Мери Кирхофф - Тяга к странствиям

— Теперь выпусти его.

До этого момента Танис и Флинт понятия не имели, каков план у Тассельхофа, но они прекрасно ждали, что атака на двоих вооруженных и защищенных доспехами мужчин не принесет им успеха.

Когда дверь отворилась, они стояли спокойно, в то время как Тас проскочил в коридор. Жюль захлопнул дверь и запер её. Дункан наклонился к окошку и произнёс:

— Наслаждайтесь миром и покоем, парни.

В то время как всеобщее внимание было сосредоточенно на двери, Танис заметил бледную вспышку света позади стражников. Быстро взглянув на Флинта, Полуэльф понял, что его друг тоже заметил это.

Когда Жюль и Дункан повернулись, чтобы пройти обратно в прихожую, их вопли, сопровождаемые громким рычанием, подтвердили то, что подозревал Танис. Он помчался к двери и посмотрел в окно. Слева он увидел Жюля и Дункана, скорчившихся около двери последней камеры, держа дрожащими руками перед собой короткие мечи. Справа он увидел одного из самых ужасных творений на Кринне: чудовищного, зелёного, пускающего слюни тролля. У тролля были темные волосы, висевшие сальными прядями на его покрытом бородавками лице и длинный острый нос. Два глаза навыкате пылали, как угольки. Слюна капала с желтых клыков, которые были слишком длинны, чтобы поместиться во рту чудовища.

Кошмарное существо протянуло свою очень длинную, шишковатую руку и выхватило кольцо для ключей из побелевшей руки Жюля. Несколько мгновений монстр возился с ключами, длинные черные когти звенели по металлу. Затем он нашел то, что хотел и отпер дверь с заключенными. Флинт и Танис проскользнули в коридор. Тролль указал на камеру и что-то взревел. Немедленно двое стражей вбежали внутрь. Тролль захлопнул дверь позади их и запер её.

Танис с Флинтом бросились к прихожей. Тролль волочил ноги за ними, сгибая своё массивное тело почти вдвое, чтобы пройти через дверной проём. Заступив за угол, чтобы исчезнуть с поля зрения камеры, Тас ещё раз переменил форму, на сей раз на свою собственную. Железная дверь была заперта, ключи аккуратно повешены на свое место на стене.

— Вот. — сказал Тас, поднимая их оружие с пола позади скамьи. С удовлетворенным вздохом Танис перебросил лук через плечо. Флинт засунул свой верный топор в петлю на поясе и нежно погладил его, как будто приветствуя его дома.

Танис подкрался вперёд и вгляделся за входную дверь.

— Вроде бы тут чисто. Давайте все попытаемся не выглядеть так, как будто мы только что сбежали с тюрьмы. И, Тас, прекрати эти ухмылки.

Троица неспешным шагом прошла наружу, засунув руки в карманы. Уже более энергичным шагом, они пересекли внутренний двор, прошли к воротам во внутренней стене замка и оттуда к внешним, главным воротам. Через несколько минут они благополучно прошли по мосту и углубились в горы.

ГЛАВА 16

КРЫЛАТЫЕ ПЛАМЕННЫЕ СУЩЕСТВА

— Тассельхоф, ты, дверная ручка! — гремел Флинт, топая вниз по течению вдоль заснеженной береговой линии, обходя кусты, валуны и выбоины. — Что ты делаешь на этой плавучей льдине? Ты не туда идёшь! Немедленно слезь с неё и вернись сюда!

— Я бы с удовольствием! — вопил Тассельхоф, перекрикивая шум мчащейся воды, — Но не слишком понимаю, как это сделать.

Он бегал по маленькой льдине туда-сюда, глядя на её края и визуально измеряя глубину воды и расстояние до берега, в то время как льдина плыла по течению.

По мере их продвижения за рекой в горы, пейзаж постепенно менялся с весеннего зеленения обратно к ледяной снежной зиме. Тассельхоф присел было у края берега, чтобы быстро напиться, но земля под его ногами оказалась заснеженным льдом. Он понял это, когда с громким треском и стоном она вдруг отделилась от берега.

— Плохо, что у меня больше нет ни глотка этого зелья Селаны… поли… полиморжа. Ну, того, которое я выпил, чтобы превратиться в птицу. Тогда я мог бы слететь с этой штуки. — убеждённо крикнул Тас. — Я рассказывал вам о том, как был мухой, а потом превратился в мышь и выпал из паутины когда огромный волосатый паук поймал меня? — при этом воспоминании Тас потёр свои бедра.

— Это зелье полиморфизма! И ты рассказывал нам об этом приблизительно тысячу раз. — раздраженно ответил Флинт, пыхтя от усилий, прилагаемых для того, чтобы не свалиться в сугроб, бежа за быстро плывущей по течению льдиной. — Я серьёзно, Тассельхоф. Прекрати лоботрясничать и вернись сюда.

— Флинт. — позвал Танис, прыгая за гномом через высокие намёты снега. — Я не думаю, что на этот раз Тассельхоф действительно лоботрясничает. — затем, приглушив голос, он добавил. — Возможно, он сам этого не понимает, так как ничего не боится, но сейчас он действительно в серьёзной опасности.

— Великий Реоркс. — проворчал старый гном, останавливаясь и скрещивая руки на своей массивной груди. — Мы просто должны бросить его там, из-за всего того беспокойства, которое он нам причинил.

Танис тоже остановился и упёр руки в бока.

— Такого, как когда он вытащил нас из тюрьмы? — лукаво спросил он.

Флинт нахмурился.

— Я подумал обо всём, что произошло из-за того, что он взял этот браслет и начался весь этот кошмар. Но я признаю, что иногда он был полезен. — сказал он и опустил голову. — И что нам делать теперь?

Они обернулись к кендеру, чья льдина была временно приостановлена кучей мёртвых веток на середине реки.

— Не знаю. — ответил Танис, почесав голову. — Но мы должны думать быстро, потому что река действительно расширяется по течению и я, кажется, припоминаю маленький водопад неподалёку.

Флинт с тревогой посмотрел Танису в глаза.

Полуэльф щёлкнул пальцами.

— Придумал! Найдём длинную ветку. Мы протянем её ему и потянем к себе.

Седая голова гнома кивнула, соглашаясь, и он присоединился к Танису в поспешных поисках длинной и крепкой ветки.

Со своей стороны Тассельхоф точно не «лоботрясничал», но и не был особенно недоволен положением своих дел. Фланирование на подпрыгивающей, движущейся льдине напомнило ему о временах, когда он участвовал в «дверьбординге», очень любимом бесстрашными кендерами зимнем виде спорта. Там, в его родном городе Кендерморе, в первый день после любого обильного снегопада, молодые и старые кендеры срывали со своих домов двери и стоя спускались на них по снежным склонам. Более предприимчивые кендеры любили дверьбординг по заснеженным лестничным клеткам, так как многие из зданий в Кендерморе были без крыш или стен и это обеспечивало им хороший внутренний снежный покров. Самые отчаянные храбрецы даже сигали с многоэтажных домов со скошенными крышами. Это не слишком одобрялось, так как многие прохожие — не говоря ужё о самих дверных наездниках — бывали сбиты с ног или даже получали травмы, а окрестные здания неизбежно были повреждены.