Марина Казанцева - Жребий Судьбы

О, если бы он был настоящим магом! Если бы имел в своём арсенале такие средства, которые позволили бы решить проблему! Но, что он может? Уничтожить десяток-другой тварей своим мечом? Поджечь что-нибудь? Больше ни на что его магическая сила не годилась. Так какой же он дивоярец? Дивояр — это сила! Это мощь, это власть! А он лишь мелкий волшебник средних способностей, затерявшийся в Поиске. Он решает лишь свои проблемы, которые не имеют к этому миру никакого отношения. Так что же он делает в этом мире?!

Лён вдруг ощутил, что Леночка слегка отстранилась от него и теперь смотрит ему в лицо. Он повернулся к ней и увидел её глаза совсем близко. Глубокие серо-голубые глаза, окружённые длинными ресницами. Она была привлекательна даже в лишениях. Даже старая куртка не делала её юное лицо некрасивым. Но в глазах Леночки ощущалось нечто странное.

— Я знаю, — прошептали её губы так близко от его губ что он подумал, что ему надо лишь немного приблизиться к ней, чтобы поцеловать. — Я знаю, ты не тот, за кого себя выдаёшь.

Он молча смотрел на неё, не двигаясь и не говоря ни слова, но внутри всё словно оборвалось.

— Ты не наш. — сказала ему девочка, всё так же глядя в его глаза своими расширенными зрачками. — Ты особенный — я это чувствую. И Рип не врал, когда сказал, что ты пришёл к нам из другого мира. Я никогда не верила в волшебников, но теперь знаю, что ты пришёл, чтобы спасти нас. Ты сможешь, Лён. Я знаю, что ты сможешь. Если что-то не придёт извне, мы все погибнем.

Он не отвечал и продолжал смотреть ей в глаза, но отчаяние скрутило его, как судорога. Как вырвалось наружу то, что он скрывал изо всех сил? Лишь от Рипа он не прятался, потому что не имеет смысла прятаться от демона. А тот играл с ним в двусмысленную игру: притворялся другом. Но Рипа он мог отшить, а что скажешь ей, которая от безысходности уверовала в невозможное, в то, чего в этом мире не было: в волшебство. Рациональный технологический мир, в котором не было необходимости в сверхреальном. Мир, в котором всё решало соотношение сил. И вот он пал, как глиняный колосс, а девочка, которая верила в действенность всего того, что прилежно вкладывали ей в голову в школе и дома, ждёт спасения от того, кто не смог спасти даже своих родителей. Они — две сироты, лишившиеся всех родных. Но у Леночки есть в этом мире братья — все те, кто выжил и борется. А что есть у Лёна? Он беднее, чем она.

Нет, это что-то иное. Это просто первая влюблённость — она ищет того, кто более подходит её идеалу. Просто он первый, кто появился рядом с ней в этом мире. Первый, на кого она посмотрела, как на героя — разве не завалил он тех четверых орангов на генеральской дачке? Пусть Карсон и Эскабара большие герои, чем он, но выбрала-то она его! Но вот пройдёт день-другой, и её герой испарится из этого мира. Он пришёл сюда решать свою задачу.

Лён едва вздрогнул, ощутив, как губы девушки легко коснулись его щеки. Он не мог обмануть этой робкой ласки, и нежно обнял её за плечи, привлекая голову Леночки себе на плечо. Не разрушить волшебство этого момента, этого наивного доверия — всё, что он может. Остальное решит жизнь.

Аэродром был огромен и пустынен. Самолёты стояли на взлётных полосах, но в целом обстановка напоминала сцену из фильма «Лангольеры» — молчание и неподвижность.

— И что же делать? — прервал молчание Карсон. — Я не умею управлять самолётом. Ты, Мик, умеешь?

— Да, я умею. — ответил тот, внимательно обозревая авиационный парк. — Но только не пассажирские авиалайнеры, а самолёты среднего класса — вроде того, который я вижу сейчас у дальней стены. И, кажется, стёкла целы. Но нам придётся ограничить количество пассажиров до десятка человек.

— Так оно и будет. — подтвердил Карсон. — Здесь мы разделяемся. Я отправляюсь с женщинами и детьми в убежище в горах, а ты, Мик, бери самых боевых и отправляйся на Запад.

— Скажи, Мик, чего ради вы решили предпринять этот перелёт? — спросил Лён у Эскабары. — Неужели, только затем, чтобы посмотреть, где вывели этих рыжих тварей?

— Не знаю. — ответил тот. — Нам просто больше нечего делать. Отправиться в горы, чтобы скрываться от орангов и ждать, когда те начнут отлавливать последние запасы ходячей жрачки? Вон Карсон верит, что мы делаем благое дело, собирая беженцев в бескормном месте. Но, что он будет делать с ними, когда придёт зима? Когда начнутся эпидемии? Сельское хозяйство разрушено, производство прекращено, не работают электростанции. Кончатся последние запасы горючего, прикончат за год-другой все пищевые припасы. Дальше что? А это хоть какое-то занятие. Да, я не вижу возможности дальнейшего выживания. Но, я хочу разрушить из мира орангов как можно больше прежде, чем умру. А эта лаборатория, мне кажется, есть самое большое дерьмо из всего, что случилось с нашим миром за последние сто лет.

Решено было, что Карсон уходит с частью группы в горы. В аэропорту имелись машины, достаточно вместительные и с хорошей проходимостью на такой случай. Странно было, что оранги оставили без присмотра такой стратегический объект, как аэропорт, хотя тут везде имелись следы их деятельности. Так были раскромсаны все пищевые автоматы в залах ожидания, и по полу валялись рваные пакеты из-под чипсов и воздушной кукурузы. Полный погром был так же в закусочной, все стены исписаны похабщиной, везде обезьяний помёт. Самолёты тоже пострадали — изрезаны кресла, выбиты окна, разгромлены бортовые бары.

Но, всё же удалось отыскать приличную машину, на которой Карсон собирался довезти до гор женщин и детей с частью мужчин. Им помогли собрать два больших внедорожника, погрузили топливо в канистрах, нагрузили кое-какие припасы, которые ещё сохранились, и попрощались.

— Давай, Эскабара, врежь этой учёной сволочи по мозжечку. — жёстко выразилась немолодая Ванда.

— Удачи, Мик. — кратко сказал Карсон. — Надеюсь ещё услышать о тебе.

За океан отправлялись Эскабара как глава экспедиции, Рип Ванон, Вадим, Джойс, Лён и Леночка, которая с возмущением отказалась последовать в убежище с Карсоном. Джойс только с улыбкой посмотрела на неё и переглянулась с Эскабарой. Седьмым членом экспедиции был не человек — это был оранг в генеральской фуражке.

— Он был учителем, — с ненавистью сказала Леночка. — и он резал детей, чтобы спасти свою шкуру.

Разговор о Вадиме возник случайно. Они сидели втроём и разговаривали о том, о сём. Рип Ванон, Леночка и Лён. Самые молодые участники экспедиции, они отделились от остальных, занятых делами. Эскабара был занят пилотированием самолёта, Джойс сидела рядом с ним в пилотской кабине — эти двое явно нравились друг другу, а пассажирам делать было нечего и они просто разговаривали, разделившись по интересам. Справа у иллюминатора расположился в кресле оранг и усердно пожирал всякие припасы, найденные в самолёте — сушёные кальмары, чипсы, конфеты, шоколад и запивал их пивом.