Наталья Пешкова - В центре чужой Игры

Ой ё! Как же я забыть-то мог, что у этих ушастиков слух отменный. Какой араж меня дернул вслух всё это говорить?! Теперь вот слушаю лекцию его пресветлейшества Найвэна Великолепного о пристойном поведении юных эльфов и о том, как люди и иже с ними не умеют беречь родную природу. Вот зараза остроухая, мог бы сразу так и сказать, что до эльфийских земель ещё целый день ехать, а это чисто человеческий кусок Синей зоны. А ещё этот садист заявил, что "наш разговор" (о, как же мне не достает папули Роддука и его "уроков" — чётких, ясных, а главное — быстрых!) продлится вплоть до приезда в Пэлатти[45]. У-у-у! Что? О! Имар — сааамый добрый, самый лучший, самый чудесный эльф во всех мирах! Почему? Так он единственный (а Сейфи я это ещё припомню!), кто сжалился над бедным несчастным ребёнком и сообщил, что в город-рынок мы уже через час приедем! Ура! Только т-с-с, делаем заинтересованную мордашку и внимательно слушаем… Кстати, вам всю лекцию озвучивать, или и так хватит? С кем я разговариваю? Так с читателями моих мемуаров! Нет никаких мемуаров? Так и я еще не старик! Да и эльф как-никак, жизнь длинная — напишу! А пока так… мысленные набросочки. Интересно, а если впрямь записывать, где ж мне столько бумаги найти, чтобы все "откровения" Найвэна записать?

Да… Тот, кто назвал ЭТО городом явно погорячился. Вот рынок — это подходит. Просто один огромный рынок. Из местных жителей только те, кто всё это безобразие обслуживает — хозяева и работники разных ресторанчиков, кафешек, баров, пивнушек, гостиниц, постоялых дворов, ночлежек, борделей… Что? Это мне еще рано знать?

— А ты, Имар, откуда знаешь, о чём я думаю? — спросил я у эльфика, убедившись, что остальные (а главное Найвэн!) далеко — в гостиницу уже зашли.

А, ясно, смотрю, значит, на это здание слишком внимательно.

— Не ходи туда, — заговорщицким шёпотом посоветовал парень. — Там такое можно увидеть!

Интригующее начало! Нет, он что реально думает, что после этой фразочки мой интерес к данному заведению пропадёт?

— Мне папа все время говорил, — продолжил Имар, — "Не ходи по злачным местам! Не ходи по злачным местам! Там можно такое увидеть!".

— И что, ты не ходил?

— Ходил!

— И что же ты там увидел?

— Папу!!!

— Вот оно как! — расхохотался я. — Вот значит, где отцов искать надо! О! Теперь я знаю, куда идти, если папочка потеряется!

Интересно, а утончённым эльфам можно так дико ржать? Мне-то можно, я ж человек наполовину! А Имар у нас чистокровный ушастик! И почему его Найвэн не видит? А и хорошо, что не видит, опять ведь мне все шишки достанутся — дескать, это я юного невинного эльфика смущаю. А я что? А я ничего!

Когда мы, отхохотавшись, ввалились в трактир, оказалась, что комнаты и еда уже заказаны, и все наши спутники восседают за столом, в ожидании обеда.

— Вы чего задержались? — спросил Эйри.

— Так, бордель рассматривали, — усмехнулся я. Внимание, сейчас начнётся.

— Что?! — возмутился Найвэн (кто б сомневался!)

— Иду я, значит, по улице, смотрю — бордель.

— Ильсан, как тебе не стыдно! Ты что, не можешь сказать, ну, к примеру "гостиница"?

— Делар Найвэнмуаринтаэль, так я ж тоже сразу подумал, что гостиница!!! А потом пригляделся — та таки ж бордель!

— Ильсан! — аж побагровел эльф. — Эйрифисейнталь, вам просто необходимо срочно заняться образованием своего сына. Он не знает элементарных вещей?

— Не беспокойтесь, делар, — ответил папочка "Эйри", незаметно мне подмигивая, — сегодня же ночью и займусь его образованием.

А чего это с остальными эльфами странное творится — рот ладошкой закрывают и отворачиваются? И Неор туда же… Смущаются что ли — тоже про бордель ни разу не слышали? Вон урсы точно были — ржут за соседним столиком.

Да, что-то мне подсказывает, что ещё одной нудной познавательной лекцией я обеспечен. В общем, обед прошёл в тёплой дружеской обстановке.

Если кто-то бегал на полной скорости в темноте по длинным извилистым переходам, заваленным разными обломками, пробирался узкими (хорошо, Умника нет, точно бы какую-нибудь речь про мою фигурку толкнул!) тоннелями, затянутыми паутиной, то он меня обязательно поймёт. Лерка вела меня уверенно, несмотря на то, что была в этих коридорах всего раз (обычно другой дорогой ходила, спешить-то было некуда!). С моим зрение опять творилось чёрт знает что — видать, добрый дядя-электрик оказался не таким уж и добрым, и свет периодически пропадал. В общем, гонка ещё та. Оставалась, правда, надежда, о чём я и заявила девочке, что если хайты увидят чучело, в которое я превратилась, быстренько умрут либо от разрыва сердца, либо от хохота. Собственно, мне без разницы от чего они сдохнут, главное, чтобы копыта откинули. В ответ Лерка, смеясь, сообщила, что копыт у них нет. Да ну и фиг с ними! Что такое фиг? А это такое волшебное слово: если его поставить в одной фразе рядом с упоминанием о какой-то неприятности, то она сразу становится мелкой и несущественной.

— Кабинет Учителя, — объяснила она, открывая дверь.

Комната, куда мы попали, на фоне остальных казалась просто таки стерильно чистой: ничего не сломано, не разрушено, и пыли нет. Грязновато — это да, захламлено немного, но это скорее похоже на рабочий беспорядок, чем на хаос, царящий в других помещениях. Это тоже была лаборатория учёного, а может, алхимика — кто их знает, я ж не спец в этих делах. Все стены комнаты были заняты стеллажами, которые вперемешку заставлены (скорее завалены!) книгами, минералами, высушенными растениями, склянками и колбами с разноцветными жидкостями. Ха, змеевичок — что, дорогой Учитель, гоним понемногу? В центре комнаты длинный прямоугольный стол с разной всячиной — что-то вроде маленькой (на одну конфорку) газовой плитки, небольшие весы, вокруг бумаги, пустые пробирки, какие-то камни, ступка с пестиком, рядом измельченные корни растений, а главное, хорошо мне знакомые стрежни — я даже раненую руку непроизвольно погладила, хотя и не болит уже. Возникло ощущение, что учёный совсем недавно вышел из комнаты и вот-вот вернётся, разожжёт горелку и продолжит свои опыты. Только что-то мне совсем не хочется, стать частью этих экспериментов!

Пока хайта возилась с какими-то рычагами на панели у металлической двери, моё внимание привлёк открытый ящик стола, полный таких же чёток, что я подобрала в первой комнате, даже цвет похож. В задумчивости я вытянула из ящика бусы, повертела в руках, рассматривая. Да что же здесь происходит? Я даже не сразу заметила, что с силой сжимаю чётки в руке. И тут, словно в висок что-то острое воткнулось, в глазах потемнело.