Наследники погибших династий - Зволинская Ирина

– Мсье Премьер, – я поднялась из-за стола, – вы искренне считаете, что я нуждаюсь в вашем согласии? – Сжал зубы. – Я подданная другого государства, я вам не жена и не дочь, вы забыли об этом?

– Не дочь, – тихо повторил он. – Сегодня я говорил с мсье Верни, – я дернулась. Что за резкая смена темы? Фредерик внимательно посмотрел на меня. – Это вы – Меланика Нюгрен.

– Да, – пожала плечами и снова села за стол, руки потянулись к фигурке святой Амелии.

– Это вы провели в особняке Белами несколько дней. Это вы та девушка, в которую был влюблен мой сын. Это за вами Элиас уехал на войну.

– Вы утверждаете или спрашиваете, Ваша Светлость? – Отложила фигурку, подошла к мужчине.

– Мелисент, – он прикрыл глаза, – пожалуйста, ответьте мне.

– Что вы хотите услышать, мсье? Хотите убедиться в том, насколько порочно наше семейство? Доказательств этого милого факта полно и без нас.

– Ваш брак с Элиасом возможен, Мелисент.

– Да что вы? Действительно, почему бы нам не последовать примеру Дане? Безумные выродки, такими будут наши дети? А вы, мсье Белами, будете дважды дедушкой, какой каламбур!

– Что вы чувствуете к Элиасу, Мелисент? – Этот вопрос заставил меня остыть.

Кого ты пытаешься вывести из себя? Политика? Да и зачем?

– Ничего, Ваша Светлость, – спокойно сказала я, – я уже давно ничего не чувствую. – Кивнул.

– Прошу вас, отмените поездку.

– Я подумаю. – Подошла к приоткрытой двери. – До встречи на ужине.

Прикрыла за собой дверь, не глядя пошла куда-то и почти сразу влетела в чьи-то объятия.

– Простите, – извинился Элиас, – я лишь хотел попрощаться с отцом. – Подняла на него глаза.

Белый, он был абсолютно белый.

– Куда вы? – Улыбнулся, ответил:

– Я отправляюсь в Адамар, – что-то заныло в груди, – здесь мне больше нечего делать. – Легкий поклон – и он ушел, так и не попрощавшись с отцом.

– К лучшему, – прошептала я, – это к лучшему. – Тео, ставший свидетелем этой сцены, подошел ко мне и обнял:

– У Нордин не бывает выродков, зачем вы мучаете его и себя, фрекен?

– Тебе показалось, Тео, – прижалась к нему сильнее, – просто показалось.

– Фрекен?

– Да, Тео? – Мы подошли к широкому окну.

– Я против завтрашней прогулки. Уверен, Роланд согласился бы со мной.

– Мне нужно развеяться, Тео, – улыбнулась охраннику, – а Роланду мы ничего не скажем…

Элиас вышел во двор. Пиджак, перекинутый на руку, лаковые ботинки, белая рубашка. Подошел к автомобилю и открыл дверь.

Он уехал, не оглядываясь…

Машина медленно тронулась с места.

– Прощай, Элиас, – прошептала я ему вслед и направилась в свою комнату.

Я так и не написала Роланду.

Взяла перьевую ручку. Что-то мешало писать.

«Кольцо», – вдруг поняла я и сняла подарок Оливье.

Когда я надела его впервые? Вчера, кажется…

Ровные буквы легко ложились на бумагу. Несколько слов о дороге, кратко о Саомаре и подробнее о покушении…

«Ароматные южные цветы не слишком полезны для северян, Сир. Стойкая аллергия, тяжелый недуг, – писала я своему королю. – Я слышала, что медики в таких случаях советуют больше времени проводить на свежем воздухе. Мсье Лерой любезно пригласил нас на морскую прогулку, помочь справиться с внезапной болезнью. Забавно как раз то, что южный герцог… обожает розы…»

Более чем ясно. Поставила жирную точку.

Клякса. Поморщилась.

– Отнесите это Его Светлости, – попросила я служанку и снова надела кольцо.

Не хочу его видеть…

Большой бриллиант сверкнул многоцветной радугой.

Вечер прошел спокойно. Я не вышла из комнаты. Читала.

Наступила ночь. Захлопнула книгу.

Глупый роман о глупой любви, закончившийся пышной свадьбой.

Подошла к маленькой дверце, повернула ручку.

Будешь стучать в закрытую дверь?

Нет… там, теперь уже совершенно точно никого нет.

Тяжелый сон – спасение от невеселых мыслей.

Только я до утра не сомкнула глаз…

– Родная, – постучалась ко мне мама, – можно войти?

– Конечно, – ответила я и поправила тунику.

– Фредерик против этой поездки. – Мама взяла в руки расческу.

– Я знаю. – Подала ей шнурок.

– Юлиан всегда был немного странным, – вдруг заметила мама.

– Что ты имеешь в виду?

– Когда я поступила в университет, то сразу же переехала из поместья в столицу. Он довольно часто приезжал к дяде. Каждую субботу, если быть точной. Они играли в преферанс, – улыбнулась мама. – Дядя Робер с радостью принимал Юлиана. Их объединяло чувство к Эллен.

– Лерой любил Эллен?

– Наверное, как что-то недосягаемое, как мечту. Она ведь была значительно старше.

– Насколько старше?

– Около десяти лет, кажется, – силилась мама вспомнить. – Ты знаешь, он ведь много лет возглавлял Министерство правопорядка.

– Нет, – я насторожилась, – мне это неизвестно.

– Я была почти уверена, что именно он будет новым Премьер-министром. Но выбор пал на Фредерика, – пожала плечами.

– Так что же странного в нем было? – вернула я маму к тому, с чего она начала.

– Он панически боялся ножей и обожал револьвер, совсем как ты.

– Ножей? – переспросила я. – Всех ножей?

– Нет, больших ножей. У дяди была коллекция холодного оружия. Как-то раз Фредерик снял большой охотничий нож со стены, он зачем-то спустился с ним в столовую, кажется, хотел продемонстрировать отцу свою ловкость, – мама улыбнулась воспоминаниям, – а Юлиан вдруг начал трястись, упал на пол. Это было похоже на приступ эпилепсии, но не являлось им.

– Действительно, очень странно…

– Я закончила, – объявила мама и вложила в мою руку расческу.

– Тогда пошли, – поднялась с кресла и зачем-то захватила длинный шелковый шарф.

Почему мсье Лерой боялся ножей?

Ножей или того, что можно сделать с их помощью?

– Как погибла Эллен? – спросила я у мамы.

– Ее застрелили, – мы сели в автомобиль, – из револьвера.

– Что-то подобное я и предполагала. – Тео сел впереди.

– Поехали, – отдал мужчина команду. Еще одна машина отправилась следом.

«Охранять очень важную персону», – усмехнулась я и небрежно набросила на шею шарф.

Пристань. Широкая Муара, катера, яхты, лодочки. Рыбаки с сетями, торговки, запах рыбы.

– Доброе утро, мадмуазель, – Юлиан Лерой поцеловал мою руку.

– Доброе, – вежливо улыбнулась я. – Мы первые? Где же мсье Сусс и его прелестные дочери?

– Все уже на судне, – ответил южный герцог и показал мне на прекрасную белую яхту.

«Северная принцесса».

– Говорят, вы прекрасный стрелок, мсье… – Юлиан держал меня за локоть.

– Я коллекционирую огнестрельное оружие, – подтвердил Лерой, – больше всего люблю револьверы. И да, люблю ими пользоваться.

– Удивительное совпадение, – остановилась я и посмотрела в желтые глаза мужчины, – мадам Белами застрелили и, насколько мне известно, из револьвера.

– Совпадение, – широко улыбнулся Лерой, – вы совершенно правы.

– Ваша супруга среди гостей? – мы поднялись на палубу. Мама, Тео и еще трое охранников встали рядом.

– Нет, – ответил Юлиан, – ей нездоровится.

– Очень жаль. – Он открыл дверь в светлый салон.

Несколько длинных диванов черной кожи, большой стол посередине салона.

Гости беседовали, я насчитала около десяти человек. Оливье, семейство северного герцога, Грегори и Вероник, мсье Франс с супругой и младший Лерой, конечно.

– Мадмуазель, – бросился ко мне Давид. Поклонился и поцеловал запястье.

– Добрый день, мсье Лерой, – поздоровалась я, – вижу, вам уже лучше. – Ни следа от драки на лице.

Волк…

– Лучше, – хищная улыбка, белые клыки немного крупнее нормы, – ожидание встречи с вами придало мне сил.

– Обязательно сообщу об этом своему жениху, – забрала руку.

– Вы обворожительны, – засмеялся Давид.