Анатолий Нейтак - Камень и Ветра 5. Путь наверх

Блистательный лорх извлёк из-за пазухи запечатанный конверт и повернул так, чтобы присутствующие увидели личную печать государя. Подойти к генералу для передачи конверта Сильвезий, разумеется, и не подумал. Виналий прищурился, потом сделал короткий жест. Один из адъютантов двинулся было вперёд, но остановился, когда Сильвезий предупредительно поднял ладонь.

- Пометка "лично в руки", – сказал он. – И пометка "срочно". Генерал?

С явной неохотой Виналий поднялся, подошёл, припадая на левую ногу, забрал конверт и прошёл обратно. Только снова утвердившись на стуле, генерал вскрыл послание и углубился в чтение. Брови его при этом медленно, но верно сходились к переносице.

- Что значит, – скрежетнул он, поднимая взгляд от письма, – "в кратчайшие сроки форсировать Минаэлу, используя военно-воздушные силы"?

- Полагаю, – ровно сказал Сильвезий, – это значит именно то, что значит. Пора выбираться из позиционного тупика, используя наличные преимущества.

- Чушь и бред! – рявкнул Виналий. – Мы не можем продолжать наступление, пока у проклятых дагарцев на том берегу полуторное превосходство в живой силе!

- Даже куда более значительный численный перевес, – заметил Сильвезий всё так же ровно, – не мешал полководцам былых времён выигрывать кампании.

- Блистательный лорх полагает себя опытным полководцем?

По залу прокатились нервные смешки.

- Блистательный лорх, – сказал Сильвезий, – полагает, что славы хватит всем. И тем, кто ходит по земле, и тем, кто летает по воздуху. Кроме того, приказ нашего государя не допускает неоднозначных толкований.

- И я исполню этот приказ, не сомневайтесь, – генерал Виналий неожиданно почти успокоился. – Кэптен Дормалий!

- Здесь, генерал.

- Каковы ваши общие силы?

Вопрос был странен. Почти так же странен, как если бы главный казначей попросил своего помощника напомнить ему итоговые цифры вчерашнего отчёта. Но кэптен ответил сразу:

- Два агорбальна, "Гранитный гром" и "Ледяная смерть". Усиленные эскадры таннелерр, вторая, третья и пятая, по семь судов в каждой. Отдельная полуэскадра нур-кэптена Лесия, три таннелерры серии "Штурм". Военные транспорты нур-кэптена Тирвелия, ординар-эскадра. Наконец, несколько малых судов воздушной разведки.

- И ещё моя "Ночная птица", – мягко добавил блистательный лорх.

- Прекрасно, – Виналий слегка повернулся на стуле. – Полковник Хиргес?

- Мой генерал?

- Вы отлично знакомы с оперативной обстановкой. Штабной офицер всё-таки. Я высоко ценю столь способных людей, как вы, поэтому поручаю вам тактическое командование наступательной операцией, которой требует наш государь. Обсудите с… господами Дормалием и Сильвезием… как вы там выразились? А! "Возможности взаимодействия разных родов войск". Я пока подготовлю приказ о наступлении. Можете идти, ординарец с подписанным приказом вас отыщет.

Зеркало затянула радужная дымка.

- Что случилось? – взволновалась Эннелия.

- Ничего. Я удовлетворила своё любопытство. Если ты внимательно слушала и смотрела, то ты тоже сделаешь верные выводы. А ну-ка, прекрасная эльи: что ты можешь сказать о генерале?

- Он не любит моего мужа. И кэптена – тоже.

- А почему?

- Не знаю.

- Подумай. Чего хотят военные?

- Побед. Славы. Блистательный лорх говорил о славе… её хватит всем: и тем, кто ходит по земле, и… – ореховые глаза прекрасной эльи широко распахнулись. – Да ведь генерал Виналий завидует тем, кто водит летающие суда!

- Верно! Почему он им завидует, тоже понятно, не так ли?

Высокий лоб прекрасной эльи рассекли едва видные парные морщинки.

- Без воздушного флота генерал не может атаковать. Или может, но это будет кетийская победа. А если с флотом, получается, что одержанная победа – не его. Не только его. Но ведь это глупо, – сказала Эннелия почти жалобно. – Мой супруг говорил правильно: славы хватит всем.

- Вот ты и добралась до страшной мужской тайны.

- Какой?

- Они на самом деле ничуть не умнее. Они просто думают о другом и немного не так, как женщины. Но дураков среди них хватает, уж ты мне поверь!

Дверь, ведущая в "нашу" комнату, распахнулась. Вошли Сильвезий, Дормалий и Хиргес.

- Уселась на свою любимую тему, Эйрас?

- Которую из них?

- Ну, любимых у тебя только две. Какая на самом деле простая штука высшие заклятья и как много вокруг дураков, со странным упорством не желающих понимать простейшие вещи.

- Дураков вокруг действительно много. Взять хоть Виналия. Он совершенно забыл подумать о том, что станет с его драгоценной пехотой как родом войск, если неполный полк, который он даст Хиргесу для поддержки операций флота, не только отвоюет плацдарм на другом берегу, но и сможет наступать в условиях многократного превосходства противника в живой силе.

- Ещё бы он об этом подумал! – фыркнул блистательный лорх. – С его точки зрения флот может только красиво бомбить вражеские укрепления. Во взаимодействие родов войск он просто не верит. Как же! Эту идею ведь отстаивает даже не коренной интариец, а всего лишь выслужившийся потомок эмигрантов из Орвата! Вот и пусть означенный потомок эмигрантов ломает свою чересчур удлинившуюся шею, выполняя задание, которое невозможно выполнить.

- Постойте! – нахмурился Дормалий, до которого начала доходить суть разговора. – Неполный пехотный полк? Откуда вы…

- Просто немного логики, кэптен, – сказала я ему. – Вашу беседу в штабе мы с эльи Эннелией, конечно, подслушали, но вычислить намерения Виналия можно и без чтения его мыслей.

- "Конечно, подслушали"? "Чтение мыслей"? Не стану даже упоминать о том, что зал для совещаний защищён от прослушивания совместными усилиями трёх высших лорхов…

- И подслушали, и подсмотрели, – наябедничала Эннелия, кивая на зеркало.

- …но чтение мыслей? Эльи Эйрас, вы начинаете меня пугать.

- Не бойся, дружище, – хмыкнул Сильвезий. – Для тех, кто выступает на её стороне, она не представляет опасности.

- Как ты неправ, ученик! Я наиболее опасна как раз для своих. Только не в грубом смысле этого слова. Сильнее всего я меняю именно тех, кто находится ближе.

- Так. Пойдём-ка на "Ночную птицу". Я отказываюсь начинать серьёзный разговор в таком унылом месте и так близко от генеральского… филе.

Вставая, я серией быстрых жестов отправила в исходные точки реальности зеркало, столик и кресло, в котором сидела. Когда эльи Эннелия также поднялась на ноги, её кресло последовало за моим. Молчаливый полковник Хиргес и кэптен Дормалий только поморгали, наблюдая, как бесследно испаряются твёрдые и ощутимо материальные предметы. А вот Устэр просто-таки сделал стойку, пытаясь понять, что и как я делаю.