Елена Подплутова - Нариса Карди: Жизнь на Грани

Показав язык, начала разминку. Разогрев все группы мышц, сделала книксен перед Даром и писклявым голосочком попросила «грозного дядю воина позаниматься со мной, дабы я тоже стала такой же грозной и внушительной». Похихикав над неописуемым выражением его лица после подобного выверта, мило похлопала ресничками и улыбнулась.

И Дар, и Ян только тяжело вздохнули.

На этом шутки закончились, и следующие три часа меня гоняли по самое не могу, используя все подручные средства, включая такелаж, снасти и прочие предметы матросского обихода. Когда, наконец, Дар удовлетворился тренировкой, я дышала тяжелее, чем загнанная лошадь, но была довольна. Быстренько применив заклинание очищения и сушки, мгновенно избавилась от пота и запаха, и мы сразу же приступили к магической тренировке.

Прервал нашу тренировку только звук рынды, зовущий на ужин. Поужинав, дядя Нис попросил своего старпома дать нам возможность поговорить и, когда тот вышел, обратился к нам:

— Ну что, ребята, у кого какие идеи по поводу сегодняшней ночи?

— Сложно что-то придумать, если не знаешь, чего ожидать, — подал плечами Ян. — Могу предложить с вечера поставить полог тишины на весь корабль, тогда мы не услышим эту песню, с помощью которой они наводят чары.

— Зачем так сложно, если можно просто заткнуть чем-то уши? — удивился дядя Нис и Ян смутился. — Вот-вот, тоже мне, понапридумывали всё магией решать.

— Это хорошо, мы ничего не услышим, а значит, и не заснём. А дальше что? Мы не знаем ни сколько их, ни что они могут, ни кто такая эта их Мать и не вмешается она в схватку, если оная будет, проворчал Ян.

— А если поставить щит против физического вмешательства? — вдруг предложил Дар.

— Думаешь, осилим его на весь корабль? Он же магии жрёт раза в два больше, чем тот же полог тишины, — скривился Ян.

— Можно сделать так, что, допустим, я накладываю и держу, затем, когда резерв закончится, подключаешься ты и делишься со мной силой, ну а последней подключится Нари. Если, как сегодня, они появятся после полуночи, то по идее мы вполне до утра продержимся, — сказал Дар.

Поскольку никто так ничего иного и не придумал, мы взяли на вооружение план Дара. Отпустив капитана, мы с ребятами обсудили, что ещё стоит взять с собой на палубу кроме оружия, но особых амулетов у нас не было, только личный накопитель у каждого (он же амулет, сделанный Наставником). Разойдясь по каютам, я проверила Сафа и, немного поиграв с ним и попросив не выходить ночью из каюты, чмокнула в мордочку и поднялась на палубу.

Там уже были Ян с Даром, держа в руках восковые заглушки для ушей — старпом и боцман оказались очень запасливыми и такие заглушки имелись для всей команды, да ещё и в запасе оставалось. Поделившись со мной одной парой заглушек, ребята обошли весь корабль, чертя по всему периметру различные знаки специальным мелом, которым с Даром поделился Ян. На мой вопрос, будут ли они работать, если у них разные уровни и школы обучения, парни только отмахнулись, пообещав, что всё будет хорошо. Не став им мешать, я только наблюдала за процессом.

Закончив, Ян ещё раз внимательно прошёл все знаки, чтобы убедиться в правильности их начертания, а затем, подойдя к Дару, они одновременно произнесли какое-то слово и знаки исчезли, как бы впитавшись в доски корабля. На этом все предварительные приготовления закончились, и началось самое неприятное — ожидание.

Ветер, ещё вчера рвано надувал паруса, сегодня дул с уже намного меньшей силой, что не могло не сказаться на скорости нашего движения. Тем не менее, море спокойным не было, всё так же хмурясь на нас кучерявыми бровями-барашками. Корабль качало, но эта качка была скорее приятна и усыпляющая, чем вчера, когда моему организму было немного не по себе. И это при отсутствии любых признаком морской болезни!

Когда солнце село, по команде капитана весь экипаж, включая нас, вставили заглушки в уши. Дядя Нис в двух словах обрисовал морякам ситуацию, в которой мы оказались, и наказал часовым быть очень внимательным и при малейших признаках чужого присутствия за бортом немедленно докладывать или ему, или Яну.

Время до полуночи тянулось очень медленно. Моряки время от времени делали обход, внимательно всматриваясь в пучину морскую, но никого не замечали. Я, Ян и Дар тоже находились на палубе и, за неимением возможности слышать, молчали. Конечно, мы с братом могли говорить мысленно, да и Дар, я думаю, тоже владел мыслеречью, но как-то мы не предлагали ему перейти на такое общение, а он сам не настаивал. Так что мы просто сидели плечом к плечу, и каждый думал о чём-то своём. И когда я уже было решила попросить Яна пригласить Дара пообщаться мысленно, что-то произошло.

То, что мы ничего не слышали, не мешало нам ощущать малейшие изменения в магическом фоне и когда он начал колебаться, мы поняли, что пора действовать.

Одним слитным движением мы встали на ноги, и Ян зачал читать заклинание физического щита. Они с Даром поменялись местами, и хотя первоначально планировалось, что именно Дар первым будет поддерживать щит, Ян убедил его, что лучше начнёт он. Самым главным аргументом стало то, что у Дара больший резерв, чем у моего брата, и пока первые минут сорок Ян будет удерживать щит, мы с Даром сможем колдовать, поскольку щит не пропускает только внешние удары. Ну а потом, когда Ян выдохнется, его сменит Дар, насколько хватит остатка резерва после схватки, если оная будет. И уже перед рассветом наступит моя очередь. Или не наступит.

Ян произнёс последнее слово и щит встал так, чтобы закрыть корабль, включая наружные стены бортов и днище. То есть даже та часть, что находилась в воде, была защищена. Брат глубоко вздохнул, медленно выдохнул и сел на палубу, прислонившись спиной к мачте. Сейчас его единственной задачей было удержать щит, а не помощь нам.

Я подошла к краю борта и посмотрела вниз. Море пенилось, как и вчера, но кроме этой пены ничего подозрительного не наблюдалось. Сказать, были ли всплески, я не могла в виду временной глухоты, а водная гладь спокойной не была.

В одночасье примерно в метре от корабля вода сильно взбурлила и исторгла из своих недр что-то вроде небольшого фонтана, из которого на меня прыгнул один из тритонов. Рефлекторно отшатнувшись и выхватив клинки, я стала свидетелем того, как столкнувшись с щитом, тритона отбросило назад в море, а по нашей преграде явственно проскользнула голубоватая молния.

— Я, конечно, не специалист, но, по моему, щит против физического нападения не должен себя так вести, — мысленно сказала я, отходя от борта поближе к Дару.

— Это знаки, что мы с Яном рисовали. Они прибавили щиту эластичности и агрессивности. Итог ты только что видела, — пояснил Дар, напряжённо всматриваясь в темноту ночи. По-моему, он даже не обратил внимание на то, что мы говорили не в слух.