу. Темный Конь без расспросов понял назначение трубы — через нее были лучше видны удаленные предметы. Колдуны создавали в прошлом подобные предметы, но эта, похоже, была сделана руками простого ремесленника.

— Я вижу их, — сказал наконец Меликард, опустив зрительную трубку. — Действительно, огромное войско! Такого драконьего полчища не собиралось, наверное, со времен осады Пенаклеса!

Пока остальные смотрели в трубу или ждали своей очереди, Темный Конь воспользовался собственным зрением, которое наверняка превосходило даже механическую игрушку короля. Меликард прав — войско было огромным, и во главе его скакал сам Серебряный Дракон. Как ни странно, Король-Дракон не походил на торжествующего победителя. Это было не похоже на хвастливого забияку Серебряного. С таким войском за плечами, ожидая увидеть покорно раскрытые ворота Талака, он должен бы выглядеть поуверенней. Может быть, он уже знает о ночных событиях?

Разглядывая драконов-военачальников, скачущих за своим господином, Темный Конь понял ужасную правду. Позади одного из драконов сидел не кто иной, как Мэл Кворин!

— Король Меликард! — Бессмертный повернулся к королю.

— Что случилось, друг мой? Ты разглядел что-нибудь?

Темный Конь яростно расхохотался:

— Разглядел ли я что-нибудь? Ваше Величество, вы, наверное, хотели, чтобы драконы безбоязненно подошли к воротам? Вы надеялись обмануть их, заставить думать, что предатели по-прежнему владеют городом?

Судя по выражению королевского лица, Конь-Призрак попал в точку. Темный Конь не видел ничего сверхъестественного в своей догадке — это был вполне логичный тактический ход.

Величественный жеребец склонил голову почти до уровня головы смертного.

— Ваш план провалился! Вместе с драконами скачет Мэл Кворин!

— Не может быть! — Меликард поднес зрительную трубу к глазу, пытаясь разглядеть Кворина. К сожалению, труба оказалась слишком маломощной. Раздраженный король швырнул ее на пол, одна из линз треснула, на что Меликард не обратил ни малейшего внимания.

— Я верю тебе и так! Но что случилось? Что за новая хитрость? — Он повернулся к адъютанту:

— Дайте знать отряду у ворот! Скажите, что наши замыслы разгаданы! — И другому адъютанту:

— Отправляйтесь к камере предателя и узнайте у стражи, что случилось и почему мне об этом не доложили!

— Не наказывайте стражников, Ваше Величество, — подавленно сказал Темный Конь. Он догадывался, как удалось освободиться Кворину. — Они растеряны и испуганы. Не исключено, что я сам послужил причиной побега этого дьявола. — Он не стал вдаваться в подробности, оставив объяснения на спокойные времена — если они когда-нибудь наступят.

Меликард кивнул, видя, как огорчен Бессмертный. Вдруг изуродованное лицо монарха еще больше исказилось от страха.

— Эрини! Он мог что-то сделать с ней!

В это Темный Конь не верил. Он предполагал, что шкатулка была для Мэла Кворина последним шансом улизнуть к своему хозяину-дракону на случай разоблачения Открыв шкатулку, Темный Конь невольно выпустил силы, освободившие пленного советника-предателя.

Но короля сейчас не интересовало мнение Темного Коня. Если ему не доложили о побеге Кворина, то могли не доложить и о новой попытке убить или похитить принцессу Эрини. Темный Конь был готов предложить свои услуги, тем более что собирался взглянуть на Эрини с самого начала, но тут в воцарившейся неразберихе прозвучал еще один голос:

— Что случилось? Меликард! Темный Конь! Что, драконы уже подошли к воротам?

— Эрини! — Увидев свою возлюбленную, король бросился к ней и взял за руки, не обращая внимания на смущенные лица подданных. Принцессу, похоже, больше волновало, почему все собрались здесь.

— Я не смогла больше спать, — сказала она, отойдя от короля к балконной ограде. — Мне казалось, что, пока я сплю, что-нибудь случится.

К ней присоединился Меликард, немного не в себе от сумбура, творившегося в его голове.

— Драконы показались на горизонте. И еще. Темный Конь говорит, что с ними Кворин.

— Кворин? Какой ужас. — Эрини посмотрела на север, как будто пытаясь разглядеть подступающую армию невооруженным глазом, без помощи какого-либо приспособления или собственного колдовства.

Темный Конь фыркнул: «Ужас!» Он ждал от принцессы, больше всех ненавидевшей Кворина, совсем иной реакции. Приглядевшись к ней повнимательней, он заметил, какое у Эрини бледное отрешенное лицо. Наверное, такая вялая реакция вызвана приступом безразличия или просто усталостью — ведь ей удалось поспать совсем недолго. Ей не приходилось бодрствовать по несколько суток, как Меликарду и его людям. «Если бы я только умел спать! Я спал бы целый год, не просыпаясь! Но сперва разобравшись с Сумраком».

Сумрак. Темный Конь все никак не мог понять, ради чего волшебник заставил его пуститься в бесконечную и бессмысленную погоню. Сумрак хотел его отвлечь. Но от чего?