Елена Лирмант - Огенная Лисица и Чёрный дракон

— Ждем!

— А они страшные? Правда говорят, что они огромные с дом, и огнем плюются?

— Правда, а еще молоденьких мальчиков таскают и пожирают у себя в пещерах.

— А почему вы их не боитесь?

— Мы хотим им подарок сделать, если удастся его получить. И тогда они нас не тронут.

— А можно мы останемся с вами? Вы же защитите меня?

— Ну, это как ты себя поведешь, будешь послушным, тогда и защиту получишь.

— Форитта, хоть бы меня постеснялась, — прервал наш разговор муж княгини.

— Я тебе не мешаю горожанок щипать, и ты мне не мешай, — огрызнулась женщина.

— А что я должен сделать? — спросила я.

— Ничего. Ничего пока. Сиди, ешь! Хочешь пирожное?

— Хочу!

— Славный мальчик! Ну, что еще? — княгиня обернулась к подошедшему шершу.

— Торговцы там. Мазь просят. Готовы, золотом заплатить!

— Иди, — кивнула она мужу, узнай, сколько им нужно.

— Ты совсем страх потеряла, драконы приближаются, если они узнают, что мы драконьей кровью торгуем, нас сожгут. Прошу тебя, давай прекратим, откажи торговцам.

— А кто им скажет? Ты? Я? Ракый? Или вот этот, она шлепнула шерша по щеке, и тот согнулся в три погибели. Нет, дружок, мы все молчать будем.

— Рядом с тобой ребенок сидит, у него уши есть.

— У тебя уши есть, мальчик?

— Есть, — попыталась смутиться.

— И что они слышали?

— Когда?

— Сейчас.

— Хозяйка, сказала, что она мне все волосы повыдергивает, потому что опять я около господ кручусь.

— А ты ее боишься?

— Злая она!

— А мы ей тебя не отдадим. Как можно такого славного мальчика отдать!

— Я тогда пойду, скажу ей, что здесь останусь!

— Иди, скажи!

— Он маленький и глупенький, а ты боялся, — засмеялась Форитта. — Ну, пойдем сама поговорю.

Они вышли втроем из столовой, а хозяйка позвала опять меня танцевать! Вот пристала.

— Занья, мне по делу надо, — я переступила с ноги на ногу.

— Говорила же, облегчись, перед выступлением.

— Я не могу больше терпеть.

— Иди, потихоньку, вон в ту дверь, там спросишь у домочадцев. Лев, давай нашу, я сама пойду в круг. А ты скорей.

Выскользнув из зала, я оглянулась, куда идти? И тут настроилась на Ракыя, где он? Меня потянуло по коридору влево. Накинула невидимость и пошла. Ракый разговаривал с княгиней.

— Ну, что? Скоро? Он придет? — спрашивала Форитта.

— Жду.

— Если не успеем нам всем головы не сносить. Драконы здесь завтра будут.

— Знаю. Прошу тебя, давай, всех драконов уничтожим, чтобы следов нашей деятельности не осталось. Если они узнают! Нам несдобровать.

— Завтра ночью и уничтожишь. Нам еще мазь нужна. Коробочек пятнадцать. Дают три кошелька золотом. Один твой. Я им на пробу одну коробочку дала, так они глаза вытаращили, увидев эффект!

— Жадная ты, Форитта!

— Не жадная, азартная, играть так по-крупному!

— Хорошо, пойду, посмотрю, что можно сделать. Послушай, тебе не кажется, здесь чем-то запахло? Свежестью какой-то?

— Нравиться? Это мои новые духи. Сама создала аромат. Давай помажу, — она, вынув из кармана пузырек, брызнула им на Ракыя.

— Ты что делаешь, чутье мне испортишь, нет запах не такой. А впрочем, показалось, наверное.

— Форитта, из-за угла вышел ее муж, — я узнал, что нас тут всего двести человек осталось. Охрана разбежалась.

— Конечно, разбежалась, пока я сеть не поставил, они, словно крысы, бежали, как только донесся слух о том, что произошло в Фароире, — ответил за княгиню Ракый.

— Может мы тоже, того… уйдем… пока драконы не пришли, — промямлил князь.

— Трус! И куда ты побежишь? Подождем нашего князя, вытрясем из него его тайну, и все достанется нам, драконы за такую информацию отдадут все, что захотим.

— А Огненная Лисица? Если она сюда заявится?

— Не заявится. Перестань трястись! Ракый такую защиту поставил, что ни то, что лисица, мышь не пройдет. Иди, дорогой, — княгиня поцеловала Ракыя, — приготовь еще мази из крови дракона. Обещаю, это последняя партия, как ты и хотел.

Схватив мужа за руку, княгиня направилась обратно в столовую, а я за Ракыем. Он вышел на улицу, и, приподняв сетку, пошёл к двухэтажному зданию, что стояло невдалеке. Идти за ним, я не осмелилась. Он и так почувствовал мою магию. А потом я ощутила, как из этого дома вырывались волны боли, отчаяния, гнева, и злости. Все, что мне нужно было, я узнала.

Вернулась в столовую, Форитта опять поманила меня пальцем.

— Лев, княгиню на мальчиков потянуло. Она предлагает мне остаться у нее, — прошептала я.

Лев нахмурился. Под его пальцами лопнула струна. Занья остановилась.

— Простите, господа, — Лев поклонился княгине, — если, не возражаете, завтра мы снова придем. Инструмент сломался.

— Я бы хотела, чтобы мальчик остался у меня, — проворковала Форитта.

— Конечно, высокородная леди, завтра он и придет. Он только один и может мне инструмент починить, без него никак нельзя.

— Ну, ладно! Завтра не приходите, у нас много дел будет, а вот послезавтра, ждем! У нас будет весело. Драконов в гости ждем! — весело засмеялась она.

Ракый, вернувшийся в столовую, о чем-то сказал княгине, а потом вывел нас из города.

Занья ворчала, что у этой княгини, она сегодня ни одной монеты не получила. Все шерши, только смотрели, и никто не заплатил.

— Вот и не пойдем больше, — заявил Лев, — бесплатно мы не работаем.

— Ишь, как запел, — удивилась Занья, но согласилась с ним. Вернувшись в табор, я глазами показала Льву, что у меня есть, что ему сказать. Ночью, когда все легли спать, мы встретились, и я рассказала все что услышала.

— Хорошо Мэриетта, — он потер руки, завтра с утра я отвлеку Занью, а ты беги на дорогу, она тут одна, и жди там драконов. Расскажи, что узнала ты, и еще то, что услышал я — в домах, что стоят в начале улиц, ведущих к замку, шерши установили машины, которые пускают сразу двадцать пять стрел с убойной силой. В этих машинах, есть один недостаток, они очень громоздки, неповоротливы, и требуют много времени, пока установишь все стрелы.

Я только успела позавтракать, как Занья отправила меня собирать дрова в лес, они опять ругались со Львом. Вот странные люди, грызутся как кошка с собакой, а разойтись не могут. Я бы давно убежала от такой хозяйки, но Лев только головой мотал, когда я сказала ему об этом: — Тебе трудно понять, девочка! — вздыхал он, — присох я к ней. Все понимаю, и характер скверный, и жадная. Но как выйдет в круг, как закружиться в танце, все ей прощаю. Почему не знаю!

Сидеть на дереве над дорогой было удобно первые два часа, потом захотелось слезть, было жестко, и ноги затекли. И только я решила размяться, побегать по земле, как услышала конский топот. Впереди ехал незнакомый дракон, а вот за ним Дар. Теперь я узнала его сразу, несмотря на то, что он был в шлеме.