Анна Стефания - Четвертый месяц зимы (СИ)

— Никто ведь не узнает, — тихонько проговорила Слава, воззрившись себе под ноги.

— Я сделаю вид, что не слышал этого, — холодно отрезал Мечеслов.

— Понятно, — качнула головой девушка. — Тогда прости за беспокойство!

Нелюбезно кивнув на прощание, заспешила прочь.

— Эй, — встревожено крикнул вдогонку старый мастер, — оставь ты это! Что бы там ни было — дай ему самому разобраться! Иначе только хуже будет!

Слава не обернулась даже. Пусть и дальше упрямится, проклятый старикан! У нее есть и другие варианты.

— А с чего это ты вдруг в патруль намылилась? — подозрительно прогудел гигант, неуклюже поправив маску, никак не желавшую аккуратно сидеть на его выдающемся носу.

Слава с опаской глянула на долговязого подмастерья, уныло бредущего рядом, двух нахохлившихся служащих столичной префектуры, трусящих позади, и ответила вполголоса:

— Разговор к тебе есть, мастер Ледогор. Не для чужих ушей.

Ледогор покосился на нее с еще большим подозрением, буркнул тихонько:

— Ладно уж, вот с последним делом разберемся, мальца этого с доблестными стражами отправим — бумажки заполнять, — тогда, и побеседовать можно. Коли это так важно, что ты из школьных стен на грязную работу выйти соизволила…

Слава наградила спутника гневным взглядом, но все же промолчала. Не время было сейчас с ним ругаться. Если упрется вдруг мастер Ледогор, ничем его не сдвинешь, а ей сейчас идти больше было не к кому. К тому же, недаром ведь она весь день промучилась: с раннего утра с этой четверкой то по трущобам и стокам столичным лазила, бездыханных жертв ночной жизни вылавливая, то по кабакам и борделям таскалась, подозрительных личностей допрашивая. А теперь вот и вовсе бредут по пригородной дороге к какой-то там лощинке, где проезжий фермер два трупа обнаружил. Второй час, между прочим, бредут!

«И терпит же Ледогор такую мерзость! — злилась девушка, с трудом переставляя отвыкшие от долгой ходьбы ноги. — Боевой мастер, с опытом, наставник уважаемый — а занят городской криминальщиной! Со скуки он, что ли? Или опять на бабах проштрафился?»

— Пришли, вроде, — несмело пробормотал один из «доблестных стражей».

— Сам знаю, — рыкнул Ледогор неприветливо, покружил немного по дороге и обочинам, затем распорядился:

— Вы пока тут стойте, я поброжу, следы поищу, коли та деревенщина не затоптала здесь все. Потом вместе отправимся на покойничков поглядеть.

Появился он минут через десять — вынырнул откуда-то из придорожных зарослей. Рукой им махнул: идите, мол. С мрачным вздохом Слава последовала за остальными.

— Эй, малец! — крикнул гигант долговязому подмастерью. — Теперь здесь по твоей части — с трупами возиться. Чего кривишься-то? Ты ж у нас в мастер-лекари метишь? Или вы там только живых резать не брезгуете?

— Темнословово отродье! — зло сплюнул он, когда подмастерье скрылся в лощинке.

— Ты бы потише, Ледогор, — предупредила Слава. — Ситуация в Гильдии сложная. Не время сейчас с мастерами Боли ругаться.

— А тебе какое дело? — сердито огрызнулся тот.

Девушка вспыхнула, но уже в который раз сдержалась, вновь удивляясь, как это Огнезор ухитрялся столько лет с этим типом ладить.

Вид двух мертвецов, над которыми, теперь уже в компании мастера, копошился долговязый, улучшению настроения ничуть не способствовал.

— Мастер Слава, — к конце-концов обозвался гигант. — А подойди-ка сюда. Думаю, тебе интересно будет взглянуть.

Девушка нехотя приблизилась, с отвращением уставившись на покойников.

— Смотри, раны какие, — указал Ледогор на тонкие смертоносные разрезы на лице и шее убитых. — Тут удар нужен был точный. Слишком уж маленькое, узкое лезвие для обычного ножа или кинжала.

— И что? — скривилась Слава.

— А то, что я таких ран навидался, пока у нашего общего знакомого испытание на мастера Сражения принимал.

— Хочешь сказать, это Огнезор постарался? — переспросила удивленно девушка.

— Больше некому. Ты ведь о нем поговорить со мной хотела?

— Позже об этом, — быстро проговорила она, отметив, как подозрительно навострил уши долговязый подмастерье.

— Ну и ладно, — промычал себе под нос Ледогор. Пренебрежительно пнул мертвое тело носком сапога и прокричал блюстителям порядка, уныло примостившимся в сторонке:

— Сворачиваемся, ребята! Здесь не вашего ума делишки.

— Оно-то, может и так, — с печальной рассудительностью отметил один из стражей, — только что нам в отчете написать?

— Мне почем знать-то? — рассердился Ледогор. — Развели писанину, крысы бумажные!

— Так указать же нужно вывод мастера Гильдии, — испуганно проговорил блюститель. Вид у него был совсем грустный и жалкий.

— Напиши: не на того, душегубы дорожные, наскочили! Туда им, идиотам, и дорога! — рыкнул гигант. — И вообще, мальца забирайте, пусть он вам выводы пишет. Пошли, Слава!

Не дожидаясь ответа, он грузно побрел назад к дороге. Девушка догнала его, молча потопала следом.

— Скажи, мастер, — обозвалась она наконец, когда злополучная лощинка скрылась из виду, — Огнезор ведь там не один был, так? Я, конечно, следы не очень разбираю, но…

— Точно, не один, — задумчиво покивал Ледогор. — С мальчишкой или с бабой, скорее… Не знаю. Если б я сейчас с тобой не беседовал, решил бы, что это ты с ним в той лощинке поработала.

— С чего вдруг? — удивилась Слава.

— Да с того, что не всякая девчонка способна двум здоровым мужикам так морды изукрасить… А Огнезор таким уж точно не стал бы заниматься — у него с отребьем всяким разговор короткий. Два удара — и все, сама видела.

— Интересные дела, — проговорила девушка.

— Ну, это еще не самое интересное! Как тебе такое: Огнезор в эту лощинку не своими ногами пришел. Подружка эта еще с кем-то на себе его от дороги волокла. В общем, темная тут история…

— Чем дальше, тем темнее, — всерьез задумалась Слава.

— Так чего ты сказать-то хотела? — прервал ее размышления Ледогор.

— Спросить кое-что, — осторожно начала девушка. — Только пойми меня правильно: я Огнезору помочь хочу… Очень уж он в последнее время своим прошлым озабочен был…

— Да не виляй ты! Спрашивай, раз надо. А я уж сам решу, стоит ли отвечать.

— Ты ведь был среди тех, кто его в Гильдию отобрал? Откуда его привезли?

— Ишь, чего знать захотела, — озадаченно поскреб макушку Ледогор. — У меня ж таких за последний десяток лет знаешь сколько было? Что, я каждого помнить должен?

— Огнезор ведь не «каждый», его ты вряд ли забыл! Злата — и та по сей день вспоминает…

— Так у нее и спроси! — с ехидцей сощурился мастер. — Что, испугалась? Знаешь, видно, что дама эта на тебя быстренько донос составит за такие вопросики! А мастер Ледогор, значит, дурак! Выложит тебе все на блюдечке, своей шеей рискуя! Эх, за что всегда не любил тебя, Слава, так это за гонор твой и непомерное высокомерие!