Сара Хагерзак - Принц подземелья

Это действительно отчасти возымело свое действие; по крайней мере, она перестала постоянно напиваться сливочным пивом. И однажды, когда директор, зайдя за чем‑то на кухню, мимоходом попросил первого попавшегося под руку эльфа протопить его старый дом в Паучьем тупике, чтобы оставшиеся там мебель, вещи и книги не отсырели за зиму, Винки возникла перед ним и обиженно произнесла:

— Винки чем‑то провинилась перед директором? Почему директор не даёт это поручение Винки? Он больше не хочет, чтобы Винки была его домовым эльфом?

— Моим домовым эльфом? — в недоумении переспросил Снейп, даже не помышлявший ни о чем подобном.

— Винки хочет иметь хозяина. Винки думала, что директор Снейп станет её новым хозяином.

Снейп замялся. Он не имел ни малейшего представления о том, как волшебники получают в своё распоряжение домашних эльфов. Его род, хоть и довольно старый, не был ни богатым, ни знатным, да и особой чистотой крови не отличался. Поэтому фамильного эльфа у них никогда не было, и он не понимал, как можно просто взять и завести его.

— А это возможно?

— Да, сэр. Если вы хотите этого, Винки с радостью будет служить вам.

В итоге Снейп согласился. МакГонагалл скрепила для них магический контракт, и Винки стала его домовым эльфом. Она приглядывала за его старым домом в Паучьем тупике, изредка выполняла для него мелкие поручения и чувствовала себя гораздо лучше, чем раньше, избавившись от ненужной ей свободы.

И теперь Снейп решил позвать её, чтобы она отнесла сверток в Годриково Ущелье. «Пожалуй, это сойдет за хранение хозяйских тайн», — подумал он, щелкнув пальцами и громко позвав Винки.

Та появилась с легким хлопком и уставилась на него своими огромными мерцающими глазами.

— Добрый вечер, сэр. Винки нужна вам?

— Да, Винки. Это — рождественский подарок для Лили Поттер. Доставь его. Ты ведь знаешь, где она живет?

— Да, сэр, — кивнула Винки, явно гордясь, что ей дали такое важное поручение.

— Спасибо, Винки, это всё, — сказал Снейп и передал ей пакет, но она не исчезла и продолжала стоять перед ним, прижимая к груди тяжелый сверток.

— Хозяин чем‑то расстроен? — спросила Винки тонким голоском.

— Нет, Винки, всё в порядке, — ответил Снейп и подумал: «Кажется, сегодня все считают своим долгом отметить, как я паршиво выгляжу».

— Хозяин плохо спит по ночам. Винки знает. Винки хочет помочь хозяину. Она может дать ему средство, чтобы он хорошо спал.

— Спасибо, Винки, я и сам могу сделать себе такое средство.

Винки ещё больше выпучила глаза, словно эта мысль ужасала её, и затараторила:

— Нет, сэр! Волшебники не могут готовить такие средства, как эльфы. Это специальная эльфийская магия. От зелий волшебников в голове потом ничего не найти, как в старом сарае, а Винки может сделать так, что вы хорошо отдохнете и проснетесь не таким грустным.

Винки с надеждой смотрела на директора, отчаянно желая быть ему полезной. Решив, что хуже ему в любом случае не будет, Снейп согласился.

С трудом удерживая тяжелый сверток с книгой одной рукой, Винки щелкнула пальцами, и на столе появился стакан, полный прозрачной жидкости. Винки дождалась, пока Снейп выпил снадобье — на вкус оно оказалось чуть сладковатым, — и исчезла вместе с пустым стаканом и пакетом для Лили.

Магия эльфов и правда действовала очень мягко, и Снейп быстро заснул, не ощущая при этом того легкого дурмана, который обычно вызывают снотворные зелья.

Проснулся он от едва уловимого пряного аромата и с удивлением ощутил какую‑то детскую радость от наступившего Рождества. У его кровати лежала целая стопка подарков, что ещё больше удивило Снейпа. Накинув халат, он стал разворачивать обертки.

В верхней коробке была традиционная бутылка от Кингсли — настойка каких‑то экзотических трав. Из небольшого свертка он достал теплый черный шарф, связанный Винки. Был ещё подарок от МакГонагалл — альбом с фотографиями видов Хогвартса, в который была вложена открытка, подписанная её витиеватым почерком: «Это совершенно бесполезный подарок, но фотографии так красивы — может быть, они смогут немного порадовать тебя. Счастливого Рождества! Минерва».

В самом низу лежала большая, но невысокая коробка, завернутая в красную с золотом бумагу. Она оказалась неожиданно легкой, и Снейп, не имевший преставления о том, что в ней и кто её прислал, поставил коробку на маленький столик в спальне. Сняв бумагу, он открыл плотно прилегавшую к коробке крышку — и изумленно отпрянул: в лицо ему ударил густой запах хвои, смолы и пряностей, до этого слабо разлитый в воздухе. В коробке лежала большая пушистая еловая ветка, на которой переливались подвешенные на золотой тесьме искрящиеся пряники в виде звезд и полумесяцев. Сбоку лежал сложенный вчетверо листок бумаги. Снейп развернул его и прочел:

«Дорогой профессор, поздравляю Вас с Рождеством! К сожалению, я не могу подарить Вам чего‑то действительно ценного или полезного. Я не сомневаюсь, что директор Хогвартса имеет в своем распоряжении всё, что ему может потребоваться. Но мне так хотелось чем‑то порадовать Вас. Помните, как год назад Вы рассказывали мне о пряниках, которые пекла для Вас бабушка? Я нашла рецепт — надеюсь, это тот самый, во всяком случае, он старинный и валлийский. Думаю, ёлки у Вас в кабинете нет, так что посылаю их Вам вместе с этой веткой. Желаю Вам всего самого наилучшего.

Искренне Ваша, Лили Поттер

P. S. Мне хотелось бы посоветоваться с Вами по одному очень важному вопросу. Если на каникулах у Вас найдется для этого время, дайте мне знать. И я бы не хотела, чтобы кто‑то ещё знал об этой встрече. Надеюсь, Вы не сочтете мою просьбу слишком дерзкой».

Он долго стоял, упершись ладонями в стол, на котором лежала коробка, и, закрыв глаза, вдыхал волшебный пряный аромат — запах детства, подаренный ею…

В тот же день он написал Лили записку, в которой предлагал встретиться в его доме в Паучьем тупике. «Надеюсь, у меня хватит выдержки вести себя благоразумно», — думал он, отправляя сову. Мысль о новой встрече с Лили порождала в его голове мешанину образов, настолько приятных и пугающе откровенных, что на ночь он решил принять зелье для сна без сновидений, которое, однако, не слишком помогло ему…

В комнате горел камин и пахло свежей хвоей и мандаринами. Фредерика играла с новой куклой, подаренной на Рождество; в углу Тедди ворковал с Виктуар; взрослые сидели в креслах, отяжелевшие от вкусной еды и вина. Джеймс, Хьюго и Альбус–Северус играли в плюй–камни, а Рози пыталась рассказывать Лили сплетни про Джеймса и Мэри Стаут с пятого курса. Но Лили не слышала её. Она задумчиво обкусывала ноготь на большом пальце, напряженно думая о том, что ей предстоит сделать. Наконец она сказала: «Извини, Рози», — быстро встала и подошла к Тедди.