Ольга Ильина - Особенные. Элька-3

Но мне этих двадцать баллов ни капельки не жаль. Зато утерла нос пираньям, поселившимся в моей комнате. И как утерла! Ух! Настроение из ужасного перебралось в разряд сносного. Девицы огребли по полной, и мне их совсем не жаль. А вот то, что нам придется убирать весь этот ужас… дааа. Я как-то об этом не подумала.

— Ну что? Перемирие?

— Я тебя убью, гадина, — прошипела вампирша.

— Тогда рискуешь утром проснуться лысой.

— Ты тоже рискуешь.

— Вот я и предлагаю, перемирие. Хотя бы здесь. И вообще, мне тоже есть за что обижаться. Ты, — я ткнула пальцем в Варю, — чуть не сдала меня инквизиторам, а изображаешь оскорбленную невинность. Представь, ты побывала там один раз в комнате для допросов, а я просидела три ночи. Три ночи в аду. Поверь, ваши фокусы — детский лепет по сравнению с тем, что мне пришлось пережить там. А ты. Это не я увела у тебя парня. Это ты у меня его увела. И это я тебя ненавижу, потому что ты сейчас с ним, а я даже смотреть на это не могу. Стерва! Нашлись тут.

Я бросилась в ванную за тряпкой. Надо стереть чертовы руны, и снять заклинание, привязанное к вазе с подоконника, пока нас совсем не затопило, а заодно успокоиться. Совсем измотал меня этот жуткий первый учебный день.

Следующие полчаса я собирала воду и выжимала одежду. Как-то незаметно мне стала помогать светлая, а потом и вампирша присоединилась. Так, дело пошло гораздо быстрее. Высушив пол, мы принялись сушить кровати. Но здесь Варя постаралась. Оказалось, она воздушник, в смысле воздух ей подчиняется. Сушка выкачала из нее половину сил, зато мы улеглись спать в сухие кровати.

— Ты его любишь? — спросила вампирша, когда я уже почти спала.

Я открыла глаза. Долго пялилась в потолок, не зная, что ответить.

Очень. Я очень его люблю, больше чем кого-либо, и уж точно больше Егора. Просто не понимала раньше, ничего не понимала. Думала, он всегда будет со мной, думала… да что говорить, я даже не видела его толком раньше. Кто он был для меня? Репетитор, замена Егору, жилетка, в которую можно поплакать? А теперь… когда он ушел, когда появились эти воспоминания, я поняла, что он заслуживает большего. Он заслуживает большой, бесконечной любви, которой я ему не дала, а теперь… моя любовь ему не нужна. И поделом. Так что да, я его очень люблю. Такого, как есть, настоящего. Страшного и нежного, жестокого и сильного, способного презирать и любить, обжигать гневом и ласкать поцелуями. Только целует он уже не меня, а тебя гадкая, клыкастая стерва.

— Надеюсь, ты сделаешь его счастливым, — прошептала я в полной темноте.

— Ладно. Перемирие, — выплюнула вампирша, а я беззвучно заплакала. Сама виновата, потеряла любовь всей жизни, потому что вовремя не смогла разобраться со своими глупыми чувствами.

Ночь и сон, пришедший вслед за ней, стали эхом, отсветом моих собственных мыслей.

Я видела девушку, размытый образ, который никак не хотел собираться в картинку. Она расплывалась, как дым, но голос был очень запоминающимся, певучим, мелодичным, очень нежным.

— Меня зовут Кира. И я не причиню тебя вреда. Я понимаю, все это слишком непонятно. Представляю, какой хаос сейчас царит в твоей голове. Я попробую объяснить. Вчера, в клубе, на тебя напал вампир.

Мы стояли в ванной, и эта девушка-полувидение пыталась мне все рассказать. Она это делала так мягко и уверенно, что я успокоилась и сразу ей поверила. Ей нельзя было не верить.

— Он укусил тебя. И все бы ничего, но каким-то образом его кровь попала в твой организм.

— Я прокусила его губу, когда он… пытался… — я всхлипнула, но девушка провела по моим волосам своими прохладными пальцами, и страх вместе с болью растворились, словно их не было вовсе.

— Он что-то сказал тебе?

— Он… он сказал, что у меня необычная кровь, он назвал меня искрой.

— Искрой? — удивилась девушка, но в ее голосе было что-то еще, едва уловимое… страх. Страх за меня.

— Ты уверена? Ты точно уверена в этом? Послушай.

— Эля. Эльвира.

— Послушай, Эля, это очень серьезно. Он так и сказал, что ты искра?

— Да. А еще про кровь, что она необычная.

Кажется, потом она и сама решила в этом убедиться. Я помню, как она шептала, что будет не больно, что мне нечего опасаться, но мне все равно стало больно от ее клыков и того давления внутри меня самой, словно кусочек души выпивают.

А после она вытерла тыльной стороной ладони кровь с губ, взяла мое лицо в тиски своих ладоней и заставила смотреть прямо в глаза. Я услышала не от нее, а в собственной голове приказ, четкий, ясный и пугающий, никому не говорить о нашем разговоре, никогда.

— Этот мир… ты не должна была сюда попасть. Не так и не сейчас. Когда-нибудь, быть может… но только по доброй воле. Я не позволю принудить тебя, — с этими словами она сняла со своего запястья браслет и надела на мое. — Он убережет тебя и твои мысли от иных. Береги его и постарайся никогда не снимать.

Вампирша помолчала, улыбнулась, тепло, почти по-матерински и заговорила снова:

— Все это ненадолго. Каких-то две недели и ты вернешься к обычной жизни.

— Вряд ли после всего этого я смогу стать прежней, — печально ответила я.

— Сможешь, обязательно сможешь, если захочешь.

— Не представляю как.

— Я могу стереть все воспоминания об этих двух неделях.

— Разве такое возможно?

— Если ты захочешь, станет возможно, — ответила она.

Значит, почему-то я захотела.

Меня разбудил тихий всхлип. Я не сразу сообразила, что этот звук идет с соседней кровати. Повернулась, чтобы включить ночник и наткнулась на встревоженный взгляд Вари.

— Давно с ней такое?

— С самого начала.

— Понятно.

Я сползла с кровати, попыталась разбудить вампиршу и. Запомните, никогда не подходите к спящему вампиру. Никогда! Иначе можно поплатиться жизнью. Я только коснулась, как уже оказалась на полу с рукой, сжимающей шею и безумным взглядом вампирши. Варя попыталась вмешаться, но Венера, как куклу ее отбросила к противоположной стене.

«Вот так приходит смерть», — подумала я, а потом и саму вампиршу отшвырнуло от меня с неимоверной силой, да так, что она в окно вылетела, разбив его при этом. Тут и Джулс активизировалась. И под ее однообразный мерный голос в комнату ввалились инквизиторы с Игнатом во главе.

— Что за хрень тут происходит?

— Понятия не имею, — прохрипела я, потирая шею. И далась она им всем. Может, мне шипастый ошейник купить, чтобы как потянется чья-то конечность к моей шее, так сразу на шипы и напорется. А то не успели одни синяки сойти, уже другими обзавелась.

Не, ну точно прикуплю, надо только найти покрасивее, со стразиками там или паетками.