John Tolkien - Сильмариллион (Перевод З. Бобырь)

Наконец, изнуренный долгой дорогой, Турин вместе с зимним льдом пришел к омутам Иврина. Он с трудом пробрался проходами Дор-Ломина и снова увидел страну своего детства, но Морвен там не было. Дом стоял пустой, разрушенный, холодный, и он ушел оттуда и явился в дом Бродды Восточноязычного, того, кто взял в жены Аэрин, и там Турин узнал, что Морвен давно уже нет здесь, и куда она бежала никто не знает, кроме Аэрин.

Тогда Тургон шагнул к Бродде и, схватив его, вытащил меч, потребовав, чтобы ему сказали, куда ушла Морвен, и Аэрин сообщила ему, что Морвен отправилась в Дориат в поисках своего сына.

И тут у Турина открылись глаза, и последняя нить чар Глаурунга разорвалась. И, охваченный черной яростью, Турин убил Бродду в его доме и с ним других восточноязычных гостей Бродды. После этого он бежал и скрылся в снегах, и ему помогали люди племени Хадора. Они знали пути в лесных дебрях, и с ними Турин сквозь вьюгу добрался до убежища изгнанников в южных горах Дор-Ломина. Одно лишь утешение осталось у Турина: что доблесть черного меча открыла для Морвен дорогу в Дориат. И он сказал себе: значит не все, что я сделал, привело ко злу. И какое лучшее место нашел бы я для своих родичей, пусть бы даже явился раньше? Ведь если будет разрушен пояс Мелиан, тогда придет конец последней надежде. Нет, все случилось к лучшему, потому что я бросаю тень на все, куда бы ни пришел. Пусть Мелиан хранит их! И я хоть на некоторое время оставлю их не в омраченном мире!

Прошло время. Турин, спустившись с Эред Витрина, тщетно искал Фундуилос. Он осмотрел все дороги, что ведут к проходам Сириона. Следов не было, и, спустившись вниз по Тенглину на юг, Турин натолкнулся на нескольких людей, Бретиля, окруженных орками, и он освободил их, потому что орки бежали от Гуртанга. Турин назвался Диким человеком из лесов, и люди просили его остаться жить с ними. Но он сказал, что у него есть дело – он должен разыскать Фундуилос. Тогда Дорлас, предводитель лесных людей, сообщил ему о ее смерти, потому что люди Бретиля подстерегли войско орков, гнавших пленников из Нарготронда. Люди надеялись освободить пленников, но орки тут же перебили всех пленников, а Фундуилос пригвоздили копьем к дереву. Люди похоронили ее вблизи того места и назвали курган именем девушки-эльфа.

С началом весны Турин пришел в себя, и он подумал, что ему следовало бы остаться здесь, в Бретиле, неузнанным, порвав с прошлым. Поэтому Турин взял новое имя Турамбар, Хозяин Судьбы, и просил лесных людей забыть о том, что он был для них пришельцем и когда-то носил другое имя. Тем не менее он не отказался от военных действий, так как не желал терпеть, когда орки приходили кн переправам Тенглина, и он сделал это место смертельно опасным для орков.

В Дориат пришли новые вести о Нарготронде, потому что немногие уцелевшие при разгроме и разграблении явились к Тинголу, и стражи границ привели их к королю. И один из пришельцев говорил, что Глаурунг все еще живет в землях Фелагунда. Одни уверяли, что Мормегиль убит, а другие – что он околдован драконом и все еще находится там, но все утверждали, что до падения Нарготронда многим было известно, что Мормегиль не кто иной, как Турин, сын Хурина из Дор-Ломина.

Тогда Морвен как будто потеряла рассудок и уехала на поиски своего сына. Поэтому Тингол послал за ней Маблунга с воинами, чтобы охранять ее и найти новости, какие сумеют. Но Ниенор идти с ними не разрешили.

Однако ей было свойственно бесстрашие ее рода, и в недобрый час она переоделась в одежду воина Тингола и отправилась в свою злополучную поездку.

Они догнали Морвен у берегов Сириона, и Маблунг просил ее возвратиться, но она была не в себе и убедить ее не удалось. А тут еще появилась Ниенор и отказалась вернуться. И они перешли Сирион.

Через три дня они добрались до Амон Этира, там Маблунг окружил Морвен и ее дочь охраной и запретил двигаться дальше. Сам же спустился с разведчиками к Нарогу, однако, Глаурунгу было известно все, что они делали, и пылая гневом он выполз наружу и улегся в реке.

Вода вскипела зловонным паром, и Маблунг со своими спутниками заблудился, ничего не видя. Заметив атаку дракона, охрана на Амон Этире пыталась увести Морвен и Ниенор как можно быстрее назад, на восток.

Ветер окутал их сплошным туманом, и кони обезумели от зловония дракона, и управлять ими стало невозможно. Они бросались туда и сюда, так что всадники налетали на деревья и погибали, а других кони унесли неведомо куда. В этой суматохе женщины были потеряны, и в Дориате так о них никогда и не узнали. А Ниенор, сброшенная конем, не получила повреждений и отправилась назад к Амон Этиру, чтобы ждать там Маблунга. Она поднялась через туман и, посмотрев на запад, увидела прямо перед собой глаза Глаурунга, лежавшего на вершине холма.

Ее воля боролась с его взглядом, но он пустил в ход свою силу, и принудил ее смотреть в его глаза, и наложил на нее чары полного омрачения и беспамятства, и она в течении долгих дней не могла ни слышать, ни видеть, ни двигаться по собственной воле. Тогда Глаурунг оставил ее стоящей в одиночестве на Амон Этире и вернулся в Нарготронд.

В это время Маблунг, отважившийся исследовать залы Фелагунда, бежал оттуда при приближении дракона и вернулся на Амон Этир, но не нашел там никого, кроме Ниенор. Она не говорила и не слышала его слова, но следовала за Маблунгом, если он держал ее за руку. И в глубоком горе он увел ее. Их нашли трое спутников Маблунга, и они направилсь на север к границе Дориата, за Сирионом. По мере того, как они все ближе подходили к Дориату, силы возвращались к Ниенор, но она не говорила и не слышала, и слепо следовала за тем, кто ее вел.

Спутники уложили ее и тоже решили отдохнуть, и там их атаковала банда орков, но в этот час к Ниенор вернулись слух и зрение, и, пробудившись, она в ужасе вскочила и убежала.

Тогда орки бросились в погоню, а эльфы за ними. Эльфы догнали и перебили орков, Ниенор же скрылась. Она бежала, обезумев от страха, и платье на ней рвалось, цепляясь за ветви, пока она не оказалась совершенно нагой.

Маблунг, отчаявшись, возвратился в Менегрот и рассказал о случившемся. Тингол и Мелиан опечалились, Маблунг же ушел и долго, но тщетно искал сведений о Морвен и Ниенор.

А Ниенор продолжала свой бег в лесах, пока ее силы не иссякли, и она упала и уснула. Ниенор ничего не помнила, кроме мрака, оставшегося позади, поэтому она шла осторожно и стала голодать, потому что у нее не было пищи, а как добыть ее она не знала. Придя к переправам Тенглина, она перебралась через него и стала искать приют под деревьями Бретиля, потому что страх не покидал ее. С юга пришла страшная гроза, и Ниенор в ужасе упала на кургане, заткнув уши, и она лежала, не слыша грома, дождь хлестал ее, а она лежала. Там и нашел ее Турамбар. Увидев при вспышке молнии тело убитой, как ему показалось, девушки, он был поражен в самое сердце. Но лесные люди подняли ее, и Турамбар закутал девушку в свой плащ и отнес ее в сторонку, отогрел и дал ей еды.