Old-crow - Нет, спасибо

Чтобы привести мысли в порядок, министру понадобилась целая минута.

— Гарри, есть много правил, как нужно вести войну. Маглы обычно их называют правилами применения вооруженной силы. В некоторых есть логика, другие кажутся абсурдными. Например: какую пулю можно использовать, чтобы убить врага. Но в волшебном мире применение Круциатуса к другому человеческому существу считается незаконным.

Юноша кивнул.

— Знаю. Несколько раз почувствовал на себе.

Мерлин, да сколько же страданий выпало на долю этого молодого человека? Сердце Амелии разрывалось на части. Пора с этим закончить и двигаться дальше. И почему ей кажется, что худшее ещё впереди?

— Гарри Поттер, за применение непростительного проклятья для защиты своей жизни вам назначается штраф в размере тысячи галлеонов. Чтобы его заплатить, у вас есть тридцать дней. После этого данный вопрос не может рассматриваться ни одним судом. Вы принимаете взыскание?

— Да, госпожа Министр. И приношу свои извинения.

Мадам Боунс кивнула.

— Хорошо. А сейчас, когда мы урегулировали этот вопрос, я должна тебя поздравить. Во-первых, ты — всего лишь второй человек, которому удалось поразить заклинанием Беллатрикс Лейстрейндж. А во-вторых, я полностью согласна с доктором Грейнджер: никто в этой комнате теперь не думает о тебе хуже. Ты проявил удивительное мужество и сделал то, что должен. Понимаешь?

Рукавом мантии Гарри смахнул слёзы.

— Да, госпожа Министр.

Но та ещё не закончила.

— Я хочу дать тебе несколько минут, чтобы прийти в себя. А затем мы продолжим. Десяти минут хватит?

— Да, госпожа Министр.

Когда он выходил из комнаты, все проводили его сочувствующими взглядами. Гермиона встала, чтобы выйти следом, но Дэн её удержал:

— Дай ему немного подышать, детка. С ним всё будет в порядке.

Через пять минут Гарри вернулся. Было заметно, что ему по-прежнему худо. Он передал Амелии счёт из Гринготтса. Та взяла его и кивнула.

Гермиона взглянула на отца.

— Идём, Гарри. Теперь с тебя сняты все обвинения.

Она взяла его за руку и повела наверх. Десять минут спустя они вернулись вместе с Уизли. Те зашли и расселись по своим местам. Джинни улыбнулась и вручила молодой паре по бутылке сливочного пива.

Немного волнуясь, мадам Боунс поинтересовалась:

— У тебя ведь есть ещё одно воспоминание, Гарри?

Тот ещё раз постучал по чаше, и над ней возникло изображение кабинета Дамблдора. Сначала директор объяснил, почему Сириусу пришлось сидеть в тюрьме, а затем рассказал о пророчестве. Пока Молли, Артур и Амелия наблюдали за призрачной фигурой Трелони, которая произносила ужасные слова, у всех троих мороз по коже пробежал: оказывается, вот что заставляет Гарри сразиться с Волдемортом.

Дэн и Эмма беспомощно наблюдали, как сначала Дамблдор спокойно взвалил на плечи мальчика весь мир, а затем в кои-то веки дал пояснения. Вот в воздух взметнулись какие-то серебряные инструменты, и перевернулся стол. Наконец изображение опало обратно в чашу. Воцарилась оглушительная тишина.

Минута шла за минутой, но никто не мог выдавить из себя ни слова. Наконец тишину нарушил грохот бутылки из-под сливочного пива, которую уронила Джинни, нечаянно толкнув ногой. Они с матерью одновременно наклонились и хором сказали:

— Я подниму.

Только тогда Гарри начал объяснять:

— Вот почему Риддл убил моих родителей, а последние шестнадцать лет пытался убить меня. Кто-то услышал первые строки пророчества и передал ему. Дамблдору стоит получше заботиться о своём оружии.

Хлоп!

Это Джинни влепила ему подзатыльник.

— Ты — не оружие. Ты — Гарри Поттер. Наш друг, парень Гермионы и приёмный сын Грейнджеров. А Дамблдор может забрать свои разговоры об оружии и засунуть их в свою древнюю задницу. А если ещё раз такое ляпнешь, прокляну тебя так, что мало не покажется. Ты понял, Поттер?!

Тот явно был потрясён.

— Да, Джинни.

Первым вопрос задал Дэн:

— Мне интересно, что сделали твой директор или правительство, чтобы подготовить тебя и помочь пережить этот предсказанный поединок? И ещё: что об этом думает магический мир?

Ответила ему Амелия:

— Насколько я знаю, никакого дополнительного обучения Гарри не получил. За вычетом приключений, в которые попадал сам. Скажи-ка Гарри, сколько раз ты сталкивался с Волдемортом?

Юноша с минуту подумал.

— Первый раз — ещё в раннем детстве, дважды — когда мне было одиннадцать, и один раз — когда мне было двенадцать. И дважды с ним сражался: на кладбище в четырнадцать и в июне этого года. Всего получается шесть.

Мистер Грейнджер тут же заметил:

— Между опытом и профессиональным обучением — большая разница. Звучит так, словно у Гарри больше всех опыта в борьбе с этим сумасшедшим. Где он может получить надлежащую подготовку? В зависимости от того, как считать, у профессора Дамблдора было пять или пятнадцать лет, но он не сделал ровным счётом ничего.

Его прервал Рон:

— Единственная дополнительная подготовка, которую получил я — это занятия, которые проводил с нами Гарри.

Раздался стук в дверь, и вошёл Дамблдор.

— Я слышал, ты здесь, Амелия. Можно тебя на пару слов?

— Я скоро вернусь.

Она вышла из библиотеки, закрыв за собой дверь. Те, кто сидел поблизости, сразу же услышали громкие голоса. Тем временем появился Добби и принёс ещё один поднос с напитками.

Минут через пять дверь снова открылась. Но не успел Дамблдор даже рот открыть, как Дэн встал и самым деловым тоном спросил:

— Директор, стандартная программа в Хогвартсе предлагает какую-либо подготовку, которая сможет помочь Гарри выжить при следующей встрече с Волдемортом?

Никакого пространства для маневра у Альбуса не осталось: мадам Боунс по-прежнему входит в Попечительский Совет и прекрасно знакома со школьными планами.

— Специфической — нет.

Прежде чем он успел хотя бы немного увести разговор в сторону, тот же человек задал второй вопрос:

— Есть у вас какие-то особенные знания, которые помогут Гарри побыстрее разобраться с Волдемортом? Или лучше ему сразу же учиться стрелять из дробовика или снайперской винтовки? А может, договориться, чтобы на дом Волдеморта сбросили бомбу?

Молли поперхнулась воздухом. На её памяти ещё никто так нагло не разговаривал с директором. Амелия тоже в первый раз такое слышала, но, в отличие от миссис Уизли, вовсю наслаждалась.

Однако Альбус и бровью не повёл.

— В пророчестве ясно сказано: один должен умереть от руки другого. Не думаю, что если летчик Королевских ВВС сбросит бомбу, это будет соответствовать предсказанию.