Наталья Якобсон - Роза с шипами

-- Ночью в лесу все звуки кажутся зловещими, - я попытался улыбнуться, подошел к Розе и взял ее руку, чтобы поцеловать, но в этот миг откуда-то метнулся пушистый серый комок. Острые когти полоснули меня по щеке, и нетопырь понесся прочь. Не тот нетопырь, которого послал я.

-- Все в порядке, ты можешь идти, - я прижал ладонь к щеке, чтобы Роза не видела, как кровоточащая рана сама собой исцеляется.

-- А ты? - Роза обернулась на ходу.

-- Я хищник и хочу свернуть голову этому зверьку.

Дождавшись, когда она ушла, я стал прислушиваться, не раздастся ли из глубин еще один стон или мерное хлопанье крыльев. Вместо этого я услышал только тихое постукивание и бряцанье, исходящее из-под земли. Где-то здесь находилась лестница, ведущая под землю, но я не собирался прикладываться ухом к сырой, кишащей червями почве, чтобы установить точное направление. Мои гномы не стали бы работать здесь, значит это кто-то другой. Словно в ответ на мои мысли из-за вяза вынырнула угловатая, лишь немного прибавившая в весе фигура Анри. Он словно материализовался из пустоты, подскочил к пню и стал придирчиво оглядывать землю вокруг него.

-- Хоть бы платок обронила, - с легким укором произнес он. - Никогда не встречал таких осторожных девушек. Обычно у любой можно стащить хотя бы сережку, но только не у этой.

-- Что еще ты затеял? - я только сейчас вспомнил, что все еще держу в руке топор, и занес его повыше, метя в ничем не защищенную голову Анри. На нем не было шлема, хотя все остальное тело прикрывали тронутые ржавчиной латы, поэтому мне и показалось, что он пополнел. До этого он был не толще скелета.

-- Нравиться? - усмехнулся он. - Я решил, что в этих латах выгляжу более впечатляюще.

-- Разве? - мне, честно говоря, было все равно. На мой взгляд хоть в доспехах, хоть в плаще, хоть в костюме арлекина Анри оставался все тем же неугомонным борцом за свои права.

-- Ты подался еще и в разведку?

-- Разведка никогда не помешает, - с видом философа кивнул Анри. - К тому же я решил прибавить к своим владениям заброшенную сторожевую башню у самых границ и, представляешь, никто не попытался мне помешать. Самые выносливые члены моего ордена работают под землей кирками и лопатами, прорывая тоннель, и на это тоже всем наплевать. Люди привыкли жить на земле, а не под ней, так что моя задумка вряд ли представляет для кого-то интерес.

-- Какая задумка?

-- Подземный город, - победоносно сообщил Анри. - После полнолуния в твоей империи я стал чувствовать себя значительно лучше и у меня появились светлые идеи. Дневной свет слишком губителен для таких созданий, как мы, не легче ли было бы иметь запасное убежище в слоях почвы - город со множеством тоннелей и лабиринтов. Лично мне эта идея нравиться.

-- Глупая идея, - вместо ожидаемой похвалы я как обычно честно высказал то, что думаю. - Если предпочитаешь образ жизни, как у крота, то это твое личное дело. Кстати, что у тебя с рукой.

Я заметил, что одной латной рукавицы не достает и на обнаженной запястье видна глубокая свежая рана. Крови, конечно же, не было, только капли какой-то жижи, отдаленно напоминающие кровь.

-- Так, поранился о корень дерева, - Анри попытался притвориться, что рана пустяковая. - У этого дуба очень длинные корявые корни.

Он сквозь зубы процедил ругательства в сторону раскидистого вяза.

-- Есть успехи на поле брани? - с легкой иронией спросил у него я.

-- А разве они могут быть, - огрызнулся Анри. - Ты же нам не помогаешь.

Он опять разозлился. Стоило только над ним подшутить, как за этим следовала яростная вспышка гнева.

-- До встречи, - сердито буркнул он. - Я и без тебя одержу победу.

-- Как хочешь, - дипломатично заметил я и крикнул ему вдогонку. - А зачем тебе понадобилась вещь принцессы?

Он не хотел отвечать, но не без помощи моих чар споткнулся о выпирающий из земли корень и распластался на земле.

-- Вот дрянь, - выругался он, поднявшись и изо всех сил пнул крепкий дубовый ствол ногой. Лучше от этого никому не стало, только Анри поморщился от боли. Он, очевидно, забыл, что закован в доспехи.

-- В этих железяках так трудно двигаться, - пожаловался он. - Ты, кажется спросил зачем мне нужна ее вещь? Хочу опробовать одно приворотное заклятие, которыми торгует старик - предсказатель судьбы. Знаешь, самое удивительное, что он сумел предсказать эпидемию чумы в Ларах. Он рассказал о ней еще до того, как она началась, но естественно ему мало кто поверил. А теперь он говорит, что существо, которое очень любило играть на скрипке, скоро вырвется на свободу.

Анри стряхнул сухие листья, прилипшие к нагрудной пластине, при этом раздался противный скрежет металла о металл. Когда Анри разжимал пальцы, залязгала латная рукавица. Звук был еще более неприятным, чем уханье отлетевшей совы.

-- Ты хочешь узнать свою судьбу, так приходи в Виньену. Провидец вернулся, и он помнит тебя, - Анри глухо издевательски засмеялся. - Юноша с ангельской внешностью, внутри которого сидит зверь, кто это может быть кроме тебя? А существо, любившее играть на скрипке? О нем я ничего не знаю.

Он быстро скрылся за толстым стволом вяза и лязг металла, раздававшийся при его неловких движениях, тут же стих. В латах Анри был довольно неуклюж или просто пытался сделать вид, что они сковывают его ловкость. Разве можно понять, что твориться в голове у этого мошенника?

Во всяком случае, он исчез с поверхности земли, а я вспомнил о своем желании свернуть голову гадкому зверьку. Ни одна летучая мышь не решилась бы на меня напасть, если б не влияние другого сильного чародея. Для того, чтобы выяснить что к чему мне надо было всего лишь повернуть кольцо с печаткой, вернуться в Лары, и основательно встряхнуть Винсента, если он еще не успел сбежать из дома. Как ни странно он уже ждал меня на пороге и первый накинулся с упреками.

-- Ты же сам сказал, что ни один из нас не должен приближаться к этой девушке? - Винсент редко терял контроль над собой, чтобы разозлить его, надо было задеть за живое.

-- Где ты раздобыл такую послушную летучую мышь? - вместо ответа поинтересовался я.

-- Даже от службы тебе некоторые умудряются уклониться. На колокольне осталось с десяток этих мерзких тварей. Выглядят они не лучшим образом, но зато когти у них острые.

-- Кажется, ты завидуешь тому, что моя кожа не изуродована шрамами, как твое горло.

-- На тебе все заживает, как на собаке, - Винсент фыркнул и виновато опустил голову. С ходом времени и приобретением большего опыта в чародействе он сам менялся. Каштановые волосы стали еще более шелковистыми. Даже мельчайшие мимические морщинки под глазами и те разгладились, а сами глаза вместо темно-карего приобрели теплый ореховый оттенок. Смотрись Винсент хоть иногда в зеркало, он бы никому не завидовал. Правда шрамы на шее так и не зарубцевались, но ведь их всегда можно прикрыть шейным платком или жабо. В любом случае того преобразившегося Винсента, который стоял передо мной сейчас они несколько не уродовали, напротив добавляли его личности некоторую таинственность.