Моррис Уильям - Лес за пределами мира

Ознакомительный фрагмент

Уолтер спросил:

— Ты пришел сюда по своей воле?

— Может быть, — отвечал старец, — кто знает? Кто может сказать о себе: я делаю то или это по своей воле? Я просто делаю что-то, или не делаю.

— Тогда скажи мне, почему ты убил этого человека? Он желал тебе зла? — спросил Уолтер.

— Когда я убил его, я думал, что он желает мне зла; теперь же я знаю, что это не так. Это было как если бы я шел дорогою, а он встал на моем пути и не пускал меня; тогда я убил его и продолжил свой путь.

— И что же из этого вышло? — спросил Уолтер.

— Зло, — коротко ответил старик.

Уолтер молчал, старик также не произнес ни слова; на лице его появилась улыбка, немного светлая, немного грустная. Уолтер взглянул на него и спросил:

— Следовательно, это случилось потому, что ты хотел продолжить свой путь?

— Да, — отвечал старец.

— Открой же мне, что это была за дорога; куда она вела и куда бы привела, почему ты должен был следовать ей, ведь твои первые шаги были связаны с убийством?

— Этого я тебе не скажу, — отвечал старец.

И они замолчали, оба, и каждый из них не начинал разговора, потому что понимал, что все сказанное далее уже не будет иметь никакого значения.

Так прошел день, и наступила ночь; никто и ничто не потревожило их сон, а поутру, наскоро позавтракав, большая часть их отправилась со стариком на охоту, и шли они, все вместе, три часа по направлению к подножию скальной гряды, густо поросшему деревьями, орехами и колючками, тут и там виднелись могучие дубы и ясени; именно здесь, по уверению старика, водились самые крупные олени.

Охотникам ничего не нужно было объяснять, а потому, старик, указав им оленьи следы и дав несколько советов, вернулся к Уолтеру, который не имел желания участвовать в охоте, но очень хотел возобновить прерванный накануне разговор. Тот, со своей стороны, похоже, не имел такого желания, и повел Уолтера на курган или пригорок, посреди открытой равнины, поросший деревьями, откуда было хорошо видно все; но пока они шли туда, путь их лежал не сквозь деревья, но сквозь низкий кустарник, простиравшийся до самого подножия скал; и Уолтер заметил, что во всех других местах, за исключением одного, насколько охватывал взгляд, скалы казались почти или совершенно гладкими, или же иногда нависали над деревьями, в то время как в этом месте они расступались; к этой расселине полого поднимался склон или осыпь, и скрывался в ней. Уолтер долго смотрел в этом направлении, не говоря ни слова, пока старик не сказал: "Что! что такого необычного увидел ты перед собою? Что ты так пристально рассматриваешь?"

Уолтер отвечал:

— Готов поклясться, что вон там, где пологий склон поднимается к расселине в скалах, есть проход, ведущий на ту сторону гряды.

Старик улыбнулся и сказал:

— Да, сын, говоря так, ты не ошибаешься; это проход, ведущий в страну медвежьего народа; эти огромные люди спускаются здесь, когда идут ко мне, чтобы совершить обмен.

— Понятно, — сказал Уолтер; он немного повернулся, осмотрел скалу и увидел, как в нескольких милях от них дорога резко поворачивает в сторону моря, пересекает равнину и много далее упирается в бухту, затем посмотрел на север и запад, изучая оставшуюся часть каменной гряды. И примерно в центре северной части, по направлению к бухте, он заметил темное пятно на скале, видом своим напоминавшее осколок кувшина. Своим почти черным цветом оно отчетливо выделялось на сером фоне скалы.

Уолтер повернулся к старику.

— Вон там, мой друг, вон то место, которое, по всей видимости, есть проход; куда он ведет? — И он указал на него рукой; старик не проследил взглядом в указанном ему направлении, но, глядя в землю, смущенно произнес:

— Может быть, я не знаю. Не думаю, чтобы это был еще один путь в страну медвежьего народа. Он ведет в дальние земли.

Уолтер ничего не сказал; странная мысль пришла ему в голову, мысль о том, что старику все же известно об этом проходе, но он по какой-то причине предпочитает умолчать об этом, и еще — что пройдя по нему, он найдет ту странную троицу; сердце его бешено заколотилось, ему стало трудно дышать, и в течение длительного времени он не возобновлял разговора, но когда возобновил, голос его звучал глухо и хрипло, совершенно неузнаваемо:

— Отец, скажи мне, заклинаю тебя Богом и всеми его святыми, тот проход, что виден отсюда как осколок кувшина, не был ли той самой дорогой, из-за которой, как ты полагал, ты должен был совершить убийство?

Некоторое время старик молчал, затем поднял голову, взглянул на Уолтера широко открытыми глазами и произнес твердым голосом:

— НЕТ, ЭТО НЕ ТАК.

Они сидели и смотрели друг другу в глаза; наконец, Уолтер отвел взгляд; он не смог прочитать в глазах старика ни что тот видел, ни где он был; у него едва не закружилась голова. Но он был уверен, что старик солгал ему, что, оказывается, старик может так же легко лгать, как и говорить правду, — и когда речь шла об увиденном проходе, и когда он говорил об убийстве неведомого человека. Тем не менее, сделав определенные выводы из сказанных старцем слов и несколько придя в себя, он продолжил разговор, спрашивая о других вещах, не имевших никакого отношения к далекой стране за горами. Внезапно он прервался, а затем сказал:

— Отец, странная вещь пришла мне на ум.

— Какая же? — спросил старик.

— Мне пришло на ум, — сказал Уолтер, — что в той далекой стране нас могут ожидать удивительные приключения, и если мы, особенно я, вернемся назад, так ничего и не узнав о ней, то никогда не простим себе этого, потому как здесь все скучно и не интересно. Думаю, приключения стоят того, чтобы их испытать.

— О каких приключениях ты толкуешь? — спросил старик, приподнимаясь на локте и сурово глядя на Уолтера.

Тот отвечал:

— О тех, которые ожидают, если пройти вон тем путем на востоке, по которому к тебе приходят люди медвежьего народа; о тех, которые ожидают нас среди них.

Старик откинулся на спину снова, улыбнулся, покачал головой и произнес:

— Эта жажда приключений приведет тебя не к добру, но к быстрой кончине, сын мой.

— Да, и почему же? — спросил Уолтер.

Старик отвечал:

— Эти люди схватили бы тебя и принесли в жертву своей богине, которая для них подобна Магомету. И сколько бы вас ни было, они поступят так со всеми вами.

— Ты уверен в этом? — спросил Уолтер.

— В том, что вас ждет смерть? Да, — сказал старик.

— Но откуда тебе это известно? — спросил Уолтер.

— Я был там, — отвечал старик.

Уолтер улыбнулся.

— Но, насколько я вижу, ты вернулся оттуда целым и невредимым?

— Уверен ли ты в этом? — спросил старец.