Вад Макей - Ад во мне

— Вам не пора в кроватку, мальчики? — поинтересовался я.

— Мог бы и просто сказать, что у вас здесь секретный разговор, — поднялся Чет. — Мы все понимаем, но если нужна будет помощь — зови. Хотя мы и разные, но в борьбе с мраком мы тебе поможем.

Парни кивнули и исчезли. И как это понимать? Они о чем-то догадываются? Я задумчиво допил кровь смерича.

— Ванька, я вот всегда считал, что вампиру для нормального существования нужна кровь разумного. А ты обходишься кровью животных. Как это?

Вампир, бросив взгляд на эльфа, тяжело вздохнул. Задира закатил глаза к потолку, Велва брезгливо скривилась.

— Это все из-за него, — Ванька кивнул на Лиса. — Он меня нашел, когда ушлые эльфийские стражи пригвоздили мою тушку осиновым колом к деревянному щиту и оставили умирать от первых солнечных лучей. Чтоб ты знал, только первый луч солнца опасен для таких, как я.

— Это для каких? — с любопытством поинтересовался Мамон.

— Ты что, не видишь, что он принадлежит к Древним? Только они могут находиться на солнце без опасения быть сожженными заживо. Им опасны лишь первые лучи светила. Ты что, лекцию Пендериса не слушал? Это же наши самые верные слуги! — Хашиш укоризненно покачал головой.

— Делать мне больше нечего, только как ходить на лекции этого маньяка, — огрызнулся Мамочка. — Это ты у нас отличник-заучка!

— Цыц! — прикрикнул я на разошедшихся парней. — Продолжай, Ванька.

— Прежде, чем спасти меня от окончательного упокоения, этот… любитель бабочек взял с меня клятву, что я не буду охотиться в ареале его проживания. Ты вчера допил мою последнюю бутылку людской крови, между прочим.

— И как ты себя чувствуешь на животной диете? Это не опасно для твоего здоровья?

Я вдруг почувствовал беспокойство за вампира. Все-таки он единственный, кто изъявил желание принести мне вассальскую клятву и, хотя для этого у нас пока не было времени, я уже записал Ваньку в свою Семью. Рядом с Афродитой, Белочкой, Амбец и парнями. Правда, они еще об этом не знали…

— Как чувствую? Узнаешь, когда этот деспот посадит тебя на капустную диету.

— Он будет втихаря ночами есть мясо, — спалил меня Белочка.

— Если босс не придумает для него какую-нибудь зубодробильную клятву, — вздохнул вампир. — Я свою клятву нарушить не могу. И на мне висит Долг Крови, он спас мое существование, поэтому я здесь и помогаю Задире в меру своих сил, надеясь вернуть когда-нибудь долг. Мы все здесь обязаны ему жизнями.

— И Одуванчик?

— Ода сбежала со своей собственной свадьбы, опозорив свой род неподчинением. У троллей особи женского рода на социальной лестнице стоят ниже овец. Ее поймали, избили и продали людям, — вступил в разговор Лис. — Я нашел девочку на рынке рабов в Залисе. Она сидела на цепи и представляла собой жалкое зрелище. Мы все изгои и отступники.

— Ты не прав, Майир" Фирлисе, сын благородной Ваннеси, — раздался мелодичный голосок Велвы, — ты не изгой в нашем доме. Любой клан сочтет за честь предоставить тебе кров и покровительство.

— Спасибо, Велва, но я больше никому не хочу служить. Мне нравится быть независимым, — Задира слегка склонил голову. — Итак, если наш барон подавил в себе рвотные рефлексы, предлагаю выслушать меня, — Лис, бережно раскрыл большую старую книгу, которую приволок вампир.

Все оказалось еще хуже, чем я мог себе представить.

Пока мы развлекались на приеме, Лис проделал титанический труд. Он перелопатил массу книг, старинных свитков и преданий, но все равно узнал слишком мало. Хотя и это радовало, поскольку теперь мы знали, с чем имеем дело, правда, не знали, как с этим бороться. Стеллы Силы представляли собой замкнутые в цепь поглотители-преобразователи. В центре круга находился некий объект, энергию которого они аккумулировали, перерабатывали и выдавали уже готовый результат в виде "благодати божией". Но самое интересное Лис обнаружил, когда начал сличать символы, перерисованные мной с обелиска, с символами, которые считались сильнейшими оберегами и приводились в книге, как часть ограждающего заклинания, знания о котором были утеряны многие века назад. Оказывается, что стоило добавить всего одну черточку к схеме, вытягивающей энергию, как она меняла полярность обелиска, и вот уже он не отдает переработанную энергию, а наоборот, поглощает ее из окружающего мира, отдавая таинственному объекту в центре.

— Так может быть нам просто стереть эти черточки?

Судя по тому, как Лис и Велва закатили глаза, я ляпнул очередную глупость.

— А какие при этом слова говорить, ты знаешь? В какой очередности производить магические манипуляции? Ты лучше подумай, что это означает? — сердито проговорил Задира.

— Что кто-то зачем-то изменил направление движения энергий?

— Кто, я не знаю, но вот зачем — догадываюсь.

Лис откинулся на стуле и задумался, мы все тихонько ждали.

— Ты, Велва, слишком молода и не можешь этого помнить, но меня удивляет, что таких вещей не знают предводители ночных и лесных эльфов. Эти предания хранятся в старинных свитках наших народов.

— За год до моего рождения и у нас, и у лесных одновременно вспыхнули пожары в библиотеках. Многое удалось спасти, но не все, — пояснила Велва.

— Не томи, рассказывай уже, — не выдержал Белочка. — Что там было миллион лет назад?

— Не миллион, а значительно меньше. Но людей тогда еще в этом мире не было. В него только пришли боги. Естественно, первое, что они сделали, — это затеяли свару за сферы влияния. В результате их драчки родилось Мировое море и появились горы Уныния. Боги — единоличники и собственники, поэтому их легко передавить поодиночке, что и сделал темный бог Ствар. Когда оставшиеся в живых поняли, что противостоять безумному богу ненависти, страданий и боли по одному они не могут, они объединились. Совместными усилиями богам удалось заточить Ствара в темницу. Где-то на Окраине… Сначала над его темницей был воздвигнут Черный замок, в котором дежурили оставшиеся боги, но время шло, мир заселялся различными существами, и именно тогда, я так думаю, был создан орден "Последнего приюта".

— Ты считаешь, что таинственный объект, который охраняют Стеллы это…? — глаза Велвы, и до этого огромные, сейчас занимали пол лица.

— Да. Это темница Ствара, и кто-то очень хочет, чтобы древний бог вернулся в наш мир.

— Но…но… и что же нам делать?

Все повернулись в мою сторону. А что я? Я не хочу в это вмешиваться! Оно мне надо? Это не мой мир, да даже если бы он был моим, я не знаю, как поступить в данном случае, и вообще, через неделю меня здесь не будет.

— Это не мои проблемы, — я опустил взгляд в стол.