Наталья Авербух - Ведьма и вампир

— Что это ты улыбаешься? — подозрительно спросила ведьма. — Где пропадала весь день?

— Я не пропадала. Я летала в замок.

— В замок? — напрягся Лим. — Зачем?

— Просто так. Вы знаете, что оборотень хотел уехать?

— Хотел? — ненатурально удивилась Магда. — С чего это вдруг?

— А вы откуда знаете? — уточнил Лим. Если оборотень проболтался, его просто убьют!

— Я с ним говорила.

— Зачем?

— Захотелось.

Ведьма и вампир переглянулись.

— С чего бы вдруг?

— Имею я право на прихоти!

— Имеете, конечно… Так он уедет?

— Нет.

— Нет?!

— Я попросила его остаться.

— Зачем?!

— Мне так нравится. Что, нельзя?

Магда в отчаяние посмотрела на подельника, тот развёл руками.

— Я хочу спать. До вечера не будите.

— Постойте! — спохватился Лим. — Мне нужно с вами серьёзно поговорить!

— Вечером, хорошо?

— Приятных сновидений, — проворчала ведьма. Дождалась, когда подруга спустится в подвал, и спросила: — Как это понимать?

— Как хотите, — обиделся вампир. — Я говорил, оборотень не уедет! Зря мы всё это затеяли!

— Может быть и зря. А о чём ты хотел поговорить с Веймой?

— Мне письмо от клана передали прошлой ночью.

— И что?

— Вейме грозит смерть.

В этот же день к следователю Виру подошёл инспектор инквизиции Крам и попросил о внимании. Хотел высказать свои соображения насчёт нападения. В руках инквизитор вертел распечатанное письмо: сегодня дошла почта.

— Вейма, прошу вас, — говорил после ужина вампир. — Это совершенно серьёзно. Мне писал Ватар.

— Правда? Мне он тоже писал. И о тебе, и обо мне. Говорит, Университет не будет возражать, если ты сюда психологом устроишься. И клан тоже — если я не против.

— И всё?

— Нет, не всё, но другие дела тебя не касаются. А что было в твоём письме? Тоже самое?

— Не только.

— Ну, разумеется. У Ватара наверняка есть что сказать тебе лично. Можешь не пересказывать — вне работы меня чужие дела не интересуют.

— Это как раз не чужие дела! Это ваши!

— Ну-ка, ну-ка. Что такого Ватар мог тебе написать обо мне?

— Вейма, когда у вас переаттестация?

— Тогда же, когда у тебя аттестация. На ближайшем слёте. А что?

— Вы понимаете, что не уйдёте с неё живой?

— Я уже давно не живая. Лим, ты знаешь, что даже кровь наша убивает?

— Это не имеет к делу никакого отношения!

— А и дела никакого нет. У тебя всё?

— Вейма, — вмешалась Магда. — Тебе жизнь надоела?

— Такая — да. Не бойся за меня, Ватар просто преувеличивает и Лим вместе с ним.

— Преувеличивает?! — взвыл вампир. — Что тут можно преувеличить? У клана одни законы на всех; менять их никто не собирается! Вы не пьёте крови, вы — отступница, вы должны умереть!

— Спасибо на добром слове. Должна так должна. Не стоит из-за этого волноваться.

— Вейма, ты-то сама в своём уме?

— Я просто не понимаю, из-за чего вы поднимаете шум.

— Из-за тебя!

— Сколько пафоса! — обидно улыбнулась Вейма. — Магда, не стоит того, честное слово. Ни я, ни нелепые угрозы клана не стоят твоих треволнений.

— Нелепые?!

— Конечно. Лим, ты ещё молодой и на Лысой горе не бывал, вот и принимаешь всё слишком серьёзно.

— Но Ватар-то бывал!

— Он нарочно запугивает. Не волнуйся. Все преподаватели так делают. Если бы по их словам выходило, половина Университета была бы выгнана после первой же проверки.

— Но это не преподаватели! Это вампиры!

— Все они одинаковы.

— Вейма, вы серьёзно так настроены?

— А разве похоже, чтобы я шутила?

— Похоже, вы либо притворяетесь, либо нарочно закрываете глаза.

— Ничего я не притворяюсь и не закрываю. Это вы слишком нервничаете.

— Вейма, может быть, ты прислушаешься…

— Магда, перестань! Говорю же — клан нарочно запугивает, чтобы я согласилась кровь пить. Не больше того.

— Но если ты попытаешься…

Лицо вампирши приняло злое и упрямое выражение, беспечной весёлости как не бывало.

— Нет. Не хочу и не буду.

— Вейма!

— Нет.

Ведьма и вампир переглянулись: Магда была полна тревоги за подругу, Лим безысходности. Они ничего не могут сделать. Невозможно пробить брешь в стене страха и упрямства, которой Вейма окружила себя.

В дверь кухни постучали.

— Кто это может быть? — напряглась Вейма.

— Посетитель? — предположил Лим.

— Посетитель стучался бы в главную дверь, здесь он ничего не забыл.

— Может, не местный, не знает, куда идти?

— А по крыльцу разобраться не может?

— Поздно уже, мог не заметить, — вступилась за возможного клиента ведьма и пошла открывать, так как стук не прекращался. — Кто там?

— Магда? — переспросили снаружи. — Это я, Лонгин.

— Лонгин? — удивилась ведьма, отодвигая засов. — Проходи. Что тебя к нам привело?

За дверью стоял чёрный маг — тот самый, который на каждых танцах состязался с белой волшебницей и ушёл с ней от Башен.

— Дела, — коротко пояснил волшебник и переступил порог. — Ты не одна?

— Да… Познакомься, это мои друзья — Вейма и Лим. Они…

— Вампиры, — закончил практикант и демонстративно оскалился. Ему гость не понравился.

— В гости зашли? — уточнил маг.

— Нет, мы делим кров на троих.

Лонгин присвистнул.

— Ты всегда была слишком странной для ведьмы.

Он сбросил у дверей плащ, прошёл и сел за стол.

— Хочешь чаю? — робко предложила ведьма, поднимая плащ и аккуратно складывая его на скамью. Не каждый день к скромной деревенской ведьме приходит чёрный маг!

— А покрепче у тебя ничего не найдётся?

— Сроду выпивки не держали! — рассердилась Вейма. Ей тоже не глянулся самоуверенный гость. Ишь, распоряжается!

Но ведьма полезла в нижний ящик буфета и осторожно извлекла оттуда маленькую бутылку.

Увидев добычу ведьмы, Лонгин засвистел ещё громче. Вампиры нахмурились.

— Память о Башнях?

Вейма протянула руку и взяла бутылку.

— Откуда у тебя это?!

— Дайте посмотреть, — заинтересовался Лим.

Извлечённое из буфета вино стоило двухмесячного дохода «маго-психологического офиса». Пить такое…

Но маг, нимало не смущаясь, откупорил бутылку и оглянулся по сторонам в поисках бокала. Психологи ждали, что Магда полезет в верхний ящик буфета — к примеру, — и достанет золотой кубок, но ведьма ограничилась чашкой.

— Кощунство, — вздохнул волшебник и налил себе вина. Лим протянул руку к бутылке. Она была пуста.