Евгения Петроченко - Весна в стиле фэнтези

Мои невеселые рассуждения прервал звон дверного колокольчика. Я вздрогнула, медленно вынырнула из мыслей и замерла в восхищении. Почему всегда, когда я вижу своего босса, я чувствую себя неполноценной? И почему в мире действует этот дурацкий закон полости, застающий тебя врасплох в самое неподходящее время?

Красавчик был, как всегда, красавчиком. А в неформальной одежде просто… нереально красивым. Я ни разу не видела его в таком виде (и слава богу!), иначе мои мозги окончательно бы отключились. Серые джинсы и ветровка, белая майка — держите меня семеро! Белый майки на парнях — моя самая сильная слабость… Глеб Леонидович пошел прямо к стойке, а я вся сжалась в кресле в надежде, что он меня не заметит. Но этого не произошло. Несмотря на все мои ухищрения, эльф по дороге к выходу все же меня заприметил (неудивительно, ведь я же сижу справа от двери!) и направился прямиком к моему столику.

Вот блин!

И почему я так выгляжу? Что мне мешало встать хотя бы на пять минут пораньше и нормально накраситься? За что мне это невезение?

Я оделась так, как обычно хожу гулять или в школу. Бирюзовые кеды, темно-синие джинсы, голубая ветровка и волосы в невысоком хвостике. И даже губы не накрасила! Как я теперь ему в глаза-то смотреть буду?

— Доброе утро! Можно присесть? — спросил Красавчик, широко улыбаясь. У него даже глаза улыбаются. Серые, как и у Вика, только более светлого оттенка, ближе к голубому.

— Конечно! — улыбаюсь я в ответ и перекладываю все словари со стола на свободное кресло.

Он садится напротив меня и смотрит прямо в глаза. Так открыто, что хочется отвернуться, но не получается.

— Я вот за пирожными зашел. Племянница просто замучила! — как ни в чем не бывало сообщает эльф, словно мы каждый день встречаемся в этом кафе за чашкой чая. Хотя почему чая? Он заказывает латте и кусок карамельного торта.

— Сладкое любите? — удивляюсь я.

— Ага, — гордо отвечает Красавчик и накладывает в маленькую чашечку кофе две ложки сахара. — А ты с утра пораньше словари читаешь? — он так озорно подмигивает, что я не могу сдержать улыбки. На «ты» обращается, значит, в хорошем настроении. Словно другой человек (ой, эльф!).

— Приписку к артефактам расшифровываю, — ох, зря я это сказала. Зачем непринужденный разговор портить работой? Но эльфа, казалось, это ничуть не смутило.

— А, я тоже думал когда-то. Это точно верринг, но о чем там говорится, никто уже больше пяти сотен лет понять не может. Может, у тебя получится… — он с аппетитом начал есть тортик. Мой же шоколадный мусс покоился нетронутым.

Странно, что я его встретила. Последние два месяца стали слишком богаты на случайности. Вот сами подумайте, каковы варианты, что именно меня пошлют допрашивать Воскресенских? Каковы шансы, что шеф решит позавтракать именно в моем любимом кафе и сядет ко мне? Что вообще творится-то? Еще не хватало, чтобы сюда вошел Вик. Для полного набора.

Как говорят, помяни… — вот и оно. То есть я не считаю его таким, но факт налицо!

Как такое может быть? Мир определенно сходит с ума.

Киря ввалился в кафе вместе с какой-то девчонкой, а следом за ними — Вик и эта рыжая стерва, Элла, кажется. Она была в супер короткой юбке, а он… как всегда, неотразим. Черные штаны, фиолетовый блейзер, а под ним рубашка — очень красиво, но чего это он так вырядился? Где кеды, футболка, толстовка?

И какого черта им нужно в моем кафе???

Пока я старательно отводила глаза от шумной компании, они уселись за столик недалеко от нашего. Определенно, им было очень весело.

Поздравляю, Светочка, ты — дура. Вик явно не теряет времени даром. А ты тут страдаешь, плачешь, объясняться думаешь? Да пошел он на… все четыре стороны!

И как хорошо, что пришел Глеб Леонидович! Респект судьбе или тому, кто там все за всех решает!

Наконец, меня заметили. Хоть я и не смотрела прямо на Вика и Кирю, но боковым зрением меня не обделили. Я четко видела, как Киря указывал на меня и что-то шептал на ухо Вику. Тот мельком вглянул на меня и, видимо, решил последовать моему примеру — ограничиться боковым зрением. Больно надо! Думаешь, я буду переживать, что ты со мной даже не поздоровался? Многого хочешь! У меня гордости полно, и подъемный кран не удержит!

— А вы всегда здесь завтракаете? — я подделась вперед и попыталась придать лицу максимально заинтересованное выражение.

— Да, я тут живу неподалеку. Я сначала не хотел тут завтракать, одному скучно, а потом увидел тебя, — он улыбнулся. Хоть бы Вик заметил, как он мне улыбается! Плевать, что так он улыбается всем, Вик-то этого не знает!

Что бы у него спросить? Надо же создавать иллюзию оживленной беседы!

Я подперла подбородок рукой, улыбнулась и внимательно, почти влюбленно посмотрела на босса.

— А пропажей артефакта Воскресенских будет заниматься не наш отдел?

— Нет, там же никто не применял трансформеров. Да и вообще, кому этот артефакт нужен? Лежал себе восемь веков в склепе, никому дела до него не было, а тут — на тебе! Если б Воскресенский не победил на выборах, я бы подумал, что эта шумиха просто для пиара, а так… Ничего не понятно.

— А почему он лежал на этом кладбище, отнесли бы в музей какой-нибудь… — я принялась за свой мусс, искоса поглядывая на Вика. Он что-то заказывал у официантки.

— Так не получалось вынести из склепа. Основатели его создали примерно в то же время, когда и этот город, а лет через десять переругались. Ну, ты это, конечно, знаешь, — эльф откинулся в кресле, задумчиво поглаживая чашку кофе.

— Нет, не знаю, — ответила я, чувствуя себя полной дурой.

— А, ты же не из Главного! — вспомнил Красавчик. — Просто в любой школе проходят историю своего города или области. Так что это знают все. Думаю, ты помнишь, что семь представителей от всех разумных видов основали этот город и Совет Семи Представителей. Было это в далеком 1268 году. Они подписали мирный договор, по которому все виды считались равноправными, и дискриминация была противозаконной. Также они заказали сделать статую во имя дружбы разумных видов, построили здание ССП, не наше, то было каменным, и сделали много благих дел, среди которых было и создание этого артефакта. Упоминаний о нем мало, в основном, в семейных архивах продолжателей рода основателей, да и то как-то вскользь… Но потом возникла необходимость в представлении страны на мировом уровне, и тут-то начались проблемы. Каждый хотел быть главным. Назревала очередная война. Но более благоразумные виды — эльфы, люди, вампиры и лешии — объединились против оборотней и русалов. В те времена тюрем не было, и с зачинщиками бунта расправлялись только одним способом — их казнили. Оставшиеся кланы решили все мирным путем. Вот и вся история. А снять наложенную ими защиту могут только они сами или их потомки, по одному от вида, так что это невозможно. Вампиры хоть и могли проникнуть сквозь защитное поле, но вынести ничего бы не получилось. Может, это нельзя сделать, может, это могут сделать только потомки основателей, собравшиеся вместе, а может, есть какое-то третье условие… Нам это неизвестно.