Елизавета Иващук - Радость отцовская

Хорошо, если вчерашний странный сон не был сном.

Когда я пришла в класс, детей там не было, и узнать, удалось ли наяву отомстить одной маленькой твари, было невозможно. Подожду. Если это был не сон, скандал начнется утром, и сразу же проявит себя.

У богатой балованной девочки — пусть и не такой богатой и балованной, как Церелис — предположительно пропали фамильные драгоценности, точнее, один очень крупный и очень ценный изумруд, игравший роль кулона. Да, именно так… Но я ведь взяла еще что-то тогда, во сне? Да, действительно. Просто забыла. Золотые, с розовыми прозрачными камнями серьги. Они должны быть в потайном кармашке. И не нужно ждать — если они есть, произошедшее случилось на самом деле. Но лезть в кармашек здесь, когда в любой момент могут войти одноклассники, нельзя. Если там действительно серьги, и их заметят, шансов на выживание у меня не будет. Или будут? Церелис меняет мое положение. Но рисковать я не стану ни в коем случае. А вот осторожно, под прикрытием сумки, на ощупь проверить, есть ли там что-то, можно.

Не отрывая взгляда от двери, я нагнулась, и словно случайно коснулась основания воротника. Пальцы наткнулись на что-то твердое, сердце забилось чаще. Почти наверняка это были золотые серьги. Форма подходящая, и ведь я не прятала в кармашке что-то другое… Значит, не сон. Я положила руку на стол и улыбнулась. Всегда подозревала, что убивать приятно, но не думала, что настолько. Непривычно, но так сладко. Не только я могу быть жертвой, иногда ей способен стать и кто-то другой.

Потенциальные опасности не исчезли, но все же этот факт поднял мне настроение. Наверное, жизнь стала лучше ненадолго — но стала. А если Церелис не солгала? Едва ли темные земли станут для меня раем. Но и хуже наверняка не будет. Правда, мотивы Церелис мне неясны, и это настораживает — возможно, она просто забавляется.

Но убийство — это ведь серьезно? Похоже на гарантию. Надеюсь, ей понравилось мое поведение.

Хотя если быть объективной — я запуталась, у меня скачет настроение, и все потому, что в жизни произошло множество странных событий. Настолько странных, что иногда забывается даже моя ненависть.

Но я могу отомстить маленьким подонкам, и уже начала это делать. У меня есть амулеты, спасающие от ударов. Мне помогла, и, возможно, поможет еще, Флеан — скрыть от нее ночные отлучки нельзя в любом случае, и не думаю, что она меня выдаст… Сама ведь не без греха.

Одноклассники начали собираться. Твари. Но кое-кому сегодня придется нелегко. Я улыбнулась. Плевать на то, что запуталась и ничего не понимаю — главное, хотя бы отчасти отыграюсь. Сейчас — плевать. Потом мое настроение изменится снова — но это потом.

Шумят. Зачем? Все их слова — бессмысленны. Абсолютная чушь, оскорбления, сплетни. О, скоро здесь станет веселее, когда они начнут травить одну из своих. Она всегда была заводилой — и очень хочется знать, как ей понравится положение жертвы. Конечно, этой дряни недолго придется находиться на моем месте, но, учитывая неизбежный финал, я не огорчусь.

Чудесно — начало урока уже недалеко, а обитательницы пятьдесят третей комнаты отсутствуют. Далия не могла не заметить пропажу камня. А свои вещи она всегда очень сильно любила. И то, что ее замечательная соседка всегда стояла за высокие идеалы, не убережет девочку от подозрений. Конечно, Далия не станет искать в старой обуви. Она не слишком умна, пусть и происходит из богатой семьи.

Как просто представить события, случившиеся этим утром. Одна девчонка не находит вечером спрятанный под подушкой драгоценный кулон — и быстро понимает, что только соседка могла видеть, как она его прятала. Жаль, что мне не довелось слышать, как Далия обвиняет Эдин, а та в ответ искренне возмущается — ведь эта сволочь всегда была такой горячей и настоящей идеалисткой. С тьмой надо бороться… Посмотрим, как тебе понравится пребывание в роли наглой, лживой и бессовестной маленькой воровки. Эдин ведь из простой семьи — и едва ли кто-то станет доказывать ее невиновность. Людей так много, и жизнь одной недоучившейся магички никому не нужна — даже ее родным. Нет, конечно, родители, братья и сестры любят Эдин — она же не подлое отродье тьмы, а хорошая, добрая девочка. Конечно, добрая — но сугубо избирательно. Как и все люди. И эльфы. И вообще все светлые. Жаль, что нельзя отомстить всей стране.

Но отдельным особям, к счастью, можно. Раньше у меня и такой возможности не было.

Дверь распахнулась. Вот и героини дня — обе. Далия — полная справедливого гнева и возмущения, Эдин — злая, заплаканная и тоже оскорбленная до глубины души. Очевидно, сейчас в комнате проводят обыск, а эту парочку отправили на занятия. Любопытно, хотя я этого и ожидала.

Далия пользуется популярностью, особенно среди мальчиков. Неудивительно — маленькая, стройная и со смазливым личиком. Если бы не полное отсутствие мозгов, я назвала бы ее даже красивой. Она гораздо обычнее, чем Церелис, и не так выделяется, но черты лица ничуть не хуже. Мне, конечно, далеко до обеих. Это не очень приятно, но даже у самой красивой полудемоницы в этом месте не было бы преимуществ. Зачем мне картинное личико? Жизнь это не облегчит. Правда, мне очень хотелось бы слегка изуродовать Далию — зачем совершенно безмозглой сучке красота? Меня это раздражало. И в основе этого чувства определенно лежала и зависть тоже, хотя с моей стороны умнее было бы завидовать Церелис. Но не получалось — я могла любоваться ей, стремиться угодить, нервничать в ее присутствии, восхищаться, но только не испытывать зависть, неприязнь и так далее. Очень нетипично для меня, но все же правда…

В классе стало еще шумнее, потому что молча сидеть и возмущаться Далия и Эдин не собирались. Они начали одновременно жаловаться на жизнь — и, так как маленькая красотка предпочла мальчиков, а активистка борьбы со тьмой — девочек, исход был предрешен. Конечно, ради смазливого личика соплеменницы самцы способны на многое, тогда как возмущенные речи, обращенные к представителям своего пола, вовсе не столь эффективны. Большинство оказалось на стороне Далии, и меньшинство немедленно к нему присоединилось. Так всегда происходило в классе — мне все время казалось, что вместе мои соученики становятся очень примитивным организмом с единым разумом. И, несмотря на тупость, с инородными предметами он борется весьма успешно — как со мной, например. Конечно, я не лучший показатель, меня постарается пнуть каждый светлый, имеющий такую возможность, если не побрезгует, исключение — очень образованные экземпляры. Ярким примером борьбы с более ненужной частью должна была стать Эдин. Но, к сожалению, пришел учитель, и шум с возней прекратились.