Алсана Злолотце - Линия Ветра

— Прикажете выступать? — Ули, старший из отряда гвардейцев, которые полагались каждому члену Конкерана и о которых Мару пришлось вспомнить после того, как все это началось, переложил шлем в другую руку.

Граф пощупал самострел сквозь рукав и кивнул. Завтра герцог Бурушевский созывал свой сектор для планового совещания, но обстоятельства в последнее время складываются таким образом, что любое из этих совещаний может стать решающим. И это понимал не только Мар. Его Высочество принц Синмар назначил графу личную аудиенцию, по времени совпадающую с заседанием. И попробуй ты не явись — оскорбление короны, повод не просто отчитать не подчинившегося аристократа, а еще и в карцер отправить.

Давать принцу и барону Задольскому лишний повод для недовольства Марианн в этот раз не собирался. Если богам будет угодно, совещание нормально пройдет и без него, а все, что нужно, они с герцогом оговорят сегодня.

Лимар пугал своей пустотой и тишиной. Дерлесский, всю свою жизнь проживший в столице, не мог припомнить ни одного года, когда бы начало осени не тонуло в шуме и гаме толпы. С другой стороны, столица Северного престола еще никогда не находилась в полуосадном положении. Слева печально проплыл остов Профессорской башни Академии. Ее было начали восстанавливать, но потом финансирование из королевской казны было прекращено и развалины так и остались развалинами. Смотреть на это было не менее страшно, чем на флаги королевского дворца.

Отряд выехал на торговую площадь, обычно под завязку забитую разномастным людом, а сейчас хвастающуюся лишь тремя рядами лотков, да и то с прорехами. Цокот копыт по мостовой придавал ей траурную окраску. Графа Дерлесского узнавали и склоняли головы в поклоне, а затем буравили спину взглядами, полными ожидания и надежды.

«На кого бы мне с этой самой надеждой посмотреть?» — мрачно подумал Мар, плотнее запахивая плащ. Осень в этом году выдалась ранняя и холодная — самое начало вересклета, а уже пришлось вытащить из сундуков теплую одежду.

С площади свернули на улицу, ведущую к зданию Конкерана. В большинстве своем здесь жили заслуженные деятели политического фронта, но сейчас почти каждый третий дом осуждающе косил на проезжающих мимо своими закрытыми ставнями. Всех, кого можно было без последствий убить — убивали. Выслать — высылали вон из столицы.

На одной из стен висела бумага, объявляющая «ар-принца Велемира Свель-Рега, также известного под именем капитана Северного Ветра вне закона в связи с его многолетней пиратской деятельностью у берегов Острока и по всему миру». Такие листы с королевскими вензелями висели по всему королевству; аналогичные им объявляли вне закона так же и ар-принцессу. Таисс, конечно, тяжело было уличить в пиратской деятельности, но тут причину нашли в ее старых проблемах с Инквизицией.

— Когда Его ар-Высочество уже, наконец, вернется? Пора бы уже — два месяца прошло, — себе под нос пробормотал Ули.

Дерлесский вздохнул. Гвардеец высказал вопрос, давно уже витающий в воздухе над Северным Престолом. Все ждали возвращения Велемира — и это ожидание сводило с ума. Из всенародного любимца Его ар-Высочество за эти два месяца превратился в чуть ли не легендарного героя, некоронованного короля, появления которого ждали, чтобы он возглавил борьбу против узурпатора Синмара, впустившего в Лимар зальхерских солдат и воинов Инквизиции. Хотя справедливости ради стоит отметить, что их количество было куда меньше, чем этого хотелось бы принцу — горожане пропустили в ворота ровно столько чужаков, сколько Синмар изначально призвал в гвардию для защиты себя и принцессы, ни одним больше. Основная же часть сначала так и осталась стоять под стенами, а затем, когда эльфийский замок в горах был признан центром оппозиционного лагеря, потянулась через все королевство туда. Теперь Авалиан и примкнувшие к нему армии осаждали Северный Престол извне, а Зальхер, частично Инквизиция Малой Итии и Танор — изнутри.

И ничего не происходило. Все ждали чего-то, то ли знака, то ли момента, который все не наступал и не наступал.

— Добрый день, господин граф, — гвардеец у крыльца Конкерана взял лошадь Дерлеского под уздцы. — Прошу предъявить пропуск.

Марианн протянул стражнику письмо, в котором герцог просил его явиться для личной беседы. Гвардеец пробежал глазами по строчкам, несколько мгновений изучал витиеватую подпись Бурушевского, а затем кивнул:

— Прошу вас, проходите.

Мар раздраженно поправил плащ. Эта нововведенная система пропусков уже порядком поднадоела и выглядела оскорбительно.

Ремонт «Тавильера» закончился успешно, уходить со Старого острова было решено через три дня. Алая сидела на носу, глядя, как Таисс заканчивает разминку. Отъевшись и придя в себя, дриада начала восстанавливать и физическую форму испытанным уже способом — ежедневными тренировками с Арлесом. Алая присутствовала при них всегда, следя за состоянием ар-принцессы, каждый раз стремящейся переутомиться. И почти всегда рядом с вампиршей сидел Лерон. Странное дело — когда его не было, Алая непременно ловила себя на мысли, что чего-то не хватает. Иногда приходили и другие зрители, чаще всего матросы, в отличие от гвардейцев не видевшие тренировок дриады раньше.

А вот кому посмотреть не помешало бы — так это Интар, но строптивая эльфийка старалась вообще не пересекаться с «соперницей». Глупая девчонка. Неужели она даже сейчас не хочет расстаться с безнадежной идеей очаровать Велемира?

— Лерон, позови Интар, — Арлес как будто прочитал мысли. — Ей будет полезно посмотреть на полноценные тренировки, может, это научит ее не ныть.

— Интар? — переспросила Таисс, вошедшим в привычку жестом лохматя и без того взъерошенные волосы.

— Она считает, что, будучи женщиной, нужно драться как мужчина, — ухмыльнулась Алая, провожая гвардейца взглядом. Красив ведь, мальчишка!

— А-а-а… — протянула дриада. И вдруг взгляд ее загорелся огоньком пришедшей в голову идеи. — Ну что же…

— Что ты задумала? — спросил Арлес. Но по лицу видно было — он поддержит любую каверзу.

— Она хотя бы останется после этого цела? — уточнила вопрос Алая.

— Чтобы я и калечила велемировских гвардейцев? — преувеличенно удивленно возмутилась ар-принцесса.

— Ну-ну…

Знает же, пройдоха, что муж на берегу, да к тому же и простит ей даже больше, чем следовало бы.

Лерон чуть ли не силком вытолкнул эльфийку вперед. Та насупилась и зло зыркнула на Арлеса, стараясь даже случайно не переводить взгляд на стоящую рядом с ним Таисс.

— Только не говори, что мы сейчас будем тренироваться, мое время на сегодня уже закончилось.