Чарльз де Линт - Зелёная мантия

— Может, и так. Давай принесу.

— Да, но…

— Ради меня, Али. Я тебя отпускаю и разрешаю впутаться в опасное предприятие, а ты возьми трость. Честная сделка. Договорились?

Али пожала плечами:

— Договорились.

Пока он ходил за тростью, она соорудила себе сэндвич с арахисовым маслом и луком. Тони посмотрел, как она складывает половинки.

— Ты будешь это есть?

— А что?

— Ну, это твой желудок. Держи.

Трость Али понравилась. Т-образная рукоять, зловещий стальной клюв на конце и множество серебряных накладок на древке. Приглядевшись, она увидела выгравированные на них картинки замков и горных хижин и под каждым — немецкое название.

— Один друг из Австрии подарил, — пояснил Валенти. — Там с такими лазают по горам, или что-то в этом роде, не знаю уж.

— Мне нравится, — сказала Али, подумав про себя, как здорово будет сбивать ею головки сорняков, даже если ни для чего больше она не пригодится.

Валенти проводил её до заднего крыльца и помахал на прощание. Он смотрел ей вслед, пока девочка не скрылась в лесу, а потом зазвонил телефон, и он ушёл в дом. Али остановилась, оглянулась. Взмахнула на пробу палкой и взметнула в воздух очень приличное облачко одуванчиков. Шмяк, шмяк! Потом развернулась к лесу и поскакала по тропинке, размахивая палкой и откусывая на ходу сэндвич.

Сегодня лес принадлежал ей одной, и она наслаждалась этим ощущением. Вчера было сумрачно, а сегодня такой чудесный денёк, и лучи солнца пробиваются сквозь листву на дорожку. Она слушала, как бранятся белки, замечала на деревьях воробьёв и малиновок, у ручья наткнулась на стайку краснокрылых дроздов. Она не слишком удивилась, увидев Малли, сидевшую на прибрежном камушке и поджидавшую её.

— Глянь-ка, Али, — заговорила дикарка. — Ищешь кости?

— Может быть. Хочу сперва поговорить с Льюисом.

— Льюис знает книги, — фыркнула Малли, — а тайны не знает.

— Все равно я хочу с ним поговорить. Малли пожала плечами:

— Ладно, пошли. Покажу тебе короткую дорогу напрямик через лес — выведет чуть ли не прямо на крышу к Льюису.

— Ты не обижаешься, что я хочу сперва с ним встретиться? — спросила Али.

— Обижаюсь? — Малли мотнула головой. — Мне нравится Льюис. Он мой друг, Али. И ты тоже, только его я дольше знаю.

— Но…

— Друзья не всегда бывают правы, — усмехнулась Малли. — Ну, вперёд. Кто первым добежит до того березняка?

— Не честно. Ты быстрей бегаешь.

— Ну, тогда я поскачу… на одной ножке. Не успела Али ответить, как дикарка подогнула ногу, ухватила себя за лодыжку и быстро-быстро поскакала вперёд. Расхохотавшись, Али пустилась вдогонку и, конечно, проиграла, несмотря на фору.

Валенти как раз повесил трубку, когда вниз спустилась Френки. Сонная, с всклокоченными волосами, она все же сумела улыбнуться ему. На ней был мешковатый свитер и свободные трикотажные брючки. По мнению Валенти, она выглядела на миллион долларов.

— У вас кофе не осталось? — спросила она. — Меня запах разбудил.

— Сколько угодно, — уверил её Валенти. — Как вы себя чувствуете?

Она обдумала вопрос:

— Хорошо. На удивление хорошо, если подумать. Али ещё не вставала?

— Встала. Только что ушла погулять в лес за домом.

— С ней ничего не случится?

— Не волнуйтесь. Она толковая девочка и знает, что делает. Если что, тут же прибежит.

— Мне не нравится, что она ушла.

— Все будет хорошо. Френки кивнула:

— Вообще-то я рада, что у нас есть несколько минут. Я хотела попросить вас об одной услуге, Тони.

— О какой?

— Я хотела попросить отдать мне пистолет, который вы отобрали вчера у человека, стрелявшего в Тома. И научить меня им пользоваться.

Валенти ожидал от неё чего угодно, только не этого.

— Вы хотите пистолет?

— Разве это удивительно после того, что со мной случилось?

— Но вы не сможете им пользоваться — у вас нет разрешения на ношение оружия. Если бы вы вчера подстрелили того парня, у вас бы сейчас были крупные неприятности.

— Посмотрите на меня, — сказала Френки. — Физически я не ровня ни Эрлу, ни тому человеку. Но я не собираюсь больше быть жертвой. Что же мне ещё остаётся?

— Все так, но закон…

— Только вот о законах не надо, Тони. Я не настолько была не в себе вчера ночью, чтобы не видеть, что у вас было в руках. Какой-то автомат, правда? У вас, конечно, есть на него разрешение?

— Ну, вообще-то…

— Так почему вам можно, а мне нельзя, Тони?

Валенти вспомнил, как совсем недавно подумывал вооружить пистолетом Али. Здесь работают те же правила, но подумав, через что ей уже пришлось пройти…

— Ладно, — решился он, — только сразу предупреждаю — сам пистолет ничего не решает. Это всего лишь инструмент. Не воображайте, будто вы станете другой, круче или лучше, просто взяв его в руки. Если уж вы достали пистолет, будьте готовы им воспользоваться. А если пользуетесь: будьте готовы, что в кого-то попадёте, — понимаете меня? И не позволяйте ему лишить вас осторожности, особенно при встрече со своим бывшим — у него тоже будет пушка. Помните: тот, в кого вы стреляете, тоже может выстрелить.

— Я все это обдумала, — кивнула Френки. — Поверьте, я все много раз прокрутила в голове. Я на это рассчитывала. Не думайте, я не собираюсь изображать крутую девицу-стрелка вроде тех, с которыми вы имели дело. Но мне это необходимо. Не хочу больше быть жертвой. К тому же мне приходится думать об Али. Вы же не будете охранять нас двадцать четыре часа в сутки. И никому другому я не позволю. Я благодарна за все, что вы для нас сделали, Тони, но я должна уметь сама за себя постоять.

— Да, — проговорил Валенти. — Затем вы сюда и приехали.

— Как только все это кончится — так или иначе, я тут же избавлюсь от оружия. Вы оглянуться не успеете.

— Верю… — Он постоял, крутя в руках кофейную чашку. — Слушайте, я кое-что должен вам сказать. Я не занимался расследованием преступлений. Я буду откровенен. Уважаю вас и не хочу, чтобы между нами стояла ложь и прочее дерьмо. Я никогда не говорил Али того, что она рассказала вам. Она сама придумала это, потому что… ну, я не знаю. Может быть, хотела вас оградить. Думаю, она боялась, что вы не разрешите нам дружить, если узнаете правду.

Френки стиснула пальцами свою чашку.

— Что… что вы хотите сказать, Тони?

— Я сам был из таких — член «семьи», знаете ли. Но я никогда не воевал против женщин и детей, и мы не имели дела с наркотиками и проституцией. Не имели, пока старый дон оставался padrone. А все-таки я был в деле.

Френки заговорила не сразу. Она сидела молча, смотрела на него и думала, почему это откровение не так уж её поразило. Не потому ли, что она успела узнать Тони и, при всем его очевидном умении управляться с оружием и неприятностями, он не показался ей бандитом?