Лоуренс Уотт-Эванс - Лорд-Чародей

При виде гостей женщина часто заморгала, что, впрочем, могло быть и просто от яркого света.

— Да? — спросила она.

Лучник хотел что-то сказать, но Крушила опередил его:

— Прошу извинить нас за беспокойство, но мы ищем одного человека…

— Это она, — прервала его Ясновидица. — Это Воровка.

— Кто? — переспросила женщина и снова часто заморгала.

— Ты Воровка, — заявила Ясновидица.

Женщина окинула взглядом двух весьма крепких мужчин, ничем не приметного пожилого человека, полную седовласую женщину и крошечную тощую особу, которая, как могло показаться, вела беседу сама с собой.

— Я ничего не крала! — возмутилась она. — Если вы слышали болтовню глупого рыжего мальчишки или слухи, которые он распускает, то это ложь! Он столько врет, что даже лерры в отвращении затыкают уши! Спросите его матушку, она вам все скажет.

— Мы не разговаривали с рыжими мальчишками, — спокойно ответила Ясновидица, — и не утверждаем, что ты что-то украла. Я сказала, что ты — Воровка, то есть величайший вор в мире. Ты — одна из восьми Избранных, одна из героев, призванных защищать Вараган от Лорда-Чародея.

— Ничего подобного! Уходите! — И женщина попыталась закрыть дверь, но Лучник быстро выставил вперед ногу.

— Если Ясновидица говорит, что ты Воровка, значит, ты и есть Воровка. Я ей верю, — сказал он. — Как ты можешь об этом не знать, я не понимаю.

Она испепелила его взглядом, а затем столь же злобно посмотрела и на других.

— Я не воровка, — повторила она. — Может, по молодости лет я и сделала глупость, согласившись на то, на что соглашаться не следовало, но это было страшно давно, и я больше не считаю себя неизвестно кем Избранным Вором. Я не воровка. У меня нет ничего, что принадлежит или принадлежало другим, и в этом доме нет ничего, чем бы я не владела по праву.

— Никто и не говорит, что у тебя есть что-то краденное, — как можно мягче произнес Крушила. — Если изъясняться более дипломатичным языком, то мы считаем, что ты, будучи одной из Избранных, обладаешь сверхчеловеческими способностями тайно проникать в любое помещение и похищать любую вещь. В этом тебя никто не способен превзойти, так же как и меня во владении мечом. Твой титул вовсе не означает, что ты что-то украла, как и мой не говорит о том, что я кого-то убил.

— Ты прекрасно знаешь, кто ты такая, — устало проговорила Ясновидица. — И семантические споры тут ничего не изменят.

— Я — Меррилин тарак Долин, жена Сезена пири Олдрава и мать двоих детей — Килилы теш Бараг и Гарана аза Дорхала, — воинственно заявила женщина. — У меня есть имя, есть собственный дом, и они не имеют ни малейшего отношения к сказкам об Избранных героях.

— Но в то же время ты носитель талисмана Воровства, — заметила Ясновидица.

— Носитель? — насмешливо фыркнула Меррилин тарак Долин. — Я сунула его в какой-то ящик и с собой по дому не ношу.

— Но он у тебя есть, — сказал Лучник, — и это делает тебя одной из Избранных.

— Он делает меня человеком, который в возрасте семнадцати лет совершил страшную глупость и стыдился в этом признаться, — ответила женщина. — Мне давным-давно следовало отказаться от талисмана.

Крушила вспомнил о тех весьма неприятных ощущениях, которые испытал в Безумном Дубе, оставив талисман дома. Интересно, подумал он, может ли Избранный Вор избавиться от своего талисмана и не пыталась ли Меррилин это сделать? Испытывают ли подобные ощущения остальные Избранные, или это привилегия Воина?

— Еще раз молю тебя о прощении, — сказал Ведун, — но не могла бы ты уделить нам совсем немного времени, чтобы чуть глубже обсудить этот вопрос? Как ни печально, но он касается буквально всех. Ты позволишь нам войти в дом?

— Нет. Гаран спит.

— Боюсь, что в таком случае нам придется ждать здесь до тех пор, пока ты не соизволишь с нами побеседовать.

Женщина злобно глянула на Ведуна, на ногу Лучника, не позволявшего ей захлопнуть дверь, и сказала:

— Подождите, вот придет мой муж…

— Твой муженек не станет вмешиваться, — оборвала ее Ясновидица. — Не только потому, что нас пятеро против двоих, но и потому, что среди нас лучший в мире воин и лучший в мире лучник! У нас достаточно сил, чтобы сразить самого Лорда-Чародея. Неужели ты веришь, что твой достойный супруг способен нас испугать?

Женщина некоторое время молча смотрела на Ясновидицу, затем взглянула через плечо назад и снова перевела взгляд на незваных гостей.

— Ну почему вы не хотите оставить меня в покое? — спросила она.

— Если ты согласишься с нами побеседовать, то многое для тебя станет ясным, — сказал Ведун.

— Твоим детям ничего не угрожает, — напевно произнесла Говорунья своим высоким голосом. — За ними присмотрят лерры. Гаран проспит чуть больше часа, а Килила будет тихо играть в куклы еще дольше. Лерры об этом позаботятся.

— Кто ты? — спросила женщина.

— Я — Глирис Тала Данира шул Кереди бав Сединнр, которая понимает все языки и говорит на них. — Где-то в середине ответа она дернула головой, но фразу все же закончила.

— Это Говорунья, — пояснила вторая Избранная. — А я Ясновидица. Дверь держит Лучник, а молодой человек, который так мило с тобой беседует, Избранный Воин.

— Выходит, вы все Избранные?!

— Именно.

Меррилин нахмурилась, посмотрела назад в дом, снова на Говорунью. Затем, оттолкнув Крушилу и Лучника, вышла на улицу и закрыла за собой дверь.

— Мы можем поговорить и здесь.

— Хорошо. Мы пришли к тебе, потому что узнали нечто ужасное…

Хозяйка дома, не обращая внимания на Ясновидицу, спросила Говорунью:

— Как ты узнала о моих детях и леррах? Может быть, ты жрица?

— Нет. Я — Избранная, умеющая говорить на всех языках. Я слышу лерров и могу с ними беседовать. Но власти над ними у меня нет, если не считать обычной власти слов, которые мы обращаем друг к другу. Духов твоего дома и твоего очага взволновало наше присутствие, и они, желая, чтобы мы как можно быстрее завершили дело, согласились присмотреть за твоими детьми.

— А ты можешь заставить лерров присматривать за ними постоянно? — спросила женщина.

— Нет.

— В таком случае как же вы можете меня просить оставить дом? Кто будет заботиться о моих детишках?

— Я… нет, нет, нет. Позволь мне… Я, Меррилин тарак Долин Ториа бал Срорис, отношусь к тем, кто не ждет, что ты покинешь свой дом.

Ясновидица и Лучник с изумлением посмотрели на Говорунью, однако Ведун и Крушила, услыхав эти слова, нисколько не удивились.

— Вот и хорошо, — бросила Меррилин и повернулась к Ясновидице: — Итак, расскажи мне, зачем вы пришли?