Наталья Авербух - Ведьма и вампир

— Если только они до вас не доберутся, — дополнила Вейма.

— Инквизиторы? Им будет некогда. И потом, если мы возведём их на вершины почёта, они просто не смогут причинить нам вред.

Волшебник допил вино и встал.

— Раз вы не можете мне ничем помочь, я удаляюсь.

— А ты можешь нарушить приказ цеха? — удивилась ведьма.

— Дорогая моя Магда, я исполняю только свои приказы. Даже жена может лишь попросить.

— Но правила…

Лонгин подмигнул.

— Странно, но цех забыл оплатить эту работу. А у меня семья, мне жену надо содержать. Кто упрекнёт, если я сначала займусь более прибыльными делами? Я пошёл.

— А… да, конечно. Виринее привет.

Волшебник хлопнул себя по лбу.

— Совсем забыл! Она велела тебе передать, для Слоновой башни нужен поручитель.

— Поручитель? — побледнела ведьма.

— Да, кто-нибудь из белых магов должен поклясться, что ты твёрдо стоишь на пути добра и тому подобную чушь.

— Но где же мне взять поручителя?.. — расстроилась Магда. Мечта рушилась на глазах.

— Я разве не сказал? Она и будет. Всё себя виноватой чувствует, что тогда, на пустоши не пришибла. И чего страдает?

— Будет? Правда? Этого хватит?

— Более чем. А ты, что же, в Слоновую башню нацелилась? В общине знают?

— Нет, — пролепетала ведьма. — Я надеялась…

— Не трясись так! Если Виринея хочет — никому не скажу. Нас ведь не за пакости аттестуют, как вас, а за чары; какая мне с болтовни прибыль?

— Не скажешь? Точно?

— Слово чёрного мага, — рассмеялся Лонгин. — Ну, прощайте! Спасибо за угощение!

— Погоди, колдун, — спрыгнул с печки вампир. — Ты так просто отсюда не уйдёшь.

— Кто же меня удержит? Ты?

— Да, я.

— И почему же?

— Я должен удостовериться, что ты не солгал.

— Тебе мало моего слова?!

— Лим, уймись! — закричала ведьма. — Лонгин, он шутит!

— Я не шучу. Ты никуда не уйдёшь, пока я не удостоверюсь в истинности твоих слов.

— А я не верил Виринее, когда она советовала остерегаться вампиров, — посетовал Лонгин. — Убить бы тебя, да уж живи. Только чтобы не портить дамам настроения.

— Ты не уйдёшь.

Лонгин выразительно покрутил пальцем у виска.

— Хочешь, чтобы я открыл своё сознание со всеми тайными чарами, секретами и личными делами? Не много ли хочешь, кровосос?

— Откройся. Я не буду заглядывать в глубины твоей чёрной души, это слишком мерзко.

— Эй, ты! — разозлился волшебник. — А ну, возьми свои слова назад!

— Лим, перестань!

Вампир оскалился, но под умоляющим взглядом ведьмы уступил.

— Беру. Откроешься?

— Смотри, кровопийца.

Лим пристально поглядел магу в глаза, потом кивнул. Протянул руку, которую волшебник после секундного колебания пожал.

— Прошу прощения за недоверие.

— Что было, забыто, чего не было — не совру, — ответил присловьем Лонгин. — Совестливая ведьма, заботливый вампир — ну и домик! Какую невидаль можно встретить в этих местах? Добрый барон, справедливый инквизитор, честный оборотень?

— Что-то в этом роде, — ответила Вейма и тоже протянула руку. Её интересовала температура кожи и нет ли пота на ладони — самый лучший способ определить ложь. Но волшебник был совершенно спокоен.

— Польщён. Теперь прощайте все.

Неожиданно для вампиров Магда чмокнула Лонгина в щёку, наказав передать поцелуй Виринее. Маг кивнул и растаял в воздухе.

— Не слабо! — выдохнул Лим. — Как это он?

— К жене отправился, — пояснила ведьма. — Мы в Башне проходили: волшебники, что белые, что чёрные, могут так домой перемещаться, но только изредка.

— Он точно ушёл? — уточнила Вейма. — Нигде подглядывать не может?

— На нас его чары не действуют, — напомнил Лим. — Особенно на меня.

— Хвастунишка! Ладно, если на сегодня всё, я полетаю немного.

— Ты куда? — забеспокоилась Магда.

— В замок!

Глава вторая. Доверие

Собиралась гроза. Давно в этих местах не бывало гроз, но сегодня небо, похоже, решило вознаградить людей за долгое молчание. Дул такой сильный ветер, что в доме Лим начал тревожиться, как там Вейма справляется с воздушными потоками, а сама вампирша с трудом держала курс.

Только бы дождь не пошёл, пока не долечу, думала она. Грохотало всё громче и громче. Оказавшись над замком, вампирша предусмотрительно набросила на себя невидимость и огляделась. Точнее, принялась метаться вокруг дворца, отыскивая открытое окно. Надо было Лима спросить, как он сюда по ночам проникал? Или он с девчонкой заранее договаривался? Вопрос, откроет ли Нора окно летучей мыши несколько меньшей, чем её неудавшийся дружок, и более тёмного окраса? Или поднимет жуткий визг? Кстати, она вообще одна спит или с ней в комнате кто-то ещё?

Пока вампирша суматошно носилась по воздуху над спящим замком, на первом этаже распахнулось окно, из него вышел человек… то есть не человек, а оборотень. Невесть зачем поглядел вверх и увидел Вейму. Свистнул — так подзывают собаку. Ещё бы себя по ноге похлопал, ко мне мол, разозлилась вампирша. Но оборотень махнул рукой в сторону окна. Во втором облике соображалось чуточку хуже, чем в человеческом, а, может, всё дело в надвигающейся грозе, но только летучая мышь послушно метнулась в указанном направлении, едва вписавшись в проём. Превратившись в человека, Вейма устремилась к двери, собираясь сразу выйти в коридор и найти барона для срочной аудиенции. Как бы не так — дверь была заперта. Пока вампирша раздумывала, вышибать или потребовать ключ, оборотень вернулся в свою комнату и запер окно. Снаружи застучали первые капли дождя.

Что-то Вейме не понравилось в том, как следователь уселся на подоконник и посмотрел на неё. И дверь закрыта… уж не ловушка ли это? Бред, если она закричит, о репутации можно забыть, но оборотню основательно намнут бока, и он это тоже понимает.

— Открой дверь, — прервала девушка затянувшееся молчание. — Мне нужно видеть барона.

— Вы договаривались? — уточнил Вир.

— Нет, но у меня очень важное дело! Пожалуйста, открой дверь.

— Часто являешься по ночам?

— На что это ты намекаешь?! — тут же взвилась вампирша.

— Сомневаюсь, — сам себе ответил оборотень. — Ты бы знала другой вход.

— Разумеется! У меня важное дело, мне не до разговоров! Открой или я вышибу дверь!

— Если вы не договаривались, барон тебя не ждёт.

— Но у меня…

— Никто тебя ночью не пропустит. Тут всюду стража. Только шум поднимешь.

Вампирша скривилась. Этого она не учла.

— Извини. Ты прав. Тогда я пойду, утром вернусь.