Андрей Прусаков - Оружие Древних

- Что ж, идем, - тяжело произнес Шенн.

- Выходит, ты была хартогом? - переспросил Эрбин. Эшнарец взглянул на Далмиру по-другому. - И билась в Круге?

- Да, - просто ответила девушка.

- Я бывал на их представлениях и видел разных чудовищ! - сказал Эрбин. - Кля-нусь глазом Эльмера, я не представляю, как мы смогла выжить! На моих глазах они разорвали двоих здоровенных бойцов в клочья! До сих пор страшно, хоть я видывал всякое.

- Я тоже это видел, - кивнул Хаггар. - Теперь я знаю, у кого ты училась.

- Значит, ты узнала этого эмона? - спросил Улнар.

- Да. Это Торвар, брат и правая рука Тормуна, хозяина хартогов. Я ненавижу его! И он меня тоже...

- И он тебя узнал? - спросил Эрбин.

- Конечно, - сказал Улнар, - я думаю, забыть такую девушку трудно.

- Не беспокойся, пока мы рядом, никто не тронет тебя! - сказал Хаггар. Улнар встретился взглядом с Далмирой. Его глаза сказали то же без слов.

- Я думаю, бояться нечего! - заявил Эрбин. - Наш Шенн - посланник самого одана, а это кто? Какие-то торговцы!

Глава 24. Цена мести.

Дверь в гостевую открылась, и арны дружно повернули головы. Вошел Шенн, за ним несколько вооруженных наемников.

- Далмира, - произнес он, не глядя на девушку, - ты должна пойти с ними.

- Что? - Далмира вздохнула. - О чем ты говоришь, Шенн, я не понимаю.

- Хозяин эмонгира Торвар, - продолжил фагир, - ты знаешь его... Это эмонгир хартогов, а ты принадлежишь им.

- Я никому не принадлежу! - Далмира выхватила меч. - Если они хотят меня, пусть возьмут, если смогут!

- С какой стати она их собственность? - встрял Эрбин. - Пусть докажут!

- На ней их клеймо, - проронил Шенн. - Далмира, прости, но по закону ты принадлежишь им. Я не могу ничего сделать. Прости.

- Ты... не можешь? - девушка шагнула к нему. - Если бы ты... ты бы... - слезы застлали ей глаза. Как он может! Нет, я не вернусь к ним, никогда!

Хартоги направились к ней, но Улнар встал между ними:

- Назад! - произнес он так, что наемники остановились. - Клянусь Игниром, я убью всякого, кто прикоснется к ней!

- Вы в наших руках! - сказал один из хартогов. - Отдайте девчонку, и мы позволим вам ехать, куда вы хотите.

- А если нет? - спросил Улнар, приготовившись к схватке. Он уже знал, что будет делать.

- Если нет - кругом пустыня, - наемник криво усмехнулся, - и на следующий день от ваших тел останутся лишь кости.

- Эй, перед вами посланник одана! - возразил Хаггар. - Следите за языком! Вы кому угрожаете, ублюдки Даора?

Подняв секиру, он встал рядом с Улнаром. Эшнарец потащил меч из ножен.

- Сложите оружие! - угрюмо приказал Шенн. - Мы не можем преступить закон.

- Ты не можешь, - сказал Улнар, - а я могу.

Взгляд воина был столь пронзителен, что Шенн отвел глаза. Бессилие душило его. Как они не понимают, что выхода нет!

- Сложите оружие, - повторил он, - их десяток на каждого из вас, и закон на их стороне.

- Хватит говорить о законах! - прервал Улнар. - Для меня есть один закон, здесь, - воин ударил кулаком в грудь. - Если я преступлю его, мне незачем будет жить. Вы, фагиры, следуете мертвым законам, а люди следуют живым, тому, что у них на сердце.

- Мергинская ересь, - пробормотал Эрбин. - Как думаешь, Хаггар, нас в Кхинор отправят или на рудники? По мне, так лучше в Кхинор, все-таки мы теперь друзья морронов...

- Заткнись! - сквозь зубы процедил десятник. - Улнар прав.

Повисла гнетущая тишина, было лишь слышно, как за дверью собираются хартоги.

- Хаггар, убери оружие! - приказал Шенн. - Тот, кто не выполнит мой приказ, не получит награду!

- Мы вольные воины, - ответил Хаггар, поднимая вверх предплечье с вытатуиро-ванным громиром, - мы сражаемся за деньги, но честь мы не продаем.

- Спасибо, друг, - сказал Улнар.

- Выметайтесь отсюда! - рыкнул десятник, занося секиру. - Вон, ублюдки!

Наемники попятились к дверям. Сражаться они были не готовы. Шенн стоял, как статуя.

- Что вы наделали, - прошептал он.

- Шенн, как ты мог! Я думала, ты всегда будешь защищать меня, думала, что дорога тебе...

- Далмира, пойми! - Шенн посмотрел на девушку, но она презрительно отверну-лась. - Далмира, я не могу преступить закон. Я фагир!

- Сначала ты человек, потом фагир, - сказал Улнар.

- Ты не понимаешь, воин! - Шенн подошел к нему, и они замерли, глядя друг другу в глаза. - У нас есть цель, и мы должны...

- Нет такой цели, ради которой можно бросать друзей.

- Кто бы говорил! - крикнул Шенн. - Не ты ли ушел из отряда!

- Я вернулся.

- Очень жаль! - проронил фагир. - Поймите, вы, все! Мы не можем из-за одного человека ставить под угрозу целый мир! Наш Арнир! Подумайте: если нас всех убьют, кто придет к одану, кто сообщит о нашествии гротхов? Мы должны исполнить миссию любой ценой!

- Если нас убьют, - проронил Хаггар, - нам будет уже все равно. Но мы хотим умереть, не предавая друзей, умереть так, чтобы об этом можно было сложить песню.

- Далмира! - Шенн вновь повернулся к ней. - Послушай меня! Я говорил с Торваром и предложил выкуп за тебя, ведь одан даст нам деньги! Он согласился и обещал, что...

Далмира рассмеялась.

- Торвар? Обещал? Этот ублюдок пообещает что угодно, его клятвы не стоят и ломаного асира!

- Далмира!

- Я лучше умру, чем сдамся! - отрезала девушка.

- Спасибо, Хаггар, - сказал Улнар. Десятник встопорщил бороду:

- Чего там... Ты же мой друг.

- Ты снова веришь мне? - улыбаясь, спросил воин.

- Я понял, почему ты вернулся, - ответил Хаггар. - Ты вернулся к ней, а раз так, ты не раб морронов.

- Спасибо, дружище, - воины соприкоснулись предплечьями.

Эшнарец подошел к одной из бойниц, заменявших окна:

- Дело к вечеру, - промолвил он. - Солнце садится.

- Эрбин, послушай-ка, что там за дверью? - приказал десятник. Эшнарец повиновался, и в комнате повисла тишина.

- Там их много, - ответил он, отходя от дверей. - Гудят, как встревоженный улей. Говорят что-то по-своему, я их не понимаю.

- Если ворвутся, задавят числом, - сказал Улнар. - Надо встать ближе к проходу, вдвоем мы легко его удержим.

Шенн сидел у стены, глядя, как воины готовятся к бою.

- Мастер, ты с нами? - неожиданно спросил Хаггар. Шенн не отвечал. - Тогда не вставай у меня на пути! - процедил десятник и отвернулся.

Время шло томительно медленно. Напряжение изматывало воинов. Хартоги не нападали, зато эмонгир сдвинулся с места. Зашумели, застучали колеса, заскрипели деревянные переборки катящегося замка.

- Жрать хочется, - объявил Эрбин. - Может, они нас измором взять хотят?

- Может, попробуем прорваться? - спросил Хаггар. - А, Улнар?

Вольный воин покачал головой:

- Вы хорошо помните, как нас вели? Через несколько помещений, в каждом из которых можно устроить засаду. Думаю, они уже подумали об этом, и все коридоры заняты наемниками.