Павел Буркин - Вернуться из смерти

  Не дурак - однозначно. Слишком уж внимателен взгляд, немногочисленны и вески слова, да и не смог бы дурак сохранить власть над буйными дезертирами и обнищавшими рыцарями. Опять же, шпионская работа - не для простофиль. И сейчас он, наверное, посмеивается над остальными вожаками, жаждущими пограбить столицу, но всё ещё боящимися войск Карда. Он-то знает, до какой ручки довёл армию бывший хозяин. И в то же время сам не рвётся участвовать в штурме - наверное, предпочитает дать другим истощить силы, а потом предъявить свои требования. Умён, ничего не скажешь. Наверное, у него есть и планы на случай возвращения Амори, благо, Арднар и Эльфер показали, как это делается. Он не понимает лишь одного: здесь - не Верхний Сколен. У Амори есть герцог Нового Энгольда, есть Ардан Балгрский, есть и сам Кард: все трое готовы на всё, чтобы выслужиться перед алками. И мелкий бандит, способный из-за пустяков устроить смуту, им совершенно не нужен.

  И всё-таки без Рулава - не обойтись. Моррест уже знал, у кого сколько сил в Нижнем Сколене. После распада своей Империи Кард стянул в столицу всё, что осталось от сколенской армии. А это - более полутысячи народу, из них не меньше сотни рыцарей. Ещё человек триста, а то и четыреста - то, что осталось от гвардии. Немногие из них хотят воевать против повстанцев, некоторых удерживает на службе у предателя только присяга (не все пропили свою честь, считают медведеподобные братья), но пока Кард жив, его будут защищать. Хоть против алков, хоть против повстанцев. Но и Амори не мог не оставить в стратегически важном городе гарнизон. Полновесная рота наёмников с полусотней рыцарей - в общей сложности почти четыреста бойцов. А у повстанцев без Рулава не набирается и тысячи. Да и брать придётся лучшую крепость Сэрхирга.

  - Ещё раз говорю: там одних алков хватило бы на всех нас! - возмущённо бурчал некий Тирдей, который и сам был не в курсе своего отчества. То ли сын блудницы, то ли выброшенный из дома сирота - такое бывает в неурожайные годы, правда, обычно с девочками, и вот им-то, если выживут, одна дорога - на панель. Соответственно, никто не знал и о его касте. Зато ему верили такие же, как он сам, отщепенцы, и даже один запьянцовского вида старый рыцарь, вбивавший в головы бандюков азы военной премудрости. Эти тоже не разменивались на политику, грабили без разбора всех, кто появлялся на дороге из Старого Энгольда в Новый. Единственное, вместо привычного: "Гоп-стоп", или что тут кричат в таких случаях, научились орать: "За Империю, за Императора!" Моррест заметил, что большая часть отрядов совершенно аполитична - возможность дограбить, что не вывез Амори для них превыше свержения предателя и помощи Верхнему Сколену. "Интересно, как Гестан потом собирается договариваться с горожанами?" - крутилось в голове. Как бы в случае успеха повстанцев алков не стали встречать цветами!

  - Ещё раз говорю, эти алки, по словам моих людей в городе, всех достали. А сколенцы вообще сражаться не будут. В город можно тайно проникнуть через канализацию. Это стало известно точно. Стены для нас не проблема.

  Аргументы Гестана тоже не внушали восторга: как заигранная пластинка, он твердил, что алки сосредоточены у порта, их запросто можно заблокировать, одновременно закрыв ворота Среднего города. Что его людям удалось достать планы канализации времён Арангура Третьего (вот это что-то новенькое!) и можно проникнуть прямо во дворец, арестовав Карда. Оставшиеся у короля бойцы деморализованы дальше некуда, их легко не то что перебить - разогнать. Половина вообще перейдёт на сторону повстанцев, едва они арестуют Карда. Что в столице даже после алкского прошлогоднего погрома осталось много ценного, и главное - зерно со всей округи. Потом можно будет и уйти, прихватив самое ценное: без Императора столица - лишь крупный город, не более.

  Самый главный, на взгляд Морреста, аргумент Гестан ни разу не вспомнил - не иначе, опасаясь магии слов, или думая, что тут всё ясно. За зиму Амори сколотит новую армию взамен потрёпанной у Тольфара, покончит с Хэйгаром, как с Гевином - и крохотные банды окажутся один на один со всем войском Амори. А Нижний Сколен - не Верхний, кроме Ведьминого, больших лесов тут нет. Всех выловят, дай только время...

  У повстанцев появляется хоть какой-то шанс только в столице. Её взятие послужит сигналом для всех, кто ещё готов воевать за Сколен. Оно воодушевит и верхних сколенцев, и всё ещё держащихся макебальцев, и северян. Глядишь, Оле и Телгран найдут, кого послать в помощь. За зиму можно худо-бедно обучить горожан, на старых легионных складах оружия на много поколений вперёд, подновить крепостные стены, приготовить к обороне здания в городе, на случай, если пушки алков окажутся сильнее стен. Амори получит собственный Сталинград - и снова до осени не успеет разделаться с верхними сколенцами. А те, глядишь, наконец разгромят предателей, зачистят свои тылы и помогут бывшему сердцу Империи. Странно, что Гестан не говорит главное. Или... он сам не понимает, зачем на самом деле нужно брать столицу? Моррест вздохнул. Надо брать дело в свои руки, так они ни о чём не договорятся.

  - Как бабы на базаре, - усмехнулся Моррест. - Да где это видано, чтобы с тысячей людей столицы брали, да зачем нам лезть на стены, когда и на дорогах полно купчиков, а почему именно я, пусть другие воюют, да кто там главным будет? Отвечаю. Если мы не окажемся в столице в этом же месяце, жить нам всем - до весны. Амори итак потерял уйму времени: две кампании кончились ничем. Весной, боюсь, тут окажутся все армии алков сразу. Тысяч пять, а если алки раскошелятся - так и десять. Кстати, вы знаете, что такое джезайлы и огненные катапульты? По лицам вижу - знаете. Теперь представьте, что у алков их под тысячу, да десяток пушек - их так называют на самом деле. Ну, как?

  - Да что такого-то? - как-то приблатнённо растягивая слова, поинтересовался Тирдей. На удивление - чистенько выбритый, и оттого кажущийся моложе своих лет. Глаза раскосые, какие-то плутоватые, неожиданно холёное лицо - неуловимо напоминает вороватого чиновника родной РФ. А вот руки - мозолистые, обветренные, крупные ладони прирождённого воина - разительно выбиваются из общего облика. Может, он и пробавлялся мошенничеством до войны - но со времён Лакхни наверняка даже спит с мечом. И всё-таки Морресту отчего-то казалось, что он может стать союзником: надо лишь его убедить. - Алки с мятежниками воюют, а мы просто купчиков трясём...

  - Вы представляете опасность для алкских обозов, - не смутился Моррест. - Да и вообще, Амори недолюбливает вооружённых сколенцев. Как, впрочем, и безоружных. По весне на каждого из вас будет приходиться по десять врагов. На вас будут охотиться, как на зверей - и Кард активно в этом поучаствует, да и люди герцога Новоэнгольдского. В самом лучшем случае те из вас, кто уцелеют, отправятся в рудники или в рабство к северянам. Говорят, для них и овца, и раб сгодится, если девочки поблизости нет...