Брайан Дэвис - Слезы дракона

Чуть пошатываясь от головокружения, Уолтер прошел через холл вслед за Самайзой и собакой. Когда они проходили через лестничную площадку, Уолтеру показалось, что он увидел какую-то тень на верхней площадке. Замедлив шаг, он напряг зрение. Там кто-то был, или тень ему показалась? Самайза открыл дверь и рявкнул:

— Заходи. Моргана скоро появится.

Мэрилин и девочки добрались до лестничной площадки и остановились. В этом месте марш менял направление и спускался на нижний этаж. В самом низу Стражник, который вел на поводке пятнистого пса, открыл дверь, что размещалась слева от лестницы.

Мэрилин вместе с девочками прижалась к стене. Карен затаила дыхание, изо всех сил стараясь вжаться в стену. Когда Стражник проходил через площадку, его пес вскинул голову, и его красновато-синие уши встали торчком Он посмотрел прямо на женщин и, тихо зарычав, остановился. Стражник дернул за поводок:

— Шевелись. Там ничего нет.

Пес, повизгивая, не подчинился. Он вывалил язык и рыкнул, но демон подтащил его к себе:

— Да, я тоже это чувствовал. Искупительная жертва Морганы пользуется духами.

Когда они исчезли из вида, Мэрилин довела девочек до низа лестницы и выглянула из-за угла. Карен, которая на цыпочках стояла ступенькой выше, вытянулась над головой Мэрилин, и теперь они уже вдвоем выглянули из-за угла. Стражник с собакой вместе с другим демоном стояли рядом с глухой дверью слева. Два демона коротко переговорили на каком-то странном языке, затем проводник с собакой вошел в кабинет как раз рядом с охраняемой комнатой и прикрыл за собой дверь.

Мэрилин присела на корточки на нижней ступеньке, и две девочки прильнули к ней. Она обняла их за плечи и зашептала так тихо, что Карен еле слышала ее.

— Дела идут отлично, не унывайте. Молитесь. — Она снова встала и легким движением головы дала понять, чтобы они следовали за ней.

Красные глаза охранника не отрывались от коридора.

Его голова достигала потолка, а мускулистое тело было заковано в белые доспехи. Карен сглотнула. Ну и чудовище!

Мэрилин прошла мимо Стражника. Она постучала в дверь и вернулась обратно.

Стражник взялся за дверную ручку:

— Что тебе там нужно?

Мэрилин вытащила из кармана рулон клейкой ленты, вернулась к дверям и снова постучала.

— Тихо! — рявкнул демон.

Мэрилин оторвала три куска ленты, приклеила их к руке и постучала в третий раз.

Демон сунул ключ в замок и толкнул дверь:

— Сидеть тихо, а то вечером не получите ни еды, ни воды.

Поднырнув под рукой Стражника, Мэрилин прижала кусок ленты к язычку замка. Затем, вытащив из кармана бутылочку, она брызнула из нее туманным облаком и вернулась обратно. Стражник чихнул, мотая головой из стороны в сторону.

У Карен к горлу подступила тошнота, и ей стало хуже, чем от морской болезни на борту Мерлина II.

Стражник, продолжая шмыгать носом, как любопытный пес, закрыл двери и прошел мимо Мэрилин, Шайло и Карен. Остановившись на нижней площадке лестницы, он посмотрел по обеим сторонам холла, зашелся в долгом кашле и, поднявшись по ступенькам, исчез из вида.

— Идем, — шепнула Мэрилин. — Миссис Фоли и Галька там внутри. — Она толкнула дверь, и они втроем вошли в помещение.

Броган, прокладывая дорогу, бежал по пустынной улице, затем нырнул в переулок, заваленный ящиками из-под овощей и увядшей зеленью. Переводя дыхание, он прислонился к грязной стене и посмотрел наверх.

Билли присоединился к нему:

— По крыше?

Броган кивнул:

— Мы ведь не хотим попасться прямо им в лапы, верно? — Он схватил ящик, водрузил его на клеть побольше и влез на нее.

Билли подал ему еще один ящик, и у них получилась лестница на крышу.

Броган проверил ее устойчивость, быстро добравшись до самого верха и спрыгнув обратно. Пирамида чуть качнулась, но устояла.

— Дамы вперед, — сказал он Бонни. — Если свалитесь, мы вас поймаем.

Бонни сделала два первых шага, но конструкция зашаталась. Билли обеими руками уперся в ненадежный ящик.

— Будь при мне мои крылья, — сказала Бонни, — я бы доставила вас наверх.

Броган засмеялся:

— Ну да, у ангела должны быть крылья!

— Ты бы удивился. — Бонни добралась до самого верха и, упираясь руками в колени, посмотрела вниз. — Кто следующий?

Билли, за ним Броган быстро выбрались на крышу.

— Видите, — показал Броган на городскую площадь, — мы можем поверху добраться до полицейского участка.

В центре города по-прежнему клубилась толпа, откуда доносились неразборчивые крики.

— Мне все это не нравится, — сказал Билли, — но нам лучше двинуться в путь. Время уходит.

Перебираясь с крыши на крышу, они оказались на крыше полицейского участка. Отсюда полностью открывалась сцена внизу. В центре разъяренной толпы стояла Жасмин, выкрикивая ядовитые тирады. Десять человек, пять из которых были женщинами, сидели в центре тесного круга мужчин. В этой группе пленников Билли узнал Констанс.

Женщина, стоявшая с края толпы, показала на крышу:

— Вон они!

Жасмин, развернувшись, посмотрела наверх и ухмыльнулась:

— Я так и знала, что вы вернетесь!

Билли посмотрел на часы. Оставалось двадцать минут.

— Что вы собираетесь делать с этими людьми?

Жасмин показала рукой на пленников:

— Когда часы пробьют три, мы отпустим их, а пока хотим уберечь этих идиотов от вас и ваших разрушительных намерений.

Билли инстинктивно потянулся за мечом, но его рука ухватила только воздух, и тогда он вспомнил несколько строк из поэмы Мерлина.

И воин придет. Светом истинной верыОн ложь обнажит и мечом справедливымРазрубит драконову тьму, оживляяОчнувшийся город.

Не в плоти беспечной, глухой и незрячейТаится свобода. Любовь, расправляяВсесильные крылья, сердца пробуждая,Над миром закружит.

Пророчества Мерлина симфонией торжественных слов стремительно пронеслись у него в мозгу. Тем не менее Билли осознал каждое слово и теперь понял, о чем говорила ему поэма. Едва только его отец вернулся в драконье обличье, он почувствовал себя так, словно потерял отца, а у пропасти в седьмом круге он понял, что потерял еще больше — тело отца было лишено души. С тех пор Билли был поглощен поиском, но теперь он должен идти дальше, Джареду Баннистеру придется самому решать свою судьбу.

Десять печальных лиц пленников в молчаливом ожидании снизу вверх смотрели на Билли. Каждое из них было символом вечности бессмысленного существования. Кроме него, у них не оставалось никакой надежды на спасение.