Звёздный анклав (ЛП) - Сальваторе Роберт Энтони

Дварф на платформе поднял небольшой гонг и постучал в него. Одна из бойцов-эвендроу положила руки на край бочки и оттолкнулась ногами, открывая немало тела, прежде чем приземлиться прямиком на виноград.

Другая вскочила на край в сидячей позиции, села лицом к толпе на одно мгновение, затем выпрямила руки и чуть-чуть поднялась, затем согнула ноги, чтобы зацепиться ступнями за край. Она отпустила руки и подняла их к голове.

Толпа замолкла в предвкушении.

- Вряд ли это приятно, - прошептал Энтрери, поскольку она балансировала на узкой кромке на одних лишь лодыжках.

Руки женщины опустились, затем снова поднялись, когда она раскинула их и оттолкнулась лодыжками, взмыв в воздух обратным сальто и приземлившись на ноги в бочке.

Толпа одобрительно заревела, и многие скандировали «Бьянкорсо!», как будто ожидали, что команда наймёт женщину ещё до начала поединка.

- Просто акробатический фокус, - негромко заметила Аззудонна.

- Ты её знаешь? – спросил Джарлакс.

- Я знаю её противницу, - ответила Аззудонна. – Квиси. Чтобы победить Квиси, одной гимнастики ей будет мало.

- Кусаться нельзя, - сказал соперницам курит. – Царапаться нельзя. Нельзя бить ногами по голове, если противник упал.

Он посмотрел на толпу и поднял руки.

- Скажите мне!

- Зио! – раздался оглушительный ответ, и бой начался.

Бойцы бросились в оглушительный клинч, словно столкнулись два лося в период гона, и отчаянно, изо всех сил налегли друг на друга. Они рычали и толкались, каждая давила вперёд изо всех сил, пока дварф считал. Он воздел кулаки, и когда каждая из соперниц выигрывала шаг, разгибал по пальцу.

- Арктос орокс всегда побеждают в этой части поединка, когда входят в бочку, - сказал друзьям Весси.

- Если не сражаются с хитрым курит, - добавила Аззудонна. – Тогда это бывает крайне забавно.

Кэтти-бри почти не слушала, зачарованно глядя на голую силу бойцов. Они упирались подбородками в ключицы друг друга, иногда дёргая головами, чтобы ударить соперницу. С каждой стороны работали руки, пытаясь перехватить врага. И всё это время, они бодались и брыкались, что угодно, лишь бы отбросить соперницу назад.

Она посмотрела на дварфа. Четыре к двум, и та, которую Аззудонна назвала Квиси, побеждает.

Акробатка отпрыгнула назад, как только дварф поднял пятый палец за подругу Аззудонны, и Квиси подалась вперёд, едва не упала, и акробатка ударила её свирепым правым хуком в лицо. Она повернула в сторону, упала по меньшей мере на одно колено – под таким углом Кэтти-бри не видела ног – и немедленно поднялась, развернувшись, когда акробатка прыгнула ей на спину, пытаясь повалить.

Но Квиси, такая сильная, вместо этого выпрямилась и даже ударила головой назад, в лицо акробатки.

- Ей стоит отпустить, - заметила Аззудонна.

Квиси начала кружиться вокруг своей оси, и толпа начала хлопать, задавая ей такт. Она несколько раз едва не подскользнулась, но каким-то образом удержала равновесие, наконец повернувшись к центру бочки, опустила голову и бросилась вперёд. Она потянулась вверх и хлопнула руками по голове акробатки, но гибкая женщина сумела отразить по меньшей мере одну.

Квиси бросилась вперёд, сделав сальто, так резко, что её противница не успела соскочить с неё достаточно быстро и послужила подушкой для приземления.

- Прекрасно, - прошептал Весси, но его замечание заглушил рёв зрителей.

Две соперницы почти сразу же вскочили на ноги – рядом, лицом друг к другу, и полетели их кулаки, их лёгкая одежда, намокнув, прижалась к телу – а у акробатки из носа закапала кровь.

- Красно-белое, - сказал Весси. – Хорошая будет партия.

- Вы что, хотите, чтобы их кровь попала в вино? – спросил его Энтрери.

- Конечно, - ответил тот. – Придаёт крепости.

Кэтти-бри поняла, что у неё отвисла челюсть. Она хотела отвести взгляд от голой свирепости продолжающегося в бочке поединка, но не могла это сделать. Они сражались кулаками так, как Дзирт и Энтрери сражались мечами; быстрые удары, шлепки и блоки, но точности было куда меньше, поскольку они скользили на лопающихся ягодах. Хотя многие удары совершенно не попадали в цель, но попытки блокирования тоже были менее эффективными.

- Откуда им знать, кто побеждает? – спросил Джарлакс.

- Увидишь, - пообещала Аззудонна. – О, Квиси! – добавила она, когда акробатка пошатнулась, и у её подруги, похоже, появился шанс, но Квиси тоже подскользнулась, и её удар справа, который мог закончить бой, просто скользнул по щеке и уху соперницы.

Квиси быстро выпрямилась, заскользив назад с разворотом, прежде чем броситься вперёд с размашистым хуком слева, который выглядел так, словно способен сорвать акробатке голову с плеч.

Но та пригнулась, пропав из виду, нырнула под удар, словно ждала его.

К её чести, Квиси удержала размах и не позволила себе потерять равновесие.

Но акробатка взметнулась вверх, как выпрыгнувшая из пруда рыба, опустив руки по бокам, поджав подбородок к груди, головой вперёд.

Она ударила Квиси под подбородок, запрокидывая голову воительницы и отбрасывая её назад. Полетела кровь и, может быть, кусочек языка или зуба. Акробатка упала на противницу сверху.

С той же скоростью, с какой провела эту атаку, она вскочила, подняв руки, прыгая и танцуя вокруг.

- А какое на вкус вино с зубами? – спросил хозяев Энтрери.

- Ха, это мы отфильтруем, - ответил Весси.

Четыре товарища стояли и потрясённо смотрели, но толпа ревела от удовольствия.

Аззудонна тяжело вздохнула.

- Так Квиси не пригласят в качестве следующей замены в Бьянкорсо, - упрекнул Весси свою фиолетовоглазую подругу. – Она быстрая и сильная, с прекрасным чувством равновесия, но боюсь, не особенно умная.

Он повернулся к гостям.

- Что думаете?

- Жестоко, - сказала Кэтти-бри прежде чем остальные смогли сформулировать свои ответы.

- Мы живём в жестокой земле. Мы должны быть подготовлены – иначе мы умрём.

- У меня не сложилось такого впечатления от прогулки по Скеллобелю, - сказала Кэтти-бри. – Мы видели красоту, слышали песни и музыку. И танцы. Все танцуют и улыбаются. Выходит, это всё ложь?

Она услышала, как Джарлакс резко втянул в себя воздух, недвусмысленно напоминая, что сейчас и здесь они практически беспомощны.

- Может быть, мы воспринимаем красоту ещё ярче, потому что знаем, что наша жизнь здесь – всегда на грани гибели, - сказала Аззудонна. – Вы думаете, что узнали холодные укусы ветра, но на самом деле это не так. Поскольку день заканчивается, а ночь – намного холоднее.

- А что, разбить кому-то лицо – помогает научиться борьбе с зимним холодом? – спросил Энтрери.

- А тебя беспокоит это зрелище? – парировала Аззудонна, и Энтрери невольно рассмеялся. Если бы она только знала…

Кэтти-бри тоже хмыкнула. Репутация Артемиса Энтрери не опередила его, что почти наверняка было хорошо!

- Это земля драконов, - сказал Весси. – Огромных медведей и йети. И жаждущих крови воителей-великанов.

Кэтти-бри была не единственной, кто навострил уши при упоминании великанов.

- И ещё более зловещих тварей, - добавила Аззудонна. – Мы дерёмся, чтобы быть готовыми. Мы танцуем и поём, создаём красоту и занимаемся любовью, чтобы быть живыми.

Она посмотрела на Закнафейна.

- А что ты думаешь про бой?

Оружейник пожал плечами, стараясь притвориться, что на него зрелище не произвело впечатления.

- Следующая бочка будет красной, - продолжила женщина. – Готов почувствовать себя живым?

Ещё одно пожатие плечами от Зака, и он посмотрел на друзей.

- На сей раз я не смогу тебя исцелить, - напомнила ему Кэтти-бри.

- Их вера в тебя обнадёживает, - подразнила его Аззудонна.

Зак сверкнул коварной усмешкой, которую Кэтти-бри много раз видела у мужа – обычно прямо перед тем, как он бросался в безумный бой.

- Значит, красное вино, - согласился Зак.

Оружейник почувствовал себя немного глупо, когда Аззудонна обернула белые ленты вокруг его бёдер. В конце концом, на нём была только короткая сорочка.