Валерий Иващенко - Единственный воин Королевы

– Сестра, помоги мне, – Фиона потянулась рукой и осторожно коснулась щеки. В душе молодой нахалки вихрем взвилась маленькая буря, и волшебница с восторгом поняла, что её зов услышан. Словно в сером дымчатом тумане распахнулась дверца в залитые солнцем бесконечные океанские просторы, где белокрылая чайка мечты летит вперёд, не зная ни преград, ни сомнений. Они пришли на её показавшийся бы кому-то неслышным призыв. Все – и могучая хозяйка бурь, и лукавая хранительница ветров. Даже непроницаемо спокойная повелительница ночи с каким-то странным выражением лица заглянула маленькой рыжей ведьме в самую душу.

– Хм, а ведь не врёт, – нимфа морских глубин шевельнула своим рыбьим хвостом и устроилась поудобнее на замершей волне. – Она действительно сестрёнка нам.

– Хотя, надо признать, сухопутная и на редкость хитрая бестия, – белокурая и ясноокая Ледда неожиданно подмигнула обомлевшей Фионе. – Вообще-то, мы редко отзываемся на мольбы и ещё реже помогаем… Она задумалась ненамного, потом повела плечиком.

– А отчего бы и нет? Фиона не абы кто нам, ей не грех, как говорится, и помочь.

– Тем более, что устремления её чисты и благородны, – в голубых глазах нимфы мелькнуло то ли одобрение, то ли отблеск молнии. Ледда улыбнулась ободряюще. И, уже тая в солёном ветре, засвиставшем с новой силой, она уронила несколько слов. Беззвучно разлетелись они, оказав тем не менее своё могучее воздействие. И до ошеломлённой Фионы донеслись прощальные слова богини:

– Не беспокойся, сестрица! Мы всё сделаем, и даже больше…

Деликатный стук в дверь вырвал волшебницу из задумчивости над только что дочитанной «Историей славного герцогства Непир».

– Не заперто! – ответила она, едва сдержав привычный порыв проверить визитёра заклинанием. Это оказался капитан собственной персоной. Исхудавший и чуть осунувшийся, он испросил разрешения войти. В сомнении прошёлся по тесной каюте, и только потом сообщил о цели своего визита.

– Мне хотелось бы посоветоваться с вами, леди Абигайль. Он вздохнул, сделал над собой хорошо заметное опытному взгляду усилие.

– Ветер переменился, и теперь нас несёт прямиком к Ривердэйлу. Пожав плечами, отчего на них шевельнулись замаскированные в тёмно-русый цвет локоны, Фиона небрежно заметила:

– И что же, господин Эстрем? Как я слыхала, тамошняя графиня откровенно покровительствует морякам. Да и переждать бурю в бухте куда лучше. Капитан раздражённо дёрнул щекой.

– Ещё пару лет назад, да наплевать бы на любую непогоду – я повёл бы корабль нужным мне курсом, – он скомкал в руках фуражку, затем расправил её. – Но «Хотстрим» обветшал, и мне приходится щадить ветерана. Он наконец решился.

– Я честный человек, леди. Но заплатить за стоянку, портовые пошлины и мелкий ремонт нынче не в состоянии – всё ушло на починку треснувшей мачты в Ронде. В ушах Фионы колокольцем прозвенело эхо капитанских слов. Да, ты честный человек и хороший моряк – но увы, бедный и находишься на грани банкротства.

– Стало быть, идти прямо через океан мы не можем – буря гонит нас к югу?

– уточнила она. Дождавшись горестного кивка от опечаленного Эстрема, она шаловливо блеснула глазами. И подпустила в голос чего-то такого… нет, не магии. Этакого извечного и женского – спросите при случае у Королевы. Только не думаю, что её величество вам ответит.

– Не беспокойтесь ни о чём, почтенный капитан. Вы верите моим предчувствиям? И она взглянула в грустное лицо бравого моряка, как умеют только женщины и только некоторые из них, и тот невольно упал на одно колено и приложился к ручке, не выдержав взгляда в упор этих серо-фиалковых, затягивающих и чарующих девичьих глаз.

– Верю, леди, – коротко ответил шкипер, склонив перед молодой очаровательной дамой стриженую голову.

Фиона тихонько сидела в уголке заведения старого Фабьо и от тоски наливалась вином. За стенами выл словно сорвавшийся с цепи ветер, печаль плескалась по её сердцу от одной только мысли – как там Гуго? А нужный человек всё не приходил. И когда уже терпение молодой волшебницы готово было лопнуть и разлететься тысячей гневных осколков вместе с останками этого острова, в дверях показался капитан Калхан. Почтенный моряк отряхнул влагу со своего блестящего от дождя плаща, повесил его на вешалку и степенно прошествовал в залу. Поздоровался с ватагой в углу, ущипнул пониже спины смуглую и отозвавшуюся шаловливым смехом разносчицу. Поговорил с хозяином заведения и сделал заказ. Не так уж и трудно оказалось Фионе подправить незаметные прочим течения и веяния, чтобы изголодавшийся старый моряк выбрал столик для ужина как раз тот, где в одиночестве волшебница уже сидела как на иголках. Сам собой завязался лёгкий, ни к чему не обязывающий и в то же время вежливый разговор. Под конец, когда капитан уже доел свою «треску по-королевски» и потягивал стаканчик лёгкого белого кьянти, Фиона сообщила о себе, что она пассажирка с «Хотстрима» и пережидает здесь непогоду.

– А-а, слыхал, – степенно кивнул Калхан. – Эстрем – жёсткий, способный капитан и порядочный человек.

– А правду ли он говорил как-то в кают-компании, – волшебница от возбуждения блеснула глазами. – Что его корабль это прошедшая через несколько рук и изрядно обветшавшая «Леди» – из тех самых, знаменитых «гончих океана»? Почтенный моряк вскочил стремительно, словно дубовая скамья укусила его за седалище.

– Что? – и выскочил из таверны в таком волнении, что не попрощался с дамой и даже – о ужас! – позабыл на краю стола свою широкую треугольную шляпу. «Вот и всё – Умнице он после проверки непременно доложит, а уж та быстро сообразит, что и как делать» – почувствовав, как от облегчения после хорошо сделанного дела вдруг разыгрался ещё тот аппетит, Фиона с сомнением принюхалась к витающим в воздухе ароматам стряпни. Заказала и себе треску, да ещё и кувшинчик во-он того белого вина. И варёного с зеленью омара. Дела пошли – гулять так гулять!

С колотящимся сердцем, стоя на вдруг ставших ватными ногах, капитан Эстрем обвёл взглядом присутствующих. Уж не мерещится ли ему всё это, упаси морские боги? Сама графинюшка пригласила его в свой знаменитый Домик-на-Холме, полюбопытствовала насчёт корабельных бумаг, угостила отменным винцом да вежливой беседой – с подходцем и уважением. Но это всё ещё бы ничего – в конце концов, род Ривердэйлов славен на полмира своим радушием и гостеприимством. Но эти последние слова:

– Капитан, сколько я вам буду должна за возможность осмотреть и отремонтировать вашу «Леди»? Согласитесь, в самую пору ущипнуть себя за бок, и призадуматься при этом – да крепко ли сидит на плечах голова и не завязались ли двойным узлом мозги? Да вернувшись в свою каюту, употребить на сон грядущий чарку неразбавленного рому…