Александр Анфилатов - Зеркало мира

— Может, Славка, может. Кстати, и твоя доля там есть, и всех кто вложился.

— Радостная весть.

— Не сомневаюсь, и сам понимаешь, дело требует оборота. Отсюда следует, кому‑то придется плыть в Риналь.

— Поплывешь?

— Поплыл бы, кабы дела колонии не держали. Жалуются на тебя все, кому ни лень, обвиняют во всех смертных грехах, вплоть до прямой измены.

— Ты‑то не веришь в это?

— А как объяснить такие поступки, как союз с войо. Ну это еще куда ни шло. А заигрывание с энолами?

— Это все дипломатия, — эмоционально выразился Ярослав, — а если кто не понимает, то мозги вправить можно.

— Ну ты не очень возмущайся, резон в словах людей есть… А Лифидец? Зачем ты его отпустил? Тут даже я засомневался…

— Я его не отпускал, а то что сделал, для него хуже всякой смерти.

— А чем докажешь? Ничем! Одни слова! Так что расследования не избежать. Готовься.

— Кто расследовать будет? Отцы–основатели?

— Не важно, но отчет ты нам дашь и если не докажешь обратное, обвиним в измене. Ты не имеешь права отпускать на волю врага. Много и других, менее тяжких обвинений: в самоуправстве; в том, что учиняешь феодальные порядки. Ведешь себя как князь. К мнению людей не прислушиваешься, изнуряешь тяжким трудом…

— Ну вы еще многоженство приплетите, ходят такие слухи.

— Это уж дело твое, имей женщин столько, сколько сможешь прокормить, но тем не менее этот факт не красит тебя как главу колонии. Руководитель должен быть образцом для подражания, а не предметом пересудов и сплетен.

— На себя намекаешь? — ехидно усмехнулся Ярослав, он уже знал, что вместе с Олегом на Трон прибыла некая симпатичная девушка, и ходили слухи, будто они женаты.

— Нет, я не имею ввиду себя, — отрицательно мотнул головой Олег, — у меня иная, другая задача на Троне. Я единственный, кто способен поддержать связь с землей. Потому надежды, которые я возлагал на тебя, очень велики, и я разочарован, что приходится их терять. Меня очень нагружают обстоятельства, при которых я вынужден заниматься дополнительно делами колонии помимо своих прямых обязанностей.

— Назначь кого‑нибудь другого, — отрезал Ярослав, — я не держусь за эту должность, у меня и другие дела найдутся, — он кивком указал на стоящий рядом корабль.

— Знаю, знаю, но одобрить принятие откровенно неудачных решений не могу, а назначить другого, — нет кандидатур. Несмотря на то что я привел с собой почти пятьсот человек, заменить тебя некем. Наверное, снова всем придется управлять самому.

— Думаешь, лучше справишься?

— Не думаю, но людей надо успокоить.

Осмотрев верфи, Ярослав провел Олега по другим наиболее значимым объектам, которые переселенцы успели построить за прошедшее время. Наиболее важный из них — бывшую мельницу, теперь переоборудованную в механическую кузницу, — представлял Станислав как человек, который вложил в нее наибольшее количество сил и времени.

— Вижу, — с уважением говорил Олег, — кузница еще не закончена.

— К сожалению, — согласился тот, — еще многое следует сделать. Привод молота не готов, но столь крупные поковки пока еще не нужны. И понадобятся только к моменту отправления кораблей с товарами на полуостров Риналь. К этому времени, я надеюсь, привод будет готов, и мы сумеем отковать якоря.

— Я обратил внимание, ты сумел выделать железные связи для воротной башни. Это просто чудо, что удалось выковать их вручную.

— Дело не в чуде, — не согласился Станислав, — мы построили здание кузницы, а в ней хорошую печь в два горна. Она позволяет калить очень длинные заготовки и вытягивать арматуру.

— Много надо железа на укрепление городских построек и башен?

— Много, Олег Николаевич, очень много, а железа в обрез. Обязательно необходимо сделать значительные его закупки, иначе все встанет. Собственных запасов хватит только на якоря для одного корабля.

— Вот видишь, — обратился Олег к присутствующему в кузнице Ярославу, — еще один повод плыть на полуостров Риналь сейчас, а не в середине сухого сезона.

Ярослав, глядя на струйки пламени в кузнечном горне, отвечал спокойно:

— Корабль не готов…

— Надо было вместо строительства дворцов для заложниц и мегаронов для аборигенов все усилия сосредоточить на насущных интересах колонии.

— Не было смысла пороть горячку, — не соглашался Ярослав, — хлеб созреет только к середине лета, а до той поры и товара на продажу нет, да и кузница с кораблем поспеют.

Олег все едино гнул свое мнение:

— Товар всегда можно найти…

— Такие овощи, как путюо и рамин, — съязвил Ярослав, — кому они нужны на Ринале?

— Корабельная древесина там ценится не менее чем другие. Выбракованных лошадей тоже можно было взять как товар. Да много чего можно взять как товар.

Стремясь успокоить перепалку друзей, Станислав сделал предложение:

— Может железо в горах поискать?

Те уставились с непониманием.

— Где ты видел залежи железа в молодых горах? — выдавил из себя Олег.

— Залежией конечно в молодых горах нет, — согласился Станислав почесав затылок, — но породы, содержащие вкрапления, случаются. Следует только хорошенько поискать, эрозия превращает их в песок. Железо моют как золото в горных ручьях и реках.

— Хорошая идея, — отозвался Олег, — тебе, Станислав Тимофеевич, и исполнять. Найди подходящих людей, пусть отправляются в горы на разведку, и главное — подготовь их как следует, чтобы смогли найти…

— Да я и сам схожу…

— Нет, нет, Станислав, — отрицательно качнул головой Олег, — ты останешься в долине, займешь место Ярослава, пока он будет в плавании.

— Зачем это? — опешил товарищ. — Или больше некому за моря плыть, хотя бы тот же Ибирин — хороший моряк.

— Нет, поплывет Ярослав, — это приказ…

— Значит, ты его снимаешь с должности?

— Временно…

— А ты думаешь, как отнесутся семьи, которые с ним связаны: Агеронцы, Ласу, Навси–ла–рад. Мы, возможно, и стерпим, но они не столь покладисты. Будет бунт. Ибирин с Зеноном и пятьдесят Агеронцев горой встанут за Ярослава, он их вождь. Войо вообще после отставки Ярослава останутся не у дел… Не наделай ошибок, Олег.

Втроем они покинули мельницу и кузницу, направляясь к недалекому пруду, где строилась лесопилка. По пути разговор продолжился, но Станиславу не удавалось изменить решение Олега отправить вместе с кораблем в город Риналь Ярослава.

— Понимаешь, — убеждал Олег, — миссия слишком важна, чтобы я мог доверить кому‑то другому…

— Плыви сам! — резко отвечал Станислав.

— Тоже не могу. Надо успокоить возмущение людей после того как Ярослав отпустил Лифидца. Недовольных слишком много. Или ты тоже согласен с его действиями?