Шавина Виктория - Научи меня летать

- Ну так? - деловито спросили злодеи, уставившись на человека. - Поможешь нам выбраться? Спины напекает.

- А вы объясните клубкам, что я не дичь? - строго прищурился Хин.

- Объясним?! - братья изумлённо скосили глаза друг на друга. - Ты что! Не будь жестоким самовлюблённым эгоистом: нельзя лишать их смысла жизни!

Мальчишка топнул ногой:

- А если они однажды меня сожрут?

- Нам будет очень… - парочка задумалась. - Как его…

Хин вздохнул:

- Тогда болтайтесь до вечера. Я занят, - он повернулся к инструменту.

- Хорошо-хорошо, постой! - наперебой заголосили злодеи.

Юный Одезри оглянулся, не скрывая довольной улыбки:

- Итак?

Братья тяжело вздохнули и трагическими голосами, словно переступая через себя, изрекли:

- Можешь пнуть Бекара, - повисла пауза. Хитрая парочка умильно оскалилась и объяснила: - Он вылетит, и мы освободимся. Только ты не жалей, размахнись как следует. А мы уж позаботимся о том, чтобы он тебе не отомстил. Ну как: хороша сделка?

Мальчишка тихо зарычал:

- Упрямцы!

- Хе-хе, - откликнулись братья.

- Нет, не хороша, - разочаровал их Хин и плюхнулся на подставку перед клавесином.

Злодеи озадаченно насупились, но вскоре просияли:

- Последнее предложение: можешь пнуть его дважды!

Келеф медленно вплыл в комнату. Синкопа вбежал следом за ним и направился было к клавесину, но уан предупреждающе взмахнул рукой.

- Хочешь присутствовать - устраивайся здесь, - изящная ладонь указала на потолок над дверью.

Паук не стал спорить и вернулся обратно. В коридоре притаились пушистые твари, у порога сели три червя. Сил'ан окинул взглядом несчастные морды драконикусов, торчавшие из окна, и подытожил:

- Все в сборе. Ты, - он обернулся к Хину и велел, - за инструмент.

Мальчишка уже шагнул к клавесину, но остановился:

- За который? - уточнил он.

- Правильно идёшь, - заверил его Келеф.

Хин привычно уселся на подставку.

- Итак, - проговорил Сил'ан, проплывая мимо, - с тобой занимались Синкопа и Хахманух. Музыкальной грамотой, аккомпанементом, сольфеджио - пока, что касается музыки, больше ничем?

- Нет, только этим, - вежливо согласился мальчишка.

Хахманух расправил гребень и глянул на паука. Тот и сам казался довольным.

Келеф проплыл обратно.

- Каждый день час на три дисциплины, час на отработку техники и ещё час или два на разучивание произведений?

- Всё, как ты требовал, - подтвердил мальчишка.

Уан остановился в шаге от него:

- Порядок диезов.

- Фа-до-соль-ре-ля-ми-си, - улыбнулся Хин.

- Бемолей.

- В точности наоборот. Рассказывать?

- Три бемоля. Тональности?

- Ми бемоль мажор, до минор.

- В любой из них квартсекстаккорд доминанты с разрешением в шестую ступень, - велел Келеф.

Синкопа поджал лапы, Хахманух нервно переступил на месте и прижал брюхо к полу. Мальчишка, не задумываясь, сыграл оба аккорда в малой октаве.

- Четыре диеза, - продожил уан.

- Фа-до-… - мальчишка неожиданно рассмеялся. - А! Ми мажор, до диез минор.

- Трезвучия главных ступеней… Хорошо. Назови все обращения доминантсептаккорда.

- Терцкварт-, квинтсекст- и секундаккорды.

- Спой их в ля-диез мажоре. С разрешениями.

Хин впервые посерьёзнел, кашлянул.

- У него голос ломается, - осторожно вступился Синкопа. - Прозвучит ужасно.

- Если я сказал: "пой", то пусть поёт, - ответил Келеф.

Мальчишка вздохнул и подчинился.

- Нарэньсама, - выдохнул Сил'ан после первого же "соль диез-ля диез-до дубль диез-ми диез", - нет, я передумал. Можешь сыграть.

Хин потупился, прозвучали шесть аккордов, объединённых легато по два.

- От ре бемоль - тритоны, - распорядился уан. - От си диез малая септима. Фа бемоль - децима. В любой тональности построй уменьшённый и малый вводный с разрешениями. Хорошо. Гаммы с расходящимися, фа минор: натуральная, гармоническая и мелодическая. Потом две в параллельной тональности.

Мальчишка не сбился ни разу, но после каждой гаммы тщательно вытирал руки платком.

- Не надо волноваться, - усмехнувшись, подбодрил его Келеф. - В любом случае, я уже доволен.

Синкопа с облегчением повис на паутине, а черви довольно потёрлись друг о друга. Хин наклонил голову и счастливо улыбнулся. Сил'ан провёл по крышке клавесина ладонью:

- В пределах одной октавы покажи мне пентатонику, затем натуральный звукоряд, хроматический, дорийский минор, миксолидийский, снова дорийский и натуральный. Закончим диктантом, и, если справишься, можешь по праву гордиться собой: я позволю тебе учиться обращению с копьём у Орура.

- У старейшины? - мальчишка нахмурился. - Он обо мне не лучшего мнения.

- Обсудим позже, - прервал его Келеф. - В крепости мне уже надоело, и есть позволение Каогре-уана осмотреть его владение. Поедешь со мной, наследник?

Хин хмыкнул, пытаясь понять, что кроется за сдержанным, но неискренним тоном правителя и новым обращением.

- Поеду, - сказал он прямо. - Почему нет?

Сил'ан равнодушно прищурился:

- Тогда играй, и смотри не разочаруй меня.

Келеф объезжал селения стороной, а на четвёртый день путешествия и вовсе приказал охране не следовать за ним и расположиться на отдых. Воины не посмели перечить, спешились и стали рассёдлывать ящеров. Сил'ан развернул своего динозавра туда, где простирались необжитые земли. Хин поравнялся с ним. Уан только взглянул в его сторону, но ничего не сказал.

В небе, чистом и безоблачном, медленно занимался рассвет. Мальчишка плотнее закутался в меховую шкуру. Чужие владения отличались от родных краёв только изредка встречавшимися нагромождениями камней и торчавшими из земли красными скалами, которые поначалу удивили воинов, но вскоре всем наскучили. К виду сухой саванны юный Одезри давно привык и оглядывался лишь потому, что пытался понять, куда и зачем собрался уан. Едва охрана осталась за горизонтом, Келеф перевёл ящера на шаг, словно и вовсе не торопился, и это окончательно сбило Хина с толку.

- Куда мы направляемся? - спросил он.

Сил'ан подъехал ближе.

- Я наблюдал за тобой и людьми, - заговорил он напевно. - Ваши глаза не видят того, что мои - тебе следовало остаться с воинами.

- Воины считают меня неженкой и слабаком, - ответил Хин, - оставаться с ними радости мало.

Уан посмотрел на него:

- Это из-за музыки?

Хин сотворил жест незначения:

- Орур дважды пытался меня вразумить - дескать, что я за мужчина, если не знаю, какой стороной держать дубинку. Образно выражаясь.

- И ты дважды ему отказал?

- Просто я больше доверяю тебе.

Правитель склонил голову набок и, казалось, пытался прочесть мысли человека.