Арианна - Гроза Драконов (СИ) - Кривенко Анна

     - Но Ваше Величество! Этот закон может вызвать возмущение среди знати, ведь в нынешнее время очень многие мужчины не против побывать в подобных отношениях! – воскликнул один из его советников на очередном закрытом совещании.

    - Я знаю! – глухо ответил император. – Просто у меня нет выбора! Так как позор моего сына вышел наружу, я должен защитить честь рода Муарон, резко осудив подобные вещи. Если я этого не сделаю, наше правление может оказаться под ударом! Нам нельзя рисковать! Только подобный указ спасет честь рода Муарон!..

                                                     *     *     *

     Я тихо встала с узкой софы и натянула на плечи фиолетовый камзол. Рафаэль спал на своей кровати чуть поодаль, и его черные волосы разметались по подушке.

    Я улыбнулась. Вчера мы провели вместе весь вечер. Сперва исследовали карты и читали книги по военной стратегии, потом поужинали, поиграли в настольную игру, чем-то напоминающую крестьянский «байдак»… Потом Рафаэль повел меня в подсобное помещение и показал огромную коллекцию оружия. При этом его глаза светились удовольствием, а я с не меньшим удовольствием всматривалась в его лицо.

    Иногда мне очень хотелось прильнуть к нему и вдохнуть аромат его тела, но я сдерживалась. Он тоже держался на расстоянии: это была некоторая наша незримая договоренность. Я не хотела распалять его чувства, а он побаивался огорчить меня.

    Уже далеко за полночь я уснула с ним на кровати, но, похоже, он аккуратно перенес меня на софу.

     Еще не застегнув камзол, я присела на край кровати и прикоснулась к его руке. Он не проснулся: значит, сон был достаточно крепким. Мне вспомнилось, как однажды он, будучи немного не в себе, повалил меня на одеяло и впервые осыпал поцелуями! Если бы тогда он вовремя очнулся, смогла бы я дожить до сегодняшнего дня?

     А сейчас я могу поцеловать его и остаться живехонькой! Почему-то меня это так развеселило, что я сумасбродно наклонилась и прикоснулась к его губам. Он вдруг резко открыл глаза, схватил меня за руки и повалил на кровать – прямо, как тогда – а потом вперся взглядом в мое ошарашенное лицо и… рассмеялся!

    - Попался! – задорно пробормотал Рафаэль, а я испуганно выдохнула.

    - Так ты притворялся, что спишь?!! – пробормотала я с шутливой укоризной.

    Рафаэль весь светился счастьем и был сейчас очень расслаблен. После нашего последнего разговора по душам он уже не скрывался от меня и не робел. Я вспомнила, как мы присели прямо на землю и, наблюдая красивый закат, начали вспоминать… мое прошлое!

    - Чтобы ты не волновался о моих чувствах, - начала я тогда я с загадочной улыбкой, - я расскажу тебе одну историю. Я увидел тебя, когда мне было четырнадцать. Ты проезжал мимо на своем бравом коне – весь такой грозный и великий – а мое сердце просто ушло в пятки. Я ощутил твою «атмосферу» и просто окунулся в нее с головой! С тех пор – мой доблестный генерал – мое сердце полностью принадлежит тебе!

   Лицо Рафаэля в тот вечер выражало удивление и радость. Он был польщен. Немного стыдливо пытался скрыть свое глубокое довольство и… успокоился от своих страхов.

    Эта внутренняя свобода отражалась в нем и сейчас, когда он подшутил надо мной и когда наклонился для нежных поцелуев.

    Вдруг за дверью раздался шум, и голос слуги воскликнул:

    - Господин! К вам срочно пожаловал капитан Кир!

    Рафаэль замер, все еще касаясь моих губ, но потом нехотя отодвинулся.

   - А давай сделаем вид, что нас нет? – по-детски пошутила я, но он состроил кислую гримасу, показывая, что это совершенно невозможно, и ловко соскочил с кровати.

    Мне пришлось тоже соскакивать с нее предельно ловко, потому что надо было бежать отсюда хотя бы за ширму. Я, конечно, могла бы телепортироваться в свою комнату, но мне все же хотелось послушать, с чем же таким важным пожаловал мой антипоклонник Кир Муарон.

   Я юркнула в укрытие, только там начав приводить в порядок волосы и одежду, а в покои зашел капитан.

    - Генерал! Пришел к вам сейчас не по поводу службы, поэтому разрешите говорить неформально! – отчеканил он, а когда Рафаэль дал свое согласие, взволнованно произнес:

    - Брат! У нашего кузена Канелло большая беда! Император… узнал о его интрижке со стражником и убил того на месте, а сына своего собирается упечь в монастырь на всю оставшуюся жизнь! Более того, с этого дня по всей империи Ран действует закон о запрете однополых отношений. Нарушители будут караться смертной казнью!

    Наступила гробовая тишина, а у меня от изумления расширились глаза. Что? Смертная казнь за подобные отношения? Значит… если я не признаюсь в том, что я женщина, мы постоянно будем в опасности?

     Немного отойдя от шока, я аккуратно прикоснулась к «атмосфере» Рафаэля, чтобы считать его чувства, и он милостиво меня впустил. Я увидела его напряжение, беспокойство, боль о своем двоюродном брате, страх… обо мне… Последний сиял ярче всех, сигнализируя о его глубоком внутреннем приоритете.

     Когда Кир покинул комнату, я вышла к Рафаэлю и нашла его очень задумчивым. Его рубашка была еще расстегнута, открывая взгляду мускулистое тело, волосы немного в беспорядке лежали на плечах, а лицо выражало напряжение и глубину мыслей: Рафаэль искал решение, чтобы сделать мою жизнь безопасной.

     - Рафаэль, - я протянула к нему руку и коснулась плеча. – Ты думаешь, что это действительно так серьезно, и людей начнут убивать?

    - Конечно, - со вздохом проговорил он. – Это указ императора, а значит, его исполнением займутся очень скрупулезно, - он поднял на меня тревожный взгляд и продолжил. – Нам надо быть очень осторожными отныне, ведь даже у стен есть уши…

                                                   *    *    *

      Удивительной красоты лицо, высокая прическа с золотыми заколками, узкий лиф шелкового платья, открывающий взгляду очертания соблазнительной груди – прекрасное создание скромно смотрело в пол, стоя перед Рафаэлем в его кабинете. Я стояла позади него и… изумлялась подобной красоте. Опять кольнуло завистью: даже в своих снах мне никогда не обладать ни таким лицом, ни подобными формами. Моя грудь была настолько мала, что я много лет могла успешно притворяться мальчиком, и даже когда Рафаэль прижимал меня к себе, он ни разу так и не смог прочувствовать ее сквозь одежду.

    Рафаэль развернул письмо, и лицо его резко нахмурилось. Я заглянула ему через плечо и прочитала:

      «Дорогой сын! Прошу тебя принять в дар от меня эту чудесную особу – Тамиллу, дочь министра финансов, которая станет для тебя первой, но, надеюсь, самой любимой наложницей в твоем будущем гареме! Она прекрасна, как цветок, умна, образована и будет служить тебе с великой верностью. Отказ не принимается! Это пожелание твоих родителей и благословение самого императора!»

    У меня дико округлились глаза, а сердце пропустило удар. Наложница? ОНА???

     Я испугалась. Еще раз окинув взглядом потрясающую красавицу, я… в отчаянии закусила губу. Мое женское естество взбунтовалось, наполз страх и сильное чувство… глубокой неполноценности. Я даже забыла о том, что Рафаэль может считывать мои чувства, поэтому не потрудилась прикрыть свою «атмосферу». Он тут же уловил мое настроение и испуганно обернулся ко мне.

    Потом быстро вернул бесстрастное выражение на лицо и, повернувшись к девушке, бросил:

    - Выйди и ожидай моего решения.

    Тамилла грациозно поклонилась и вышла из кабинета, потрясающе естественно привлекая взгляд к своей тонкой талии.

    Когда дверь за ней закрылась, Рафаэль снова тревожно на меня посмотрел. В этот момент я пожалела, что между нами такая глубокая душевная связь. Мне не хотелось, чтобы он видел мои страхи и терзания по поводу внешности, но он уже всё в себя впитал.

   Он начал подходить ко мне, а я зачем-то пятиться назад. Когда я уперлась спиною в стену, он навис надо мной и ласково прошептал: