Владимир Журавлев - Дорога на яйлу

– Можешь лечить? – недоверчиво спросила Ялинька. – Как эльфы можешь? Выходит, не соврал синеглазый?

– Эре! – заглянул в фургон мельников сын. – А там кони бродят.

И это… ты посмотри сам!

– И нечего там смотреть! – проворчал он. – Коней расседлать, оружие собрать. Хотя какое у Ит-Тырков оружие, смех один… вот подальше еще валяются, там арбалеты есть. Арбалеты обязательно соберите!

– Расседлать? – замялся здоровяк.

Санниэре вздохнул и выбрался из фургона. Коней в деревне не держали, потому несколько побаивались. И чего их боятся? Это же степные лошадки! Ручные, доверчивые, страшно привязчивые скотинки. Явный продукт генной инженерии.

Пока расседлывали, пока убирали трупы с глаз долой, мельников сын помалкивал. А концовские – те вообще словно языки проглотили. Дошло наконец, что по грани прошлись, что еще чуть – и лежали бы точно так же!

– Эре, а вот по заветам люди милосердны должны быть! – все же не утерпел и высказался мельников сын. – Что ты с ними сотворил и как, не ведаю – но это ты сотворил, некому больше!

– Слушай, как тебя… Бурак, да? – пробормотал Санниэре. – Наши заветы – они очень простые. Но, видишь ли, чем проще мысль – тем сложнее понять. Чем власть и пользуется, и толкует, как ей выгодно, кстати. Ты с чего взял, что бандитов надо щадить?

– Так они не убили же никого.

– А! – развеселился Санниэре. – Понятно! Это, друг мой Бурак, не милосердие, а малодушие! Степняки своих изгоев убивать побоялись, потому что у каждого родня имеется, могут отомстить. Выгнали в степь, вроде как пожалели. Мол, пусть они кого-нибудь сами убьют, замучают, ну вот тогда в праведном гневе и их можно! А до того ни-ни! А вдруг раскаются?

– А ты?

– А я мести не боюсь. Я вообще бандитов не боюсь. Я их убиваю.

– Тогда и тебя быстро убьют! – неожиданно здраво заметил Бурак. – Бандитов много!

– А то! До сорока лет ни разу не дожил! Зато вот едем по тракту, а стрелы в лицо не летят! Тут выбор простой: или бандитов заранее пришибить, или они общинников постреляют. Вот ты бы что выбрал?

– Чтоб против всех бандитов встать, это ж сколько смелости надо? – пробормотал впечатленный Бурак и замолк.

И тут ударил стремительный ливень, да такой, что их чуть не смыло с тракта. Пришлось спешно возвращаться в фургон. При его виде родители резко замолчали. Ага. Обсуждали сыночка, не иначе. И все его заскоки.

– Сына, а ты почему сухой? – подал слабый голос отец.

– Потому что промокшему простудиться легко! – сварливо отозвался он. – А у меня и так со здоровьем проблемы.

На это родители сразу не нашли, что ответить. А потом пришлепала Знобинька с горячим травяным отваром для Колы Гончара.

– О, Санниэре! – воскликнула девойка изумленно. – А ты почему вернулся? Я думала…

Родители с сыном переглянулись и выжидательно уставились на мельникову дочку. Та даже поперхнулась от всеобщего внимания.

– … я думала, ты войско на столицу повел! – все же закончила она.

Санниэре внутренне усмехнулся. И этот вариант уже предлагали – от лица прекрасной принцессочки Эль Швадесенс! И вроде расы разные, а стремления одинаково меркантильные! Вот почему так, а, Творче? Э, его, может, и нет вовсе, так что ждать ответа смысла нет…

– Вот что значит любовь! – умилился Гончар. – Как высоко сыночка нашего вознесла! Сама Ялинька на этакое замахнуться не посмела! Войско вести – это ж на место императора встать, так получается?

Знобинька засмущалась и даже легонько шлепнула Колу по руке – мол, что такое наговариваешь на скромную девойку. Рука гончара тотчас накрыла девичью ладошку. Н-да. А Ялинька вроде как ничего не заметила. Дела… Вроде тихая деревня – а какие страсти клубятся, Ожерелью Океании впору!

Санниэре посмотрел на ласковую пару и вынужден был признать, что они стоят друг друга. Ироничный неунывающий Кола Гончар, мастер по белым глинам. Ага, и еще способный ломать прямые приказы эльфийских брюликов – что соответствовало немалому рангу мастера духовных практик Тибета. И задорная ослепительная Знобинька, певунья, танцовщица… и тоже вся в тайнах. И еще между ними появилась какая-то… общность судьбы, что ли. Что-то, густо замешенное на огромном уважении и взаимном восхищении. Что-то, с чем вынуждена считаться даже Ялинька. Дела…

А Знобинька выглядела под стать отцу; такая же бледная, слабая. Ее саму бы отпаивать травяными отварами. Тоже эльфы недолечили? Уроды… о, а вот она как раз эльфийской крови! Попробовать, как с Асиа? Ага, и потом самому хвататься за ребра?

В фургон заглянул мельников сын.

– Эре! – жалобно сказал он. – Там снова кони! И эти… горелые!

– Бурачок! – недоуменно спросил Кола Гончар. – Кто у нас мастер войны?

– Ну, Знобинька, – неохотно отозвался здоровяк. – И что, она побежит коней распрягать? Лучше б мне дозорных поменяла. Эре концовских прогнал и сказал других подобрать. Я с твоими сыновьями в дозор пойду! Надежней их не найти никого!

– Бурак! – возмутилась Знобинка. – Я вас сама по сменам разделила! Мигом в дозор!

– Я-то мигом, а меня потом Эре убьет! – упрямо сказал Бурак и покраснел в полном соответствии с именем. – Концовские – ишаки безмозглые! Они властью побахвалятся, а мне отвечать!

– Чего ты трусишь? Ты сам кого хочешь убьешь! У тебя арбалет, у тебя палаш… у тебя кулаки вон какие! Ну что тебе может сделать Эре?!

– А сама посмотри, что! – угрюмо предложил Бурак. – Горелые – они тут недалеко валяются.

Как ни странно, Знобинька возжелала посмотреть. Деревенский обоз, приноравливаясь к неспешному движению коровьего стада, снова встал, так что можно было не спешить.

Юная мастер-воин без всякой брезгливости осмотрела хорошо прожаренные тела, пересчитала оружие… и сердито топнула ногой.

– Я так и знала, что ты на мое место полезешь! – возмутилась она. – Чего тебе при войске не сиделось, не торчалось?! Уматывай отсюда!

Бурак одобрительно кивнул. Ну да, он тоже считал, что лучше б Эре уматывал. Чтоб у его сестренки заветное место не отбирал! И чтоб над его душой не маячил неявной угрозой…

– Конечно, ты легиньх! – всхлипнула Знобинька и утерла злые слезы. – Приехал, раскомандовался! Не пущу на мое место! Ты кто такой вообще? Эре, вот кто ты такой?!

Знобинька осеклась и растерянно оглянулась на брата. Тот пожал плечами. Он тоже не понимал, кто такой этот Санниэре. Приехал, командует – значит, право имеет. Но вот – какое именно право?

Санниэре запрыгнул на коня. Озабоченно потер занывшие виски.

– Бурак! – негромко окликнул он. – Запоминай дорогу. Сейчас с тракта сойдете, там, где менгир. И вдоль речки вон к тому месту, где горы как бы зубчиком. Там древнее селение ахархо было, вам туда. Хорошее место, вам понравится. Так. Вот еще что: всех легиньхов в охранение! И чтоб у каждого был арбалет напряжен! Знаете, кого опасаться в первую очередь?