Патриция Бриггз - Призванные луной

— Убирайся, — велел вервольф.

Джонс сверзился по лестнице, но я совсем не была уверена, что это улучшает положение. Оставшийся гораздо опасней. Он говорил о зверях. Может, учуял меня? Или насмехался над Джонсом?

Я стояла неподвижно, если не считать легкой дрожи, которую не могла контролировать, и старалась думать о чем-нибудь хорошем. Страх обладает сильным запахом, но Джесси испугана за нас обеих, и я надеялась остаться незамеченной.

— Ну хорошо, ангелочек, давай развяжемся, — мягко сказал вервольф Джесси; возможно, этот голос меня бы успокоил, если бы я не чувствовала запаха его похоти. Джесси не могла его чувствовать и потому немного расслабилась.

Его большие руки распутали узлы, и он, как джентльмен, помог ей сесть и дал время, чтобы она размяла спину и плечи. Умная девочка, она разместилась так, чтобы он не смотрел в сторону шкафа.

Он слегка подтолкнул ее, чтобы она встала, и поддерживал, пока она шла у меня на виду к двери. Я прислонилась к стене, закрыла глаза и молилась, надеясь, что приняла верное решение, что он ничего не сделает девочке, только отведет ее в туалет. А мне тем временем нужно взглянуть, что там с Адамом.

Шприц все еще торчал из его шеи, я его извлекла и бросила на пол. Когда я коснулась Альфы, он открыл глаза, но не думаю, чтобы что-нибудь разобрал.

— Теперь все в порядке. — Я массировала ему кровоподтек на шее. — Я здесь, и мы вытащим тебя с Джесси. Теперь мы знаем, кто предатель, и остальные не смогут причинить нам вред.

Я не сказала ему, кто такие «мы»: не была уверена, что он меня слышит, и хотела его успокоить, а не рассердить. Из его правой руки торчал еще один шприц, и я выдернула и его, перегнувшись через Адама, чтобы сделать это. Он опустил голову, так, что уткнулся лицом мне в спину между лопатками и шеей. Я не могла решить, сознательно ли он это сделал или я его просто подтолкнула, но различила, как углубилось его дыхание.

— Все в порядке, — сказала я ему. — Спи и избавляйся от этого яда.

Я оставалась возле него, прижимая его к себе, пока не услышала, что кто-то снова поднимается по лестнице. Я вернула Адама в прежнее положение, минус шприцы, конечно, и торопливо направилась в свое укрытие.

По ступенькам поднимался кто-то один. Я в тревоге ждала. И лишь когда он показался в дверях, поняла, что это охранник, несущий Джесси. Она неподвижно лежала у него на руках и смотрела в стену.

— Прости, ангелочек, — ласково произнес он, прочно привязывая ее. — Я бы оставил тебя одну, если бы это от меня зависело, но мы ведь не можем рисковать, верно?

«Он труп», — подумала я, запоминая его внешность и то, как он движется, чтобы узнать в следующий раз, даже если у Джерри в банде есть два рыжеволосых гиганта ростом выше шести футов. Я ощутила удовлетворение в его голосе, и Джесси наверняка тоже. Он хотел ее напугать.

Адам шевельнулся. Я слышала его, хотя он не был в поле моего зрения.

— Мерси, — прохрипел он. Охранник рассмеялся.

— Мерси? Здесь ты этого не найдешь.[23] — Он протянул руку и потрепал Джесси по щеке. — До следующей встречи, ангел.

Я вспомнила, что Ангелом называет Джесси Адам, и меня слегка затошнило. Дверь закрылась, засов встал на место. Я подождала, пока вервольф спустится, прежде чем выйти из шкафа. Джесси по-прежнему смотрела в стену.

Голова Адама снова упала на грудь, и я не могла не дотронуться до него, чтобы убедиться, что он еще дышит. Потом подошла к его дочери.

С того момента как охранник снова ее связал, она не изменила позу. «Еще два часа, и можно будет их освободить», — подумала я, роясь в сумке, чтобы найти что-нибудь и разрезать веревки Джесси. Я не могла оставить ее в таком виде.

Не знаю, почему я прихватила с собой кинжал Зи или почему взяла из сумки его, а не перочинный нож, но он оказался в моей руке, словно там было его место.

Когда я уперлась коленом в кровать, Джесси дернулась, поэтому я притронулась к ее плечу.

— Это я, Мерси. Больше никто тебя не обидит. Но тебе нужно не шуметь, если сможешь. Я сниму веревку и посмотрю, что можно сделать с лентой.

Как только я заговорила с ней, она от полной неподвижности перешла к сильной дрожи, как будто замерзла. В комнате было холодно, а ее ничем не укрыли, так что, возможно, это часть проблемы, предположила я. Но она сильно втягивала воздух — трудная задача, учитывая, что дышать она могла только через нос.

Я притронулась к лезвию пальцем. Острое, но не настолько, чтобы перерезать веревки без труда. Я просунула лезвие между путами и рамой кровати и едва не порезалась, потому что, когда потянула, почти не встретила сопротивления. Вначале я решила, что кинжал выскользнул из-под веревки, но та была аккуратно разрезана надвое.

Я с уважением взглянула на кинжал. Мне следовало бы догадываться, что всякое оружие, которое Зи использует для защиты, таит в себе немало сюрпризов. Я освободила и ноги Джесси, и она подтянула колени к груди и обхватила их руками. Слезы покатились по ее лицу, и я с минуту растирала ей спину. Когда она слегка успокоилась, я снова порылась в сумке и достала небольшой, дорожный флакончик ВД-40.

— Наряду с уксусом и пищевой содой, смазочное масло ВД-40 — чудеснейшее открытие века, — сказала я Джесси. — Сейчас мы с его помощью ослабим скотч.

Я не была уверена, что получится, хотя с помощью этого масла я очищала машины от остатков ленты. Масло подействовало, и я смогла осторожно отлепить ленту от кожи. Когда достаточно ленты освободилось, я просунула под нее кинжал и перерезала возле уха. Сейчас волосы меня не беспокоили — прежде всего нужно было позаботиться о лице.

Лента снималась так же легко, как с машин. Немного погодя рот Джесси был свободен, и я отрезала остальную часть ленты, так что она оставалась только в волосах.

— Ужасный вкус, — прохрипела Джесси, вытирая рот полой пижамы.

— Мне тоже не нравится, — согласилась я, потому что раз или два, когда забывала вымыть руки, масло попадало в рот. — Давно ли ты не пила?

— С того времени как привели папу, — прошептала она своим коленям. — Когда я начинала говорить, он вскакивал, чем бы его ни напичкали, поэтому мне залепили рот. Мне казалось, наркотики на вервольфов не действуют.

— Этот действует. Хотя не думаю, чтобы так, как им нужно, — ответила я, доставая из сумки термос с кофе. — Мне следовало захватить воду. — Я поднесла ко рту Джесси крышку термоса с ароматной жидкостью. Я знаю, что большинству людей этот запах нравится, но я почему-то его не переношу.

Когда она не шевельнулась, я резко произнесла:

— Послушай, у нас нет времени на нежности. Вечером, когда окажешься дома, сможешь сколько угодно сидеть неподвижно. А сейчас ты должна мне помочь, чтобы выручить твоего отца.