Александр Анфилатов - Зеркало мира

Ольга, смерив Ярослава взглядом и садясь в кресло напротив, спокойно ответила:

— Шестопер здесь совершенно неуместен. Ты должен дать нам ответ, по какой причине отпустил врага, и положить конец насаждению культа твоей личности.

Она резко обрезала фразу, требовательно гладя в лицо Ярославу. Ярослав даже несколько смутился под ее напором. Обратил вопросительный взор к Олегу и в недоумении спросил:

— Я что, должен отвечать?

Тот пожал плечами, пытаясь передать смысл ситуации, что деваться все едино некуда.

— Но ответы будут не самыми приятными, что, по всему, лучше скрыть. В противном случае, последствия их разглашения могут оказаться для нас плачевными.

— Ярослав, — уверенно поддержал его Олег, — если есть, что сказать, говори, иначе мы твои действия не сможем понять, а человеку, который действует только в своих личных интересах, и к тому же тайно, среди нас не место. Говори, здесь все свои.

— Хорошо, если настаиваете, но не думаю, что мой ответ прояснит вашу позицию.

— Ничего, мы постараемся понять.

— Хорошо, вы наверно уже знаете, что за спиной Лифидца стоит некая организация, именуемая нами Асмаилитами и состоящая из представителей иного, неизвестного мира. Они, подобно нам, проникли на Трон с целью до конца непонятной, но предположительно, возродить в физическом мире свое божество — Асмаила.

Ольга и Петрович закивали головами.

— Ходят такие слухи, — подтвердил капитан.

— Олег просветил, — согласилась врач.

— В таком случае, вы должны понимать, основной наш противник — не человек. Асмаил — дух потустороннего мира, и действовать против него следует не только огнем и мечом, но и иным колдовским методом. Надеюсь, вы не против? — Ярослав взглянул на товарищей.

Те согласно, кивнули головами…

— Я уже убедился на собственном опыте, волшебство в мире Трона протекает много более интенсивно, чем на Земле. Обычный и распространенный спиритизм или рождественские гадания вызывают здесь мощный эффект и столь же сильные последствия. Попытки расколоть Лифидца обычными методами ничего не дали. Шестопер обломал об него кулаки. Следовало применить пытки, но я не посмел пойти на это. В тайне не сохранишь, а психологическая травма, которую получат колонисты при таком знании, может повредить светлому образу самой идеи переселения.

— Но ты мог делать не своими руками, — импульсивно взвился Олег. — Затем Шестопер здесь и находится, чтобы делать грязную работу за других. В конце концов, мы ему за это платим.

— Согласен, и группа поддержки во главе с Меченым есть, но сути дела это не меняет.

Приказы отдаю я как глава колонии, и ответственность все равно ложится на всех. Опосредованно, но на всех. В такой ситуации я решился прибегнуть к испытанному способу, исключающему подобный вред для общества. В просторе же он называется изгнанием бесов или экзорцизм. На земле это распространенное явление и не должно вас шокировать новизной. Как я уже ранее рассказывал Олегу, а теперь Вам, его практиковали в моей семье несколько поколений, определенный опыт имеется. Человека после изгнания, укрепляющего его беса, легко дожать, но все пошло не так, как я планировал. Из образованного магией портала появились сущность, которая и ранее нам помогала.

— Между прочим, — Ярослав обратился к Олегу, — я тебе ранее не говорил, опасаясь, что не поверишь. Этот самый демон и есть мой информатор, от которого я получаю сведения. Он обещал дожать Лифидца самостоятельно без нашего участия и потребовал отпустить, что, собственно, я и сделал. Но уверяю вас, его участи никто не позавидует, если за дело возьмется падший…

— Что за бред, — возмущенно выпалила Ольга, — и вы считаете, я поверю в эти басни.

— Придется, — уверенно заявил Ярослав, — у меня есть свидетели: Жиган, Лимон и Лопата.

Ольга возмущено фыркнула:

— Все твои люди! Да эти урки скажут все, что ты им прикажешь.

Ярослав якобы растерянно развел руками:

— Моя племянница Анна тоже вызовет у вас сомнения?

— Она ребенок…

— Извини, других нет, как‑то не догадался пригласить всю колонию.

— Мог позвать нас…

— Ну это тоже самое.

Образовалась пауза…

— Может, стоит пригласить свидетелей? — обращаясь к Ольге Николаевне предложил Олег. — Раз таковые имеются.

— А смысл? — отвечала та, пожимая плечами. — Они скажут тоже самое.

— А мы послушаем, — настоял Олег, вставая из‑за стола и направляясь к охране в дверях с намерениями все же вызвать свидетелей.

Через полчаса–час разыскали людей Ярослава и поодиночке допросили. Вопросы задавал Олег, Ольга вставляла лишь отдельные реплики. Ярослав с Петровичем, в основном, отмалчивались. Результаты не выявили серьезных расхождений в показаниях, люди говорили уверенно и явно о том, что видели собственными глазами.

— И что меняют эти расспросы? — подвела итог Ольга Николаевна, когда люди были отпущены, и отцы–основатели остались одни. — Ничего не меняют. Ярослав, если не по злому умыслу, то по глупости, совершил халатность, граничащую с преступлением, и не может оставаться у руля колонии. Ты, Олег, должен назначить другого, желательно из вновь прибывших. Кстати, Ярослав, по твоим словам, демон должен был дожать Лифидца. Он выполнил обещание и сообщил результаты?

Ярослав развел руками.

— К сожалению, до сих пор нет, но я надеюсь.

— Я вообще не понимаю, — Ольга импульсивно поднялась с кресла, всплеснув руками, — о чем мы говорим….

— Ты что‑то предлагаешь конкретное? — в свою очередь перебил ее Олег.

— Нет, но…

— Хорошо, — согласился Олег, — Ярослава мы снимем с должности, но что это даст нам взамен? Другого человека все равно нет ни среди старожил, ни среди вновь прибывших.

— С тобой прибыл человек вполне пригодный…

— Нельзя так сразу возвышать новичка, да и есть у меня сомнения…

— А Ярослава можно? — возмущенно выпалила Ольга. — Ведет себя как феодал. Уже все именуют его князем. Трон завел и сидит на нем, когда все другие стоят. Порядок установил совсем не такой, как мы планировали. Людей в колхозы сгоняет и каждой группе поручил полностью содержать тяжеловооруженного всадника. Эдак и до крепостного права недалеко и до права первой ночи. Феодализм конкретный.

Ярослава задели последние слова, обращенные в адрес его преобразований.

— Позвольте поинтересоваться, — слегка ехидно произнес он, — это какие плану я сумел поломать? Что‑то Олег мне ничего подобного не говорил. Может просветите?

— А простые планы, — импульсивно ответила Ольга, — каждый человек должен трудиться и владеть своей собственной землей и распоряжаться по своему усмотрению.