Рэймонд Фэйст - Слеза богов Крондора

Толпа зароптала. Джеймс поднял руку, призывая к тишине.

Фермер Меррик вышел из дверей и встал на крыльце.

— Что там ваши коровы! — в сердцах воскликнул он. — Мою дочь поразил смертельный недуг.

— Что с ней? — спросил Джеймс.

— Она проклята, — крикнула женщина со двора.

— Могу я увидеть ее? — поинтересовалась Джазара.

— Кто ты? — вопросом на вопрос ответила остающаяся в дверном проеме женщина с бледным, морщинистым лицом, очевидно жена Меррика.

— Я — личный советник принца Аруты по вопросам магии, — с достоинством сказала Джазара.

— А я — монах храма Ишапа, — добавил Солон. — Если к делу причастна темная магия, мы изгоним ее.

Женщина кивнула и жестом пригласила их зайти в маленький дом.

Внутри была всего одна комната, в стене напротив входной двери располагался очаг. Там же стояли две кровати: одна большая — очевидно, для фермера и его жены, а вторая поменьше — для дочери. На ней лежала маленькая девочка, очень бледная. Джазара опустилась на колени рядом с кроватью и приложила ладонь ко лбу ребенка.

— У нее нет лихорадки, — сказала волшебница. — Расскажите, что случилось.

— Ничего, — ответил фермер, — но она так ослабла, что не может встать с постели и приходит в сознание лишь на несколько минут, да и то не узнает нас.

— Иногда ее трясет, — добавила жена фермера.

Брат Солон присел рядом с Джазарой и осмотрел девочку.

— Что это? — он указал на амулет. — Похоже на знак Санг.

— Его дал нам отец Роуленд, — сказала женщина. — Я пошла к старой женщине у Вдовьего пика, и она дала мне оберег для исцеления ребенка. Она сказала, что великая тьма пытается забрать детей, но она постарается их защитить.

— Ларисса! — грубо оборвал ее муж. — Я запретил тебе рассказывать об этом!

— Продолжай, — сказал Джеймс женщине.

— Она пыталась защитить нашу дочь. — Ларисса посмотрела на мужа вызывающе.

— Так же, как она «защитила» сына Реми?

— Да, именно так! — женщина повернулась к Джеймсу. — Она не успела спасти сынишку Реми, однако, когда я вернулась домой и положила оберег под кровать, нашу девочку перестало трясти. Ей не стало лучше, но и ухудшение прекратилось! Потом отец Роуленд возвратился из путешествия и пришел сюда. Он молился всю прошлую ночь, и мою дочь снова начало трясти. Когда солнце встало, я могу поклясться, что он выглядел так, словно был раздражен тем, что она все еще жива! — Во взгляде женщины было отчаяние.

— Ларисса, это богохульство! — напустился на жену Меррик. — Святой отец пытался спасти ее душу. Это — вина ведьмы. Он так и сказал перед уходом.

— А что, если нет? — спросила женщина.

— Можно посмотреть на «оберег», который дала вам ведьма? — спросила Джазара.

Ларисса достала из-под кровати небольшой предмет и передала его Джазаре. Та открыла деревянную коробочку и взглянула на содержимое: травы и какие-то кристаллы. Волшебница прикрыла глаза и, помолчав немного, сказала:

— В этом предмете нет ничего вредного. Обычный оберег, который призван усилить естественную энергию ребенка, чтобы исцелить себя. — Джазара взглянула на девочку. — Однако есть еще что-то…

Она протянула руку, коснулась амулета, висевшего на шее у девочки, и тут же отдернула ее, как будто обожглась.

— Брат Солон, ты лучше меня разбираешься в божественной магии. Посмотри на этот амулет, пожалуйста.

Солон осторожно коснулся амулета. Он закрыл глаза и быстро произнес что-то, после чего резко распахнул глаза.

— Это не амулет Санг!

Предмет стал изменяться, и монах отдернул от него руку. Металл морщился и корежился, и наконец то, что казалось обычным изображением богини Санг Белоснежной, превратилось в некое подобие крохотной пасти — рта с черными губами и темными зубами. Пасть широко раскрылась, как будто желая укусить, и в этот момент девочка закашлялась. Облачко зеленого пара вышло из ее ноздрей и рта и сразу исчезло в крохотном черном отверстии. Солон схватил амулет и сорвал его с шеи находившейся без сознания девочки. Та вскрикнула, и ее крохотное тельце содрогнулось, а потом снова опустилось на кровать. Она глубоко вздохнула и после этого, похоже, задышала легче.

— Кажется, ей уже лучше, — сказала Джазара, осмотрев ребенка.

Солон поднял амулет, который теперь выглядел как коготь, удерживавший черную жемчужину.

— Готов поклясться, что именно эта вещица была причиной болезни ребенка.

— Но этот амулет дал нам отец Роуленд! — недоумевая, воскликнул Меррик.

— Похоже, что прежде, чем нестись сломя голову жечь старую женщину, — сказал Джеймс, — нам придется серьезно поговорить с этим отцом Роулендом.

С этими словами сквайр покинул маленький деревенский домик.

13

НЕВЕРНОЕ НАПРАВЛЕНИЕ

Джеймс остановился. Взглянув на небо, он повернулся к Джазаре и остальным, которые спешили догнать его, и спросил:

— Мне кажется, или действительно темнеет?

Кендарик взглянул на запад.

— Грозовые тучи не приближаются, да и облаков я не вижу.

Солон тоже посмотрел на небо.

— Нет, тебе не показалось, — сказал он через пару секунд. — Действительно становится темнее.

— Посмотрите на солнце! — воскликнула Джазара.

Все повернулись в сторону светила, и изумление первых мгновений тут же переросло в страх. Солнце тускнело, и свет его из белого превратился в тускло-желтый.

— Кожей я чувствую теплоту солнечных лучей, — воскликнула Джазара, — но свет меркнет!

— Да, — подтвердил Солон, — ты верно подметила. Как будто кто-то крадет свет прямо из воздуха!

— Что это значит? — разволновался Кендарик.

— Понятия не имею, — призналась Джазара. — Я не сталкивалась с магией, способной на такое.

— Но что, что это может означать? — не унимался Кендарик.

Джеймс подошел и встал перед испуганным мародером.

— Возьми себя в руки! Совершенно ясно, что это означает.

— И что же? — нервно спросил Кендарик.

— То, что скоро наши недавние знакомые смогут разгуливать по улицам в любое время.

Мимо Джеймса и его товарищей пробежали несколько человек, и Джеймс услышал, как Кто-то сказал:

— Отец Роуленд знает, что делать!

К ним подошел краснолицый мужчина, который подстрекал остальных у дома фермера Меррика.

— Если ты — слуга принца, как говоришь, — сказал он, — то пойдешь жечь эту старую ведьму прямо сейчас!

— А ты, собственно, кто такой? — спросил Джеймс.

— Меня зовут Алтон. После того как на общем сходе я выступил против этой женщины, она наложила проклятие на моих коров. Спроси любого из соседей. Они видели, как погибал мой скот. И это не самое плохое, что она сделала.