Эльфийка и Орден Чистоты (СИ) - Снежная Марина

— Насчет этого можете не переживать, — улыбнулась я. — Я родилась и выросла среди людей. Так что сама иногда забываю, что эльфийка.

— Это чувствуется, — задумчиво сказал посол. — Вы более эмоциональны, чем эльфы, лишены типичного для них высокомерия. Собственно, потому птеры и желают начать более тесное сотрудничество с людьми, а не другими расами. Люди более открыты и искренни, и это нам импонирует.

— И среди людей встречаются мерзавцы, — возразил Вэйд. — Как ни прискорбно. Тот же Орден Чистоты — позорное пятно на нашей репутации.

— Понимаю, — спокойно откликнулся птер. — Потому мы и не станем спешить с активными шагами. Прежде чем изменить уклад, по которому жили тысячелетиями, стоит тщательно изучить последствия. Но ваш император отличается взглядами, которые пришлись по душе нашему правителю. Они с ним схожи в желании изменить вековые устои. Эльфы же закостенели в своих предрассудках. Уже не говоря об орках и тарнах, для которых смысл жизни — порабощение и использование других.

Некоторое время мы молчали, переваривая услышанное. Потом Вэйд тихо и серьезно сказал:

— Буду надеяться, что нашим правителям и правда удастся договориться друг с другом.

Посол внимательно посмотрел на него и улыбнулся.

— Мне бы тоже этого хотелось.

А я поняла, что в чем-то эти двое похожи. Предпочитают честно говорить о том, что думают, фальшь и уловки им не по душе. Мне было приятно, что птер оценил Вэйда по достоинству, что видно по его обращению. Для меня же сейчас главное — найти общий язык с Ларой Ар-Нил и удержать от возможных опрометчивых поступков. И почему возникает странное предчувствие, что это будет не так легко, как кажется?

ГЛАВА 23

Лару Ар-Нил мы нашли в ее покоях, удобно устроившейся на диване. Причем не так, как полагается воспитанной леди, чинно сидящей в благопристойной позе, а лежащей на животе и слегка дрыгающей ногами в воздухе. Нисколько не смутившись при виде нас, она подняла голову от книги, которую читала, и одарила приветливой улыбкой. Грациозным движением изменила позу, усаживаясь, как положено, но при этом задела книгу и оттуда выскользнул какой-то листок. Смутившись почему-то, Лара поспешила спрятать его среди страниц и поднялась навстречу.

— Добрый день, — стараясь даже не смотреть в сторону книги, дружелюбно воскликнула она. — Я только недавно говорила папе о том, что хотела бы видеть именно вас, в качестве стража рядом с собой, — сказала девушка мне, ступая навстречу легкими, почти невесомыми шагами.

Вообще смотрелась она потрясающе, даже несмотря на то, что платье в этот раз было не таким нарядным. Тоже из птерского шелка, но менее гладкого и сверкающего, темно-синего цвета. Впрочем, оно несказанно ей шло, подчеркивая цвет глаз и светлые волосы. Сложенные за плечами крылья казались белоснежным плащом, окутывающим фигуру.

— Здравствуйте, — тоже поздоровалась я. — Приятно, что вы обо мне столь лестного мнения. Правда, не уверена, что заслужила это.

Птерка беспечно рассмеялась.

— Думаю, у меня будет возможность лучше узнать вас и убедиться в своей правоте.

— Дорогая, — мягко вмешался посол, — раз уж ты не против кандидатуры Леноры Фаррен на роль твоего охранника, она будет теперь находиться рядом с тобой постоянно. В твою спальню поставят еще одну кровать, где эта девушка будет спать. Местные власти считают, что такие меры предосторожности необходимы. В городе сейчас не очень спокойно.

— Ничего не имею против, — улыбнулась Лара. — Будет с кем поболтать перед сном.

— Также позволь представить еще одного стража, которого к тебе приставят, — Дир Ар-Нил кивнул в сторону Вэйда. — Господин Садерс.

— Можно просто Вэйд, — церемонно кивнул напарник.

Девушка с интересом оглядела его и кивнула:

— Тогда и меня можете звать просто Лара. Насколько понимаю, вы с Ленорой пара?

Я едва не поперхнулась воздухом. Неужели для птеров это так очевидно с первого взгляда? Заметив мою реакцию, девушка смущенно пожала плечами.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Простите, не хотела показаться бесцеремонной. Отец говорил, что у людей это не приветствуется. Я никогда раньше не выезжала за пределы Птерии, вот и не привыкла еще, что не всегда следует говорить то, что думаешь.

— Как по мне, это не бесцеремонность, а непосредственность, — успокоил ее Вэйд. — Так что не вижу ничего страшного в том, что кто-то говорит то, что думает.

Я мысленно фыркнула. М-да, вот, кто среди птеров бы чувствовал себя как рыба в воде. Птерка улыбнулась ему еще теплее, чем раньше, и поблагодарила. Посол деликатно кашлянул и сказал, что теперь с чистой совестью может нас оставить, а у него куча неотложных дел. Вэйд ретировался вслед за ним, заявив, что его место по ту сторону двери с другими охранниками, с которыми не мешало бы тоже познакомиться.

Мы же с Ларой остались наедине, и только сейчас я почувствовала себя неловко. Несмотря на всю простоту в общении, не стоило забывать, что она дочь посла и объект, который мне поручено охранять. Слишком сближаться с ней не стоит, иначе вряд ли удастся нормально выполнять свою работу. Я должна быть начеку и соблюдать определенную дистанцию — так будет профессиональнее.

Словно почувствовав перемену в моем настроении, а вернее, скорее всего, действительно почувствовав, Лара наморщила лобик и неуверенно улыбнулась.

— Надеюсь, то, что я попросила приставить ко мне именно вас, не слишком обременительно?

— Нет, что вы, — возразила я.

— Тогда давайте без всяких церемоний, — тряхнула золотисто-платиновой гривой птерка. — И лучше на «ты». У нас вообще в речи нет другого обращения, и когда я учила ваш язык, это казалось странным.

— Что ж, если вы… если ты так хочешь, — неуверенно сказала, досадливо понимая, что мои попытки держаться отстраненно с самого начала провалились. Как-то эта девушка сразу располагала к себе, так что трудно было воспринимать ее лишь как работу.

— И вообще, чувствуй себя здесь как дома, — радушно предложила она. — Тем более что на ближайшие несколько дней, это место и правда для тебя таковым станет. Присаживайся, — Лара обвела рукой комнату, давая понять, что могу устраиваться, где пожелаю.

Я пристроилась в кресле напротив дивана и, поколебавшись, спросила:

— И долго тебе пришлось учить наш язык?

— Мне было интересно, поэтому обучение шло быстро. Примерно за полгода освоила, — оживилась птерка. — Да и вообще, удивительно, что у людей, вампиров, эльфов и орков в ходу один язык. Отец говорил, что так распорядились боги, разделив вас когда-то на разные ветви, но оставив точки соприкосновения. Буду надеяться, что когда-нибудь и птеры займут свое место в союзе народов. Многие поддерживают инициативу нашего правителя, который этого желает, и уже начинают учить ваш язык.

— Я бы не назвала то, что есть сейчас, полноценным союзом, — поколебавшись, заметила я. — Но будем надеяться, что со временем все изменится.

— Уже то, что мы все собрались здесь, в Бармине, о многом говорит, — сказала Лара. — Думаю, это один из первых шагов.

— Возможно, — не стала ее расстраивать, хотя сама имела иное мнение.

Эльфы никогда не согласятся на полноценный союз с людьми. Просто потому, что считают их ниже себя. Об орках и речь не идет. Те воспринимают другие расы исключительно как врагов. Когда птеры больше поварятся во всей этой каше, и сами поймут. Только, надеюсь, это не отвратит их от нас окончательно.

— Я так горжусь тем, что нахожусь сейчас здесь. Лично участвую в переговорах, пусть даже в качестве сопровождения отца, — призналась Лара. — Мои подруги в Птерии так мне завидовали, когда узнали, что я сюда еду.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Надеюсь, Мадарская империя тебя не слишком разочаровала? — добродушно спросила я. — А то ведь наверняка у вас ходят самые невероятные слухи о других народах. Как и у нас о птерах.

— Так и есть, — усмехнулась она. — Но меня поездка нисколько не разочаровала. Здесь столько интересного. И большинство людей хорошо ко мне отнеслись.