Патриция Бриггз - Призванные луной

— Бран не из Серых Повелителей. Он никогда не бросил бы волков. Вероятно, тебе не пришло в голову просто позвонить Адаму и побеседовать с ним — или даже с Браном.

— Мы только вернулись с дела, — пояснил Дэвид. — Не было времени. К тому же некоторые вещи лучше всего обсуждать лично. — Вроде похищения? — сухо осведомилась я.

— Это не планировалось, — с жаром сказал Коннор.

— Правда? — спросил Дэвид. — Сейчас я уже сомневаюсь. Все прошло так плохо — четверка Джерри погибла, и не могу не подозревать, что все так и замышлялось.

— Умерли три его волка, — заметила я. — Мак был наш. Дэвид улыбнулся — только глазами, не губами.

— Да, мэм. Три волка Джерри и один Адама.

— Зачем ему было убивать собственных волков? — поинтересовался Коннор.

— Мы видели погибших волков. — Дэвид выглядел задумчивым. — А не были ли они доминантами? Я их мало знал — за исключением Кары. Она бы долго не стала терпеть приказы от Джерри. А парень, Мак, предал его, обратившись к Адаму за помощью.

— Ты считаешь, что Джерри психопат? — поднял брови Джон-Джулиан. — Он не показался мне сумасшедшим.

— Он вервольф, — ответил Дэвид. — Мы несколько больше внимания уделяем иерархии приказов, чем люди. Если он хочет оставаться у власти, он должен уничтожать волков, более доминантных, чем он, — и волков, предающих стаю.

Я взглянула на Дэвида.

— Я плохо знаю Джерри, но могу предположить, что ты более доминантен, чем он.

Дэвид поморщился.

— У меня есть свои бойцы. Мне не нужны те, что подчиняются Джерри. Он понимает это лучше кого бы то ни было. Он несколько лет наблюдал за мной.

— Значит, он считал безопасным обратиться к вам, — заметила я, — решив, что ты не станешь оспаривать его лидерство.

— Джерри заявил дедушке, что Адам не хочет бросать вызов Брану, но прислушается к старому другу, — сказал Джон-Джулиан. — Он предложил переправить нас сюда для разговора, и мы согласились. Нам не понадобилось много времени, чтобы разобраться, что дела обстоят не совсем так, как нам их представили.

— Я стал наводить справки, — продолжил рассказ Дэвид. — Позвонил друзьям и узнал, что Бран действительно собирается на встрече с Альфами в декабре объявить, что он хочет открыться перед человечеством. Поэтому мы пришли к Адаму, чтобы обсудить эту проблему. Не думаю, чтобы это что-нибудь дало. Адам слишком любит Маррока, чтобы бросить ему вызов.

— Но положение оказалось совершенно другим, — произнес Коннор. — Джерри не сказал нам, что собирает армию наемников и вервольфов.

— Армию? — переспросила я.

— Небольшую армию. Два-три одиноких волка, как Кара, которые не смогли найти стаю, — объяснил Джон-Джулиан. — И группа наемников, которым он, очевидно, предложил превращение в вервольфов.

— Мне следовало остановить это, когда проклятый придурок вооружил банду испуганных идиотов ружьями со шприцами. — Дэвид покачал головой. — Может, если бы я знал, что Джерри нашел то, что может причинить вред вервольфу… Ну, во всяком случае с этого момента получилось классическое «все в порядке — идем ко дну».

— Адам говорил, что Мака убили, как только он открыл дверь, — сказала я.

— Джерри так много говорил им о том, как опасен Адам, что они стали стрелять, еще не проверив, кто там. — В голосе Джона-Джулиана звучало легкое сожаление — мне показалось, скорее из-за несуразности такого поведения, чем из-за смерти Мака.

— Вы знали Мака? — спросила я, глядя на кинжал Зи, потому что не хотела, чтобы они поняли, как я разозлилась. Но, конечно, вервольф это почувствовал.

— Нет, — ответил Дэвид. — Мы прилетели сюда в прошлый понедельник в конце дня. — Он оценивающе взглянул на меня. — И были здесь, когда один из наемников Джерри, человек, прибежал к нам страшно испуганный.

— Он заявил, что кто-то прикончил его партнера, — добавил Джон-Джулиан, тоже глядя на меня. — Демон.

— Не демон. — Я пожала плечами. — Не требуется демон, чтобы убить неподготовленного, только что укушенного нового волка, слишком глупого, чтобы остаться в живых. Я старалась подавить гнев: не их вина, что они не знали Мака. Посмотрела на них и поколебалась: может, и их.

Теперь я была склонна им верить. Отчасти потому, что их слова казались правдивыми, хотя я недостаточно хорошо их знала, чтобы быть уверенной. Отчасти оттого, что я помнила, каким голосом Адам говорил о Дэвиде Кристиансене.

— Позвольте рассказать вам о Маке, мальчишке, который умер на моем пороге. — Я поведала им о Перемене, о чикагском Альфе, который продал паренька Джерри, и об экспериментах с наркотиками.

— Мы видели только ружья со шприцами, — промолвили Джон-Джулиан. — Но два выстрела убили молодого волка — а в Адама они выстрелили пять раз, прежде чем смогли его связать.

— Выходит, наш метаболизм ослабляется серебром, а тем временем ДМСО быстро разносит наркотик по кровеносной системе? — спросил Дэвид. — Значит ли это, что кто-нибудь может просто заменить кетамин чем-нибудь другим?

— Я не врач, — ответила я. — Но похоже, это что-то действует на волков.

— Может, это что-то и нужно было Джерри и он его проверял? — предположил Дэвид. — С настоящей стаей не сработало бы, но среди одиноких волков, отклонившихся в своем поведении от нормы, и наемников, которые помышляют только о работе, — о пленниках никто и не подумает. Там не оказалось никого, что почувствовал бы потребность их защитить.

Так устроены вервольфы: инстинкт велит им подчиняться доминантам, а тем, в свою очередь, инстинкт приказывает защищать тех, кто слабее их. Это природная организация равновесия в стае.

— Не все одинокие волки таковы, — возразил Коннор. Дэвид улыбнулся.

— Спасибо. Но вервольфы нуждаются в стае. Немногие похожи на меня: мы слишком ненавидим то, кем стали, чтобы жить в стае. Но большинство одиноких волков — те, кого не принимает сама стая. — Улыбка его стала мрачной. — У меня есть своя стая, Коннор. И это не просто стая вервольфов… — Дэвид посмотрел на меня. — Остальных членов стаи я оставил с Джерри, чтобы они приглядывали там за ситуацией. Нас шестеро. Небольшая стая, но сплоченная. Большинство волков, которые слишком долго живут вне стаи, в конце концов слегка сходят с ума. Наемники в этом отношении на них похожи. Наемник, который работает один, обычно делает это, потому что никто с ним не имеет желания сотрудничать: он либо глуп, либо спятил, а такие обычно быстро умирают.

— Я бы не хотела с таким встретиться, — заметила я, и тут раздался телефон. — Простите, — сказала я, порылась в карманах и нашла телефон, который чудесным образом уцелел.