А. Котенко - Отдел странных явлений: Тайны Черной Земли

— Ой, — девушка вскочила и кинулась в объятья к Ване. — Ты жив, ты жив!

— Ближайшие лет семьдесят и не планировал умирать, — улыбнулся он. — Я тебе сейчас такое расскажу. Я знаю, кто похитил душу Иры!

С воодушевлением в голосе программист принялся излагать все, что он узнал во дворце у Тутанхамона. Сестра увлеченно слушала, переспрашивала о фараоне и очень сожалела, что сама не смогла пообщаться с ним лично.

— Да не расстраивайся, — отмахнулся Иван, — Тутик — парень славный, как-нибудь познакомлю. Думаю, вы подружитесь!

— Спасибо, но, считаю, одного разговора мне хватит, — скромно сказала Маша, — а то… — она вспомнила, как Хоремхеб и начальник стражи в 'Веселой Коши' то ли в шутку, то ли всерьез упоминали, будто фараон не равнодушен к хеттским блондинкам.

Неб назвал ее выходцем из этой империи, значит, и фараон может перепутать и начать заигрывать с чужестранкой. А этого девушке вовсе не хотелось.

— Чего покраснела-то как свекла?

— Все в порядке, — отвернулась Маша, — продолжай лучше по делу и не сватай меня к фараону.

— Отчего же?

Ответ очевиден. Ну зачем воплощению бога на земле сдалась пусть даже и довольно симпатичная русская девушка без роду и племени? Ему принцесс заморских в гарем, наверняка, зовут. Да и многие девушки в Фивах спят и видят, что именно они однажды разделят с фараоном его ложе. В эту очередь благородных дев Маша вовсе не вписывалась. К тому же она не очень желала знакомиться с власть имущим, для которого все блондинки на одно лицо. Только рассказывать о своих домыслах брату девушка не стала и лишь отмахнулась.

— Он женат. Точка.

Ваня пожал плечами, мол, дело твое, сестренка, и перешел к рассуждениям об Ире. Его домыслы о почившей царевне Меритатон складывались в весьма логичную последовательность: все сходилось лучше некуда. Только Машина импровизация, устроенная ей на пороге храма полностью перечеркнула все версии брата.

— Я не нахожу повода не верить Анхесенпаамон, — когда Ваня отошел от шока по поводу пронырливости и догадливости сестры, заявила она.

— Я то же самое могу сказать про ее брата.

— Ладно, где правда?

— Посередине! — лучезарная улыбка украсила лицо Маши.

— Ты начинаешь мыслить как математик, — хлопнул ее по плечу Ваня. — Совершенно верно, но бесполезно. Кстати… А я тебе уже говорил, что Сметан-ра — это не фараон, то есть его зовут Се-мантра, что ли.

— Сменхкара, — угрюмо сказала сестра и выложила перед программистом учебник, раскрытый на параграфе 'Наследники Эхнатона'.

И верно, истина где-то посередине. Искомый фараон — муж царицы, убитой семь лет назад. Но с другой стороны Анхесенпаамон утверждала, будто не найдется бога, который захотел бы воскресить сестру. А людям магия такого уровня не подвластна.

— Маша, а ты не думала, что такой бог есть? — повторив несколько раз высказывание жены фараона, предположил Ваня.

— А это не важно, — холодно сказала она, — пока мы не схватим девушку, в теле которой живет твоя Ира, мы ничего не сможем сказать наверняка. Там и покровитель объявится, и…

Но чтобы поймать неуловимую колдунью, нужно было ее выследить. И раз Ваня прошлой ночью помешал девушке добраться до того, что она искала, то этой ночью Ира повторит попытку. Вряд ли злодейка просто хотела вызвать мигрень у царицы. Это могло оказаться предупреждением, намеком, мол, ты беззащитна, красавица. Ясно, что не головная боль Анхесенпаамон — цель девушки. Версия об убийстве царицы и попытке занять ее место, куда более правдоподобна. К тому же легко околдовать страдающего от потери Тутанхамона и заставить жениться на себе, и обновлять заклинание по мере необходимости.

Манипуляция власть имущим — интересно, да. И это очень похоже на методы регента.

— Беря в расчет показания обоих свидетелей, — подытожил Иван, — мы имеем дело с дочерью Эйе, если у жреца есть таковая. Благодаря папашке, девица узнает о способностях родственников правителя и разыгрывает целую мистерию, чтобы подчинить себе Тутанхамона.

— Мут-нед-жи-мет, — по слогам прочитала Маша из учебника.

— Это что за заклинание?

— Имя дочери Эйе, — подмигнула сестра. — В ближайшем будущем выйдет замуж за Хоремхеба и станет владычицей Обеих Земель, — читала девушка короткую справку из учебника.

Больше о дочери жреца там не было сказано ни слова.

— Отлично! — Ваня хлопнул в ладоши. — С Тутиком не получилось, подбила клинья под военачальничка! Точно, это наша основная подозреваемая!

Причины, почему тогда девица не пытается устроиться в гарем правителя, вполне объяснялись рассказами Маши: во вкусе фараона — хеттские девы, а египтянки не пленяют его сердце. Оставалось только привязать к версии мотив для похищения души из будущего. Но тут, скорее всего, имела место случайность, и дочь жреца могла не ожидать, что в ее тело вселится еще кто-то. Наколдовала лишку, так сказать.

— Итак, сейчас я отправляюсь во дворец и попытаюсь выследить и поймать Мутный-жилет. А ты отыщешь дом Эйе, и при случае будешь поджидать возвращающуюся с охоты красавицу там. Ну… если я опять куда-нибудь вляпаюсь.

Маша кивнула. Правда, вечером к ней обещал прийти Неб. Но никто ж не мешает пойти с ним гулять по городу и как бы невзначай остановиться у дома жреца.

Прятаться в кустах акации Ваня любил с детства. Особенно они ему нравились в середине лета, когда созревали стручки, из которых можно было делать пищалки и свистульки. Только последний раз Дураков занимался созданием импровизированного музыкального инструмента лет в десять. Тогда он и представить себе не мог, что в двадцать три он снова придется сидеть в кусте акации в окружении тоненьких стручков.

Но сейчас заниматься музыкой молодому человеку не хотелось. Пробравшись в дворцовые сады благодаря просьбе фараона пропускать нового соглядатая в любое время дня и ночи, программист выжидал, когда же таинственная незнакомка с душой Иры снова переберется через высокую стену.

Тьма быстро окутала землю, и вдоль переходов во дворце зажгли факелы. Сидя в укрытии, Ваня только мог видеть снующие там тени. Но спустя некоторое время дворец начал отходить ко сну, и тишина накрыла сад.

Этого момента будто и ожидала колдунья. Она тут же спрыгнула со стены и медленно пошла вглубь сада, в беседку у пруда. От женщины не веяло никакой опасностью. Она просто расселась на скамье и смотрела на черную гладь воды, на которой даже в темноте отчетливо были различимы чашки розовых лотосов.

Ваня прокрался с другой стороны пруда и затаился, выжидая. Он хищник, она — жертва. Нападать — мгновенно и действовать с одного удара. Одно программист совсем не знал: что именно нужно сделать, чтобы лишить эту женщину души Иры.