Антон Белозеров - Бегущий За Ветром

— Удар хорош, а заточка никуда не годится, — сказал волшебник. — Дай саблю, я покажу, что надо исправить.

Кублан-хан отдал оружие волшебнику. Тот поднял лезвие на уровень глаз и начал объяснять: — Если бы металл был хороший, то такой заточки было бы достаточно. Но твоя сабля изготовлена из мягкого металла. Поэтому ее надо заточить «под пилку».

— Как?

— «Под пилку» — это значит сделать на режущей кромке маленькие зубчики. Для этого сначала берется грубый крупнозернистый камень, которым производится черновая заточка. Потом режущая кромка доводится мелкозернистым камешком, которым снимают заусенцы. В результате лезвие не просто скользит во время удара, но и как бы само врезается в цель. Перетачивать твою саблю при помощи камней долго, поэтому я немного ускорю процесс…

Волшебник провел своим посохом по лезвию сабли. Порыв сильного ветра поднял с земли сухую каменную пыль, завертел ее стремительным смерчем и обволок клинок. Кублан-хан затаил дыхание. Его злость уступила место любопытству. Вскоре смерч рассеялся, пыль осела на землю. Волшебник продемонстрировал лезвие молодому хану:

— Вот, что должно было получиться. Видишь разницу?

Кублан-хан достаточно хорошо разбирался в оружии, так что сразу оценил преимущества такого типа заточки.

— Попробуй перерубить елку теперь!

Хан взял саблю, примерился к дереву, замахнулся и ударил. Клинок прошел сквозь древесину почти без сопротивления, оставив чистый гладкий срез. Кублан-хану пришлось даже приложить усилие, чтобы затормозить движущийся по инерции клинок. Подрубленное дерево завалилось в сторону и рухнуло на землю.

— Ну, теперь ты мне будешь доверять? — с улыбкой спросил волшебник.

— Я буду тебе и доверять, и верить! — воскликнул Кублан-хан. — Прости, что сразу не признал в тебе друга!

— Ничего, у тебя еще будет для этого много времени.

— Правда?

— Конечно. На твой счет у меня далеко идущие планы. Я хочу, чтобы ты стал императором Кайвая.

Это заявление повергло Кублан-хана в оцепенение. Огромное кайвайское государство располагалось к востоку от степных владений разрозненных кочевых племен. Оно имело многочисленную армию, которая уже не раз отражала набеги степняков. Кроме армии, в Кайвае было много укрепленных каменных городов, которые не умели захватывать всадники.

— Я вижу, ты немного удивлен? — волшебник испытующе посмотрел на молодого хана. — Конечно, ты можешь отказаться.

Тот с видимым усилием произнес:

— Э-э-э, нет.

— Нет?!

— Э-э-э, это слишком неожиданно. Кто ты такой, что спокойно говоришь о завоевании Кайвая?

— Ох! Я забыл представиться! — спохватился волшебник. — Меня зовут Бегущий За Ветром.

Столбняк поразил Кублан-хана еще на несколько минут. Потом, справившись с непослушным языком и дрожащими губами, он смог пролепетать:

— Тот самый?

Бегущий За Ветром утвердительно кивнул головой, потом, оценив состояние молодого хана, предложил:

— Давай присядем вон на те большие камни. Я поподробнее расскажу тебе о Кайвае и о том, почему ты должен завоевать… нет, не завоевать, а СПАСТИ это государство…

Когда пыльная буря, прогнавшая спутников Кублан-хана, наконец утихла, всадники пришпорили лошадей и помчались на выручку своему господину. Однако, приблизившись к месту встречи с волшебником, они увидели, что Кублан-хан и его недавний противник сидят на камнях и мирно беседуют.

Завидев приближение свиты, хан повелительно махнул рукой. Всадники медленно приблизились и спешились.

— Сидите тихо! — приказал Кублан-хан. — Своим вниманием нас почтил сам Бегущий За Ветром!

— Бегущий За Ветром… — зашелестели приглушенные голоса.

Молодые степняки с детства слышали легенды о великом волшебнике, поэтому взирали на него, как на сошедшего с небес бога.

А Бегущий За Ветром, как ни в чем не бывало, продолжал говорить:

— …Некогда Кайвай был могущественной державой. Но теперь он ослаб. Ослаб изнутри. Его правители погрязли в роскоши и развлечениях. Армия разваливается. В Кайвае в почести актеры, поэты и музыканты. Крепости разрушаются, и вместо них архитекторы устраивают сады и парки. Народ платит непосильные налоги, чтобы содержать толпы тунеядцев. Еще немного, и Кайвай рухнет. Или народ восстанет против своих правителей, или внешний враг воспользуется слабостью страны и опустошит ее нашествием. И в том, и в другом случае простых людей Кайвая ждут беды и мучения. Я не могу этого допустить. Я хочу, чтобы в Кайвай влилась новая кровь, я хочу очистить эту страну, я хочу, чтобы красота гармонично соседствовала с силой…

Кублан-хан завороженно слушал Бегущего За Ветром. Его свита также притихла, постепенно осознавая, ЧТО предлагает им легендарный волшебник.

Пять лет спустя в Летнем дворце Лайтэй, император Кайвая, устроил праздник по случаю рождения жеребенка у своей любимой лошади Стремительной. Летний дворец был выстроен на расстоянии полудневного перехода от столицы Кайвая Шанжэя. Это был огромный комплекс, состоящий из зданий, площадей, парков и искусственных прудов, который раскинулся на площади, равной нескольким обычным поселениям.

В Летнем дворце жили император Лайтэй, его многочисленная семья, еще более многочисленные придворные сановники и чиновники, а также совершенно неисчислимые слуги. Так как правители Кайвая последние сто с лишним лет предпочитали руководить страной из Летнего дворца, неподалеку отсюда были выстроены монастыри наиболее почитаемых святых сложной и чрезвычайно запутанной кайвайской религии, торговые представительства крупных купеческих союзов, резиденции послов соседних государств. Иностранцев никогда не забывали приглашать на роскошные дворцовые празднества, чтобы лишний раз напомнить о богатстве, могуществе и величии Кайвая.

Вот и сейчас на день рождения жеребенка собрались высокопоставленные кайвайские чиновники и царедворцы, генералы и адмиралы, монахи и придворные мудрецы, богатейшие купцы и иностранные послы, в том числе представители молодого, но быстро растущего и набиравшего силы ханства под названием Степной Ветер. Послы ханства были необыкновенно молоды и заметно выделялись среди седовласых, почтенных кайвайцев и подданных других стран. Хотя они были одеты в наряды из дорогого узорчатого шелка, некайвайский покрой которых выдавал иноземцев, а под мягкими струящимися тканями проступали рельефные стальные мускулы. И при себе послы имели не парадное, отделанное золотом и драгоценными камнями оружие, а простые сабли в слегка потертых ножнах.