Четвертый месяц осени - Алексей Чернояров

я мог бы попробовать выхватить клинок из ножен одного из них и вступить в бой, используя эффект неожиданности, но значительно разумнее сейчас было просто подождать и осмотреться.

Меня отвели в зал, который был специально оборудован для проведения демонстрационных боев. В центре зала присутствовал ринг, огороженный решеткой, высотой всего лишь в один метр, вокруг ринга были трибуны, состоящие из четырех рядов длинных скамей, а у дальней от меня стены располагался трон, единственная часть комнаты, огороженная прутьями двухметровой высоты, видимо, чтобы защитить принца от возможного нападения, о зрителях же в этом плане не очень заботились.

В зале собралось порядка пятидесяти человек зрителей, тридцати человек стражи, принц, его четыре личных телохранителя, а также моя группа поддержки с правой стороны клетки в лице Оливии и Катарины.

– Решили посмотреть на шоу? – спросил я, обращаясь к девушкам, как только меня подвели достаточно близко к ним.

– Гарольд, – единственное, что смогла выдать принцесса.

– Вижу к тебе вернулся твой боевой настрой, – заключила Оливия.

– Это так заметно? – я ухмыльнулся.

– Более чем.

– Лоренцо решил не верить в меня и не смотреть на весь этот ужас? – вчера он не проронил ни слова у камеры, а сегодня и вовсе не пришел, видимо ему это все не по душе.

– У него появилась какая-то идея как помочь тебе, и сейчас он ее реализует.

– Приятно слышать, – весьма неожиданный поворот.

– Твой меч, Гарольд, – принцесса протянула мне мою рапиру.

– Спасибо, это будет весьма кстати, – я взял в руки рапиру и хотел было достать ее, но меня тут же схватил за руку стражник, не давая сделать это. – Не переживай, я обнажу ее на ринге, – стражник ничего не ответил.

– Все еще не понимаю, как ты собираешься драться с рыцарем без брони и с рапирой, – Оливия выглядела озадаченной.

– Я все равно плохо владею мечами, особенно тяжелыми.

– После того, как я пристегнул ножны с рапирой на пояс, меня начали толкать на ринг. Мне показалось, что принцесса, что-то хотела мне сказать, но она долго не решалась, а лишнего времени мне здесь никто давать явно не собирался, да и то что она хотела сказать было не так уж и важно.

Я вышел на ринг и дождался пока с той стороны выйдет, облаченный в тяжелую броню рыцарь с двуручным мечом в руках. Единственное, в чем мы сейчас были равны, так это рост, да за счет верхушки шлема он казался несколько выше, но все же, думаю, на деле мы с ним одного роста, что меня очень радует.

– Дамы и господа, позвольте приветствовать вас всех на королевском турнире, ежегодно проводимым мной, принцем Кантонелли, – взял слово принц. – Сегодня мы, как и год назад, начинаем турнир с боя прошлого чемпиона и новичка, который претендует на победу в нашем турнире. Справа от меня чемпион прошлого года, по совместительству начальник моей личной стражи. Слева от меня претендент на победу в этом году, несравненный Гарольд Блейк, лучший фехтовальщик всех королевств.

Речь принца на этом не закончилась, но я постарался пропустить ее мимо ушей осматривая стражу, которая находилась в зале. В целом, большинство из них не внушали страха и трепета и скорее всего были не такими уж и опытными войнами, впрочем, другого от принца Кантонелли ждать и не стоило, не зря же его называют «Принц ничего».

– А теперь сходитесь господа, и да начнется бой.

Этих слов я ждал с самого начала его речи. Все зрители замерли в предвкушении кровавой и зрелищной драки. Я подошел примерно к середине ринга, оставив между мной и рыцарем порядка десяти метров и повернувшись к нему боком стал внимательно смотреть на принца.

– Вы что-то хотели господин Блейк? – поинтересовался у меня принц.

– Да, какого-то более достойного соперника, чем это металлическое корыто, у нас такие используют, как купальни в трущобах. Боюсь, он будет так медленно ко мне подходит, что уже настанет ночь и все заснут.

Удивительно, как на некоторых людей действовали обычный слова, но выслушав мою короткую речь, рыцарь, который до этого спокойно стоял вскинул клинок кверху, что есть сил побежал на меня. Я продолжал стоять, контролируя его приближение боковым зрением. Когда расстояние между нами стало подходящим для моего маневра я замедлил свое сердцебиение и резко отскочил вбок по направлению к рыцарю разворачиваясь в воздухе в сторону него. Когда я замедлял свое сердцебиение, все вокруг будто бы начинало двигаться медленнее, а я сам начинал двигаться быстрее чем обычно. Замедление позволяло мне хорошо целиться, рассчитывая угол удара, и видеть направление движений соперника. Раньше я точно не знал, откуда именно у меня были такие способности, но теперь я понимал, что это все было благодаря тому, что жило внутри меня. Еще когда я только оттолкнулся, я начал выбрасывать руку с рапирой в направлении головы рыцаря, теперь, когда время было замедлено я мог скорректировать движение своего клинка, чтобы точно попасть между решеток забрала. Мгновение за мгновением, мой клинок приближался к бежавшему на меня рыцаря, и готовящемуся разрубить меня пополам. Но замахиваясь, он рассчитывал на то, что я буду стоять дальше, а не прыгну в его сторону, он просто не успевал опустить клинок и разрубить меня, в то время, как я успел воткнуть ему клинок точно между глаз.

Как только мой клинок уперся в заднюю часть шлема рыцаря, пройдя сквозь его голову, я начал резкое движение руки назад, чтобы не получить вывих или не сломать ее из-за удара о броню, двигающуюся на меня. Параллельно я начал уходить немного в бок, чтобы обойти рыцаря. Для этого я положил левую руку на его плечо, чтобы получить дополнительную опору и вот, наконец, я приземлился на землю, а рыцарь упал замертво рядом со мной.

– Все же он оказался побыстрее, чем мне казалось, – в зале продолжала витать тишина, а принц, на которого я смотрел выглядел так, как будто не мог понять, что именно произошло. – Я не лекарь, но, думаю, вы можете объявлять победителя.

– Победитель…сэр…Гарольд…Блэйк, – запинаясь на каждом слове, объявил принц.

– Я не «сэр», но все равно, спасибо.

Я кивнул головой и отправился к дверце, через которую я вошел на ринг. Стоило мне покинуть ринг, как стражники поспешно вырвали у меня клинок, я не стал сопротивляться и дал им отвести меня назад в камеру. Поговорить с Оливией и принцессой мне не дали, и мне пришлось ждать до вечера, пока их вновь не пустили к темницам, чтобы они могли увидеть меня. В этот