Евгения Петроченко - Весна в стиле фэнтези

И я осталась одна.

Началось.

Ева зовет.

Я еще раз оглядела себя в зеркале, поправила волосы и на ватных ногах направилась в зал.

— Воскресенский Виктор. Ответишь? — спросила Ева.

— Да, — ответила я и приняла как можно более расслабленную позу. Юбка коротковата, блузку бы тоже не мешало бы застегнуть на все пуговицы, но времени нет, да и надоело мне уже думать, что понравится Вику, а что — нет.

— Привет, — он смущен или мне это кажется? Кстати, я не говорила, что ему очень идут костюмы? — Я рад, что ты согласилась со мной поговорить после… эээ… Можно войти?

— Да, конечно, — разрешила я и немного отошла в сторону.

Вик вышел из зеркала и стал оглядываться.

— Ждешь гостей?

— Да, — коротко ответила я, не отрывая от него глаз и застыв на одном месте.

— Если не секрет, по какому поводу? — вряд ли ему действительно интересно. Скорее, он не знает, с чего начать. Ну и пусть мучается, я ему помогать не собираюсь!

— У меня День Рождения.

— О, — только и смог вымолвить он.

Молчание.

— Я не знал. Извини, я бы тебя обязательно поздравил, — он смущен. Точно.

— Ничего, — непринужденно говорю я, пытаясь удержаться и не сказать, что вчера он здорово меня поздравил. Так здорово, что я несколько часов проревела.

Снова молчание. Но на этот раз прерываю его я.

— Может, кофе?

— Да, конечно, — радостно соглашается вампир и следует за мной на кухню.

Усадив его за стол, я принялась делать кофе, чувствуя себя крайне неуютно. Вик буквально пробуравил мне спину своим взглядом, как будто того факта, что наследник вампиров, живущий в шикарном доме, сидит сейчас в моей маленькой кухне, было недостаточно, чтобы полностью лишить меня последних крох самообладания.

— Света, что ты делаешь? — мягко говорит Вик.

Я поворачиваюсь и смотрю на его улыбку — насмешливую или обычную?

— А что? Ты не пьешь растворимый кофе? Ну да. Ты же у нас Наследник! — пожалуйста, только не заводись!

— Не пью, — все так же улыбаясь, сказал Вик, — Да и никто не пьет растворимый кофе, если его насыпают в уже приготовленный чай.

Вот дура!

Вылив кофе (или чай) в раковину, я принялась заново его делать, хотя больше всего на свете мне хотелось провалиться сквозь землю. Я изо всех сил стараюсь сделать гордый и непринужденный вид — и тут такая промашка!

— Знаешь, я должен тебе сказать, что был неправ. Ты ведь… это… — он замолчал, пытаясь подобрать слова, — и я подумал… что… Вот черт! Ты меня поняла? — он посмотрел на кружку, которую я поставила перед ним, а потом и на меня.

— А ты? — ухмыльнулась я. Честно говоря, я даже испытывала нечто вроде удовольствия, глядя на его мучения.

Сев напротив него, я немного отпила из кружки и еле сдержалась, чтобы не зашипеть от боли. Вот блин, кипяток!

Вик откинулся на спинку стула, взлохматил челку, сделал глоток, причем выражение его лица ни капли не изменилось, вздохнул и продолжил:

— Так вот, я был не прав. Я наговорил тебе кучу неприятных вещей, сделал неверные выводы и вообще вел себя как полный придурок, — он замолчал и выжидающе уставился на меня. Очень хотелось отвести глаза, но это делать никак нельзя. Я не собираюсь так просто сдаваться!

— Значит, ты извиняешься за то, что считал меня лгуньей, карьеристкой и вообще охотницей за деньгами, — подытожила я.

— Да. Ты все отлично поняла, — облегченно сказал Вик.

— Конечно. В последнее время уж слишком много загадок приходится расшифровывать.

— То есть ты меня, как это ты сказала, «расшифровала»? — нахмурился вампир и принял менее расслабленную позу.

— О нет. Ты — единственный в своем роде, — я не нашла ничего лучше, чем закатить глаза.

— Это такой комплимент или ты просто смеешься?

— Это констатация приятного факта. Будь таких, как ты, много, мне бы пришлось обратиться в психушку, — мне даже как-то смешно стало от этого бестолкового разговора.

— Значит, мир? — улыбнулся вампир и сделал ещё глоток.

Мир? Интересное предложение… Но хочу ли я этого мира? Хочу ли я ещё пережить все эти унижения, снова не спать по ночам и мучиться перед неизвестностью?…

Я сфокусировала свой взгляд на недоуменном лице Вика и решила не терять последнее, что у меня осталось — гордость.

— С чего ты взял?

— Ну… — он растерялся. Не ожидал, — ты сказала, что всё понимаешь…

— Понимаю. Но с чего ты взял, что можешь вот так просто придти ко мне, попить кофе, сказать пару предложений — и я все забуду? Не знаю, известно ли тебе это, но понять — не значит простить, — уфф… Я это сделала. Сказала. Молодец! Только почему же так больно?

Снова молчание. Вик смотрит на меня, и я не могу уже больше выдерживать его взгляд. Смотрю на зеленую кружку, пытаясь не моргать, так как только это, кажется, сдерживает слезы.

— Так что, ты уж меня извини, я не собираюсь с тобой дальше тут беседовать. Мне надо ещё разложить салфетки, — сказала я, встала из-за стола и принялась искать в кухонном ящике проклятые салфетки.

— Света…

Я оглянулась и встретилась с пристальным взглядом серых глаз.

— Ты… Почему все так?

— Почему я не собираюсь с тобой беседовать? Или почему мне надо разложить салфетки? — ответила я, зная, что он имеет в виду совсем не это.

— Ты прекрасно понимаешь, о чем я! — вскочил на ноги вампир.

— Так о чем ты, Вик? Извини, но я не успеваю за твоей гениальной мыслью, — как можно более саркастично попыталась сказать я. Не самая лучшая идея — выставлять его идиотом. Или себя. Это смотря с какой стороны посмотреть.

— Я о том, что происходит… Что ты со мной делаешь?! Почему? — с каким-то отчаянием воскликнул вампир.

— Почему? — начала я, в сотый раз пытаясь не сорваться. — А ты прямо не догадываешься? Думаешь, все так просто? Щелкнул пальцем — и вот я уже на блюдечке?

— Но ведь с эльфом всё именно так! — Вик резко встал с кресла, как-то подозрительно побледнев, — Хочешь сказать, ему долго возиться с тобой пришлось? Не строй из себя недотрогу!

— Убирайся, — губы задрожали, глазам стало мокро, но мне уже все равно. — Проваливай!

Вик дернулся как от удара, но не двинулся с места, только еще больше побледнел и почему- то облокотился на стену.

— Не делай этого… Не сейчас.

— Да пошел ты к черту! Видеть тебя больше не могу! — прошипела я.

— Света… — он судорожно вздохнул, но до конца не договорил.

— Отлично, я сама это сделаю, — мне не оставалось ничего другого, как направиться к выходу из кухни.

Но мой эффектный вылет из комнаты не состоялся.