Байрон Прейс - Последний дракон

Ясветр направил всхрапывающего коня на небольшой холмик и оттуда осмотрел войско. Симбалийская армия присутствовала лишь малой частью, и его офицеры не знали ничего о численности противника, кроме числа прибывших лодок. Многим фандорцы казались простыми крестьянами, которые просто устали завидовать богатству, мощи и красоте Симбалии, но Ясветр был уверен, что у войны есть другая причина. Он не верил, что фандорцы каким-то образом подчинили себе дракона и что это была единственная причина их нападения.

Он послал Талена с тремя кораблями на Камеранскую равнину с заданием ошеломить фандорцев и вытеснить из холмов в низину, где их можно было бы легко окружить и заставить отойти к побережью.

Подвергать корабли опасности нападения дракона, который мог вернуться в любой момент, было, конечно, рискованно, но это была единственная возможность закончить войну быстро и без кровопролития.

Армия замерла перед королем в почтительном молчании. Он знал, что они ждали его речи. От монарха всегда ожидают подобного. Ясветр поднял правую руку.

— На нас напали крестьяне и рыбаки! — громким голосом начал он. — У них нет сил захватить наш лес. Эта война закончится к утру.

Затем он вкратце описал свой план с кораблями и продолжил:

— Мы встретим окруженных фандорцев в низине и возьмем в плен всех, кто откажется отступить к побережью.

Раздались приветственные крики, но один молодой солдат, верный принцессе, сердито выкрикнул:

— А как же драконы? Посылаете нас против чудовищ без всякой защиты!

— Мы пока видели только одного дракона, — ответил Ясветр, — и нет причин полагать, что их много! Флот воздушных кораблей с симбалийскими лучниками на борту даст отпор любому дракону!

Это заявление солдатам понравилось, гул согласных голосов стал сильнее. Ясветр указал рукой на Вору:

— Генерал Вора проведет совет с капитанами. Сейчас мы направимся к краю леса и будем там ждать завершения маневров Талена.

Ясветр поднял коня на дыбы и помчался на запад, в то время как капитаны подошли к генералу, чтобы выслушать приказания.

Виллен тоже поспешил вперед, отряхивая землю с одежды. У него было столько же прав выслушать слова Воры, как у любого капитана армии. Жизни северян тоже были на кону. Да разве не они первыми понесли потери?

Туман окутал завесой отчаяния Камеранскую равнину. На отвесном утесе, с которого открывался вид на низину, стояли старейшины Фандоры. Йондалран, измотанный, но по-прежнему сосредоточенный, рассматривал лес на горизонте. Лэгоу прислонился к стволу искривленного ветром дерева. Рядом с ним стояли Тэмарк и Пеннел.

— Еды на вечер хватит, — сказал Тэмарк.

— Это так. Но люди боятся другого, — сказал Пеннел.

— Темноты?

— Не то чтоб темноты, но тишины, ожидания. Странно, ни одного корабля в небе, хотя с нашего берега мы видели дюжины.

Дэйон присоединился к группе с маленькой яркой ящерицей в руке.

— Смотрите, — сказал он, — если потрогать живот, она меняет цвет!

Он уже собирался показать, как она это делает, но его остановил отец:

— Брось сейчас же! Это ловушка!

Дэйон удивленно моргнул:

— Отец, это всего лишь ящерица!

— Возможно, — сказал Йондалран, — а может быть, замаскированный колдун. Брось.

Дэйон неодобрительно покачал головой, но ящерицу отпустил, и она немедленно юркнула под камень.

— В стране волшебников следует всего опасаться, любых существ, — наставительно сказал отец.

Дэйон кивнул и отошел на пару шагов к Лэгоу.

— Думаю, что здесь никого нет, — сказал он колеснику из Джелриха.

— Если так, то убеди отца, что пора возвращаться домой.

Дэйон покачал головой:

— Мой отец не вернется домой, пока не убедится, что виновные в смерти брата понесли наказание.

Лэгоу нахмурился и устремил взгляд на покрытые травой холмы, вдали переходящие в каменистые утесы.

— Раньше ты, бывало, спорил с отцом, Дэйон. Тебя изменила власть или захватила горячка войны?

— Я помогаю отцу, Лэгоу! Мы все должны помочь ему. Он не за славой сюда пришел, а за справедливостью!

— За справедливостью, — спросил Лэгоу, — или за местью? Это разные вещи. Первая защищает тебя, а вторая поглощает. Я боюсь, твой отец жаждет мести, молодой человек. Я боюсь, что все, что мы сделали, страну нашу не защитит.

Дэйон не ответил.

Как самый младший из старейшин, Тенньел из Боргена получил скверный приказ. Ему предстояло обеспечить переход оставшихся фандорцев с побережья в холмы на краю Камеранской равнины. Задание было трудным. Большинство отставших были ранены или больны, как молодые, так и старики. Тенньел не горел желанием воевать, но все же считал, что армию следует держать в порядке и идти желательно стройными рядами. Ему была ненавистна мысль о том, чтобы пускаться в споры с людьми, но он гордился тем, что отвечает за них и защищает их.

Вдруг с запада раздался крик. Тенньел попытался рассмотреть сквозь туман хотя бы что-то. Кричали на другой стороне ближайшего холма. Он быстро туда побежал, в ужасе думая о том, что началась атака симбалийцев.

Он бегом взлетел на вершину холма и с удивлением увидел молодого человека в черно-белом наряде, грациозно раскланивающегося перед группой аплодирующих людей.

— Что ты делаешь?! — закричал Тенньел.

Молодой человек улыбнулся, сделал пару пируэтов и остановился прямо перед старейшиной.

— Танцую! — сказал он весело.

Тенньел нахмурился:

— Ты отвлекаешь людей!

— Ерунда! Я их веселю!

Тенньел поморщился, глядя на выбеленное лицо танцора и его маску. Немногие танцоры присоединились к армии, но Тенньел уже видел труппу из Тамберли на борту лодки. Обычно танцоры путешествовали и давали представления группами, но этот вроде бы был один.

— Я не помню тебя, — сказал Тенньел.

— И я тебя, — ответил молодой человек.

— Ты из Боргена?

— Я из Фандоры.

Тенньел снова нахмурился. Несколько ополченцев, наблюдавших за этой сценой, прыснули, и от этого его настроение не улучшилось.

— Так, — решительно сказал он, — нам предстоит бой с симбалийцами. В армии нет места дуракам и хвастунам Я могу отправить тебя обратно.

— Я нужен здесь! — сказал танцор, делая изящный прыжок в сторону. — Твои солдаты грустны, как сироты. Мои танцы их развлекают.

Тенньел начинал злиться по-настоящему. Ему уже не первый раз бросали вызов на этой войне, но он надеялся, что это будет последний.

— Нам танцы нужны еще меньше, чем туман! — сказал он.

— Да, но нам именно что нужен туман, — ответил танцор, — он укрывает нас от симбалийцев!