Елена Асеева - Сквозь Пекло

— Ты, чего его так придавил, — услышал Святозар недовольный возглас Храбра. — Давай руки Святозару переломай аще… Раскричался чего-то… Дубыня утихомирь своего сына, а то это сделаю я.

Святозар повернул голову посмотрел на Храбра, который был возмущен поведением Стояна, так, что покраснел весь, и, улыбнувшись, ответил:

— Не тревожься Храбр, Стоян просто выразил восхищение видом прекрасных горных вершин.

Стоян отпустил наследника, смущенно перевел взор с лица Святозара на Храбра и отца, и добавил:

— Нет, я выразил восхищение, храбрости и силе ведуна Богомудра, который будучи пятнадцатилетним мальчиком, дошел до этих горных круч и победил, — и Стоян указал рукой на гору прозванную Горыней. — И, победил здесь подлое чудовище великана Горыню, который был безумен в своей злобе…Победил и спас людей.

— И чего, тогда хватать так Святозара, — заметил Храбр и подошел ближе к наследнику, остановившись возле проводника, который отдыхал сидючи на тропе. — Мало ему боли в жизни, по-твоему, досталось, да, — буркнул наставник и раздраженно зыркнул на Стояна. — А, ты, чего Святозар весь расстегнулся, шапку снял, вроде не лето… ветрище дует… Мал, а ты бы поднялся, гляди уселся, тут прямо на тропе, не обойдешь тебя… Подымайся, да, продолжим путь…Смотрите как небо тучи закрыли, неровен час снег пойдет.

Мал в тот же миг поднялся на ноги, уважительно поглядев на наставника, и путники, заняв свои обычные места, начали тяжелый и опасный спуск. Вниз спускались несколько часов, тропа, которую создал наследник, шла к самому подножию перевала, и заканчивалась пропастью. Спустившись почти до середины перевала, путникам пришлось перейти на склон брата, так как, начиная с середины горы скос становился настолько крутым, что любой неверный шаг мог грозить полетом вниз в пропасть.

По склону брата шли также неторопливо, впереди двигался Мал пробивая в глубоком снегу ступени, следом за ним брел Святозар и тревожно оглядывал поверхность горы, стараясь приметить пещеру. Наконец после нескольких часов тяжелого спуска по брату, наследник заметил струящуюся по поверхности горы реку. Пещера находилось почти у самого подножия горы, и река, вытекая из нее, струилась по склону, и улетала водопадом вниз в раскинувшуюся у подножия пропасть. Наследник тут же создал тропу, и когда она пролегла от их ног ко входу, огибая саму пещеру по верху, двинулись по тропе уже более быстрым шагом.

Лишь Святозар вошел в пещеру, как тут же напряженно застыл на месте, погрузившись в неприятные воспоминания. Пещера была дюже широкая, на ее каменисто-земляном полу не было снега, и сама она разделялась на два прохода. Из левого прохода вытекала горная река почти не укрытая льдом от каковой шел не густой пар. И сама вода в ней на ощупь оказалась очень теплой, именно поэтому и пещера, и берега реки не замерзали. В этом проходе почитай подле берега находилась широкая полость образующая маленький грот, в глубине которого, что-то лежало. Правый же проход уводил куда-то вглубь горы. Наследник оглядел левую часть пещеры, и, положив на пол лыжи и палки, да скинув рукавицы, повернул направо, и вошел в правый проход, но вскоре вернулся и взволнованным голосом сообщил, ожидающим его около входа наставникам и другам:

— Это та пещера… та пещера… которую показывала мне Вед. Это и есть вход в царство гомозулей, там правый проход разделяется, но посчитать сколько там дальше коридоров я не смог, потому как там темно… Сейчас я сниму овчинник, создам свет на руке и можно будет идти.

— Нет, — покачав головой, откликнулся Дубыня. — Пойдем завтра с утра, все устали уже…Остановимся здесь, ты, давай, Святозар создай намет вот в том гроте.

— Дубыня. — Наследник суматошливо сняв с головы шапку, беспокойно принялся сжимать ее в руках, да посмотрев на грот, лихорадочно дернув губами, дрогнувшим голосом сказал, — прошу вас, давайте тут не будем останавливаться… Я не могу…не могу создать кущу здесь. Здесь, где жило это подлое существо…

— Ты, говоришь про Нука? — догадался Стоян, увидев перекошенное лицо друга.

— Да, Стоян, да… я говорю про Нука, — натужно дыша отозвался Святозар и отер шапкой лицо. — Он жил в этом гроте и вылизывал там свою раненную лапу и мучил… мучил отсюда моего брата… прошу вас.

— Конечно, конечно, — поспешно ответили Храбр и Дубыня. — Пройдем вперед, по правому проходу и, где ты решишь там и остановимся.

Святозар благодарно кивнул наставникам, надел на голову шапку, быстро снял с себя заплечный мешок и овчинник, да передав их Звениславу, прошептал заговор над рукой, и когда та запылала лазурным светом, повел всех за собой. Они вошли в правый проход, и, пройдя совсем немного, увидели, что он разделяется на три коридора. Святозар подошел и осветил каждый из них, и, развернувшись, глянул на Храбра.

— И, куда теперь? — спросил он, указывая головой на проходы.

— Как куда, известное дело куда… направо, — откликнулся первым Часлав вельми бодрым голосом. — Все же небось, сказы слышали, а там говорится: «Кто прямо пойдет, тот будет голоден и холоден, кто направо пойдет, будет здрав и жив, а кто налево пойдет, будет мертв».

— Ты, уверен, что свернув направо, мы будем здравы и живы? — усмехнувшись, переспросил Храбр.

— Ну, не знаю…,- заметил Часлав, уже не так бодро. — Так в сказах говорится.

— Что ж, тогда идем направо, — сказал наследник и пошел в правый проход, освещая себе путь.

— Святозар, погодь, — остановил его Храбр. — Давайте здесь около входа оставим лыжи и палки, неизвестно, что там впереди, а они сковывают руки.

Наследник остановился и осветил рукой то место подле стены, куда все сложили лыжи и палки, а после развернулся и направился не торопясь по правому проходу, изредка опуская руку, чтобы осветить дорогу. Проход был широкий и высокий, он шел прямо вглубь горы, лишь иногда делая повороты направо. Стены, потолок и пол тут были каменисто — земляные, в некоторых местах на путников и во все осыпалась земля. А по полу, то там, то тут были точно разбросаны мелкие и крупные осколки камней, изредка встречались большие валуны преграждающие путь. Пройдя совсем малеша, Святозар встал и осветил рукой свисающий сверху здоровущий, похожий на сосульку, камень.

— Голову не разбейте, — молвил негромко наследник, а по проходу загудел, заухал его голос.

— Ты, только не торопись, — взволнованно произнес, идущий следом, Храбр.

Наследник оглянулся, осветил лицо наставника и кивнул ему головой, да чуть выше подняв руку, так чтобы его путникам хорошо было видно свисающие сверху тонкие валуны, продолжил путь. С каждым шагом сосульки ниспадающие с потолка встречались чаще, и теперь они были не только толще, но и длиннее, так что заканчивались где-то около пола, идти между ними становилось все труднее и труднее. Святозар часто оборачивался, освещая наставникам, другам и проводникам путь, чтобы они не отставали.