Марфа Метель - Мастер (СИ)

— Вы любите своего мужа?

Манон тихо рассмеялась и откровенно посмотрела в глаза мужчины, задавая встречный вопрос:

— А вы любите свою жену?

Филирр слегка поморщился.

— Вот вам и ответ, — проговорила Манон, потом оценивающе посмотрела на графа, — а вы сами не хотели бы овдоветь? Наследник у вас уже есть, зачем постылая жена? — она погладила его пальцы и призывно облизнула губы. — Мы бы могли стать отличными союзниками, — голос её стал низким и бархатистым, а взгляд томным.

Филирр улыбнулся, наклонился к Манон:

— Вы предлагаете мне себя… в качестве союзницы? — голос его стал не менее обволакивающий, чем у Манон.

— Да-а, — выдохнула Манон, — мы могли бы… — она скосила взгляд на мужчину, — плодотворно посотрудничать… мне кажется… в роли правителя… Вы будете значительно лучше, чем мой бездарный супруг.

Лесть, лесть и ещё раз лесть.

— А какую роль вы отводите себе? — глаза его хитро прищурились.

— Я не амбициозна… — Манон прикусила уголок нижней губы, — замуж я пойти за вас не могу… но я слышала, что вы потрясающий любовник… в отличие от моего мужа, — Манон сделала паузу, потом совсем тихо произнесла, опустив глаза. — Я захотела вас, как только увидела… там, на вашей свадьбе.

Филирр крепко сжал её руку, Манон медленно подняла на него глаза с таким масляным взглядом, что граф сглотнул и невольно подался к ней. В глазах его отражалась победа и превосходство.

— Мы обсудим это… в более приятной обстановке, — пообещал он.

— А что мы будем делать с Илианом? Он ведь следующий после моего мужа претендент на титул?

— Вы настолько кровожадны, моя леди? — усмехнулся Филирр.

— Он мне никогда не нравился, мы с ним всё время ругаемся, мерзкий тип, — насупила губки Манон. — Мне смертельно надоели эти братья Аландер.

— Настолько, что готова избавиться от них обоих? — Филирр перешёл на более интимное ТЫ. Перевернул руку Манон, отогнул перчатку и поцеловал в соединение между запястьем и ладонью, лизнул. Манон передёрнуло от отвращения, но она сделала вид, что дрожит от желания, издала протяжный стон.

— Лотер… зови меня Лотер, — шепнул он.

— Ло-отер-р, — произнесла Манон, желая всадить клинок в его горло.

Приближающийся многоголосый яростный лай собак отвлёк их. Свора гончих выгнала на прогалину двух вепрей, в спине одного из них уже торчали арбалетные стрелы. Филирр прицелился, арбалетный болт вошёл в грудь раненого кабана, сбивая того с ног. Часть собак кинулась терзать животное, остальные гончие продолжили гнать более крупного вепря на Филирра и Манон. Мужчина забрал у Манон арбалет и выстрелил. Болт вошёл в холку, но это не остановило зверя. Пришпорив лошадей, Манон и Филирр отскочили с пути разъярённого животного. На просеку начали выезжать другие охотники, преследующие зверя.

Манон видела — кабан несётся на Тиграна. Он соскочил с лошади, сжимая в руках рогатину, выставил перед собой, дал подбежать зверю, и с яростным воплем, пробив толстую шкуру, вогнал в грудь. Оружие пронзило сердце и вышло через плечо. Смертельно раненый вепрь несколько секунд стоял, затем дёрнулся и рухнул к ногам герцога. Тигран вытащил рогатину из раны. Кровь хлынула горячим потоком, подбежавшие собаки начали лакать её…

Пикник организовали на этой же прогалине, но в стороне от места гибели животных. Лесники и загонщики принялись за разделку тушь. Слуги из замка уже расстелили скатерти и покрывала на земле. Несколько солдат охраны носили хворост для костра. Дворяне разделились на несколько компаний и переходили из одной в другую, общаясь и делясь впечатлениями. Тигран и Филирр были героями этой охоты. Манон наблюдала немного издалека за этими двумя. Она была занята, отдавая распоряжения слугам, время от времени ловя на себе взгляды «героев охоты».

— Миледи, — обратился к Манон один из лесничих, низко поклонившись.

Манон обернулась. Маркус хитро подмигнул ей из-под лохматой чёлки.

— Миледи, мы тут «браконьеров» с арбалетами изловили. Чего делать-то с ними прикажите?

— А что мы делаем обычно с браконьерами? — усмехнулась Манон. — Филирр виновен, — добавила тихо.

— Браконьеров в подвал, — сказала громко Манон, и тихо: — допроси с пристрастием.

— Будет исполнено, госпожа, — Маркус поклонился и отошёл.

— Убийц, значит подослал… — Манон задумчиво смотрела на Тиграна, который стоял, приобняв за талию счастливую Леонору. — Пора травить, а то убьют ненароком.

Тигран Аландер

Обед прошёл замечательно. Свежий воздух, удачная охота, сытная еда… Тигран всё это время следил за Манон в ожидании. Наконец, она взяла кубок с вином, протянутый слугой, и направилась к костру, на котором жарили мясо. Тигран отлепил от себя Леонору и зашагал к Манон.

— Милая моя жёнушка даже не поздравила меня с трофеем, — нарочито громко заговорил Тигран, привлекая к ним внимание. — Может, примирительный поцелуй для героя?

Манон смерила Тиграна презрительным взглядом и отрицательно качнула головой, поднося кубок ко рту. Он перехватил её руку и поднёс кубок к своим губам.

— Нет поцелуя, тогда кубок вина для мужа из рук жены, — Тигран залпом выпил вино, поморщился, — кислятина. Хочется сладкого…

И без лишних слов притянул Манон, впечатывая поцелуй в удивлённо приоткрывшийся рот. Манон оттолкнула Тиграна и вытерла рот ладонью.

— Идиот, — прошипела она, — будешь мучиться, но не долго.

Тигран насторожился, прислушиваясь к ощущениям, кажется, ничего необычного.

— Ты ничего вчера не говорила про «мучиться».

— Не хотела расстраивать, — по-доброму улыбнулась Манон, выдернула свою руку с кубком из руки Тиграна и ушла к костру.

Тигран вернулся к дворянам. Примерно через час он почувствовал головокружение и тошноту, стало не хватать воздуха. Он нашёл глазами Манон. Она наблюдала за ним. Встретившись с ним взглядом, она усмехнулась и кивнула. Тиграну стало страшно. Он доверился женщине, которую… перед глазами промелькнуло всё, что наговорил и сделал по отношению к ней за последнее время. Прошиб холодный пот. Она могла сговориться с Филирром и действительно отравить его… а он, как дурак, сам принял яд из её рук.

— Мано-он, — прохрипел Тигран, падая в траву содрогаясь в конвульсиях. Так не хочется умирать — была последняя мысль.

Холодно и темно, шуршит рядом.

Тигран открыл глаза. Темно. Холодно. Шуршит… Живой. Пошевелил ногой, рукой… точно живой… не убила.

— Оклемался? — спросил незнакомый голос. Тигран вздрогнул от неожиданности.