Николай Чугунов - Слово на удачу

— А, отдыхаешь, — облако подплыло ближе. — А я вот снова… летаю.

— Процедуры назначили, — с виноватой улыбкой пояснила девушка. — Вот, мокну…

— Это что, кровь? — недоуменно поинтересовался призрак, зависая над девушкой. — Это ж сколько доноров надо…

— Это клонированная, техническая, — пояснила девушка. — По крайней мере, мне так сказали. Внутрь ее особо нельзя — несварение будет.

— А у вампиров бывает несварение? — облако выпустило из себя пучок разноцветных искр. Хельга подумала: похоже, именно так призраки и смеются.

— У нас много чего бывает, — хмыкнула девушка. — А что с тобой происходит?

— Да шел кто-то, мы в кустах затаились…. Похоже, я снова уснул. Елки, когда ж это кон…

— Нет! — в отчаянии крикнула Хельга, наблюдая, как сияющее облако исчезает в иссиня-черной воронке.

— Он снова тут был, — сказала вампирша, когда Тлой вернулся с парой медсестер. — Артем, я имею в виду.

— Очень интересно, — хмыкнул врач, присаживаясь на край ванны. — Не знал, что он умеет открывать порталы. Если верить нашим агентам, Артем вообще не умеет колдовать самостоятельно. Совершенный образчик человека амагичного — ноль по любой из шкал. И вдруг — порталы…

— Он был в виде призрака. Только очень странного призрака, — терпеливо пояснила Хельга. — Сказал, что снова уснул.

— Снова? — удивленно переспросил Тлой. — А что он еще сказал?

— Ничего особенно, простой треп. Другие призраки ведут себя намного интереснее.

— Другие?

— Их тут полно, — сморщившись, пояснила вампирша. — После этих ваших чар. Прямо-таки роятся.

Врач недоуменно оглянулся, потом, сделав пару пассов, прикрыл глаза руками.

— Ничего не вижу.

— Ну правильно, — девушка хмыкнула. — Это же мои призраки.

— Неправильно, — Тлой глубоко задумался. — Становится все непонятнее, и это хорошо… Пожалуй, пора применить тяжелую артиллерию.

"Тяжелой артиллерией" оказалась увеличенная копия того агрегата, с помощью которого Хельга пыталась связаться с Артемом. Исполинское колесо лежало плашмя в бассейне, едва выступая из светло-желтой жидкости. Носилки с Хельгой медленно подплыли к центру сооружения.

— Надеюсь, все сработает, как надо, — задумчиво произнес Тлой и наклонился над девушкой, надевая ей на шею тонкую серебряную цепочку с крупным черным камнем. — Было бы обидно потерять такого перспективного сотрудника.

Носилки опустились в теплую жижу, закрепив Хельгу точно в центре колеса, которое тут же отозвалось гудением.

— Удачи. И, самое главное — не волнуйтесь.

Глава 19. Детский сад

В лаборатории резко пахло химикатами. В центре приземистого зала возвышался сколоченный из неструганых досок подиум, на котором стояла массивная клетка, склепанная из металлических полос.

— Вот наша деточка, — седой профессор ткнул рукой в установку. — Пока не работает, но…

— Долго делали? — Лена запнулась, сдерживая взбунтовавшийся желудок — "языковая таблетка" оказалась весьма гнусной на вкус.

— Всю жизнь, — профессор на миг пригорюнился, но секундой позже повеселел. — Увы, до недавнего времени нашим исследованиям не уделяли достаточно внимания, но… — старичок хитро прищурился. — О, наша императрица, прекрасная Магда! Она сразу поняла все перспективы.

— Магда?

Профессор вздрогнул, разом возвращаясь из мира грез.

— В общем, ты будешь работать со мной, — сказал он деревянным голосом. — Политики мы не касаемся. Наше дело — исследования, и только исследования.

Каморка, отведенная Лене, оказалась тесной, но, по крайней мере, здесь была нормальная кровать и крохотное окошко с отличным видом на порт.

Массивное здание Института Проблем Разума стало ее новым домом — и тюрьмой. За прошедшую неделю ей четко дали понять — пока она не расскажет все, что знает, девушке придется "гостить" здесь.

Впрочем, как вскоре выяснилось, она была не единственной "гостьей".

Кормили девушку в общей столовой на втором этаже. То, что Лену не прятали от сотрудников института, внушало девушке огромную надежду: если так пойдет дальше, она сможет наконец почувствовать себя в этом мире гостьей, а не пленницей.

В тот день Лене объявили выходной, и она позволила себе маленькую шалость. Она уже давно заприметила заросшую пылью лестницу, и все никак не могла найти времени на разведку.

— Любопытство погубило кошку, — едва слышно прошептала Лена, ныряя в дверной проем.

Зимний сад, обустроенный еще при постройке здания, сейчас пришел в полное запустение. Пол покрывала труха и пыль, скамейки скрылись под сухими ветвями — похоже, дикий виноград сопротивлялся дольше других.

Стекла, как ни странно, были все еще целы, а за ними расстилался город. Ничего похожего на Ковдель — тусклые огни под угольно-черным небом.

— Скучаете? — Лена от неожиданности подпрыгнула, как ужаленная. В дверях стоял странный парень, укутанный в цветастый плащ. Девушка, устав вглядываться в темноту, прищелкнула пальцами, и зимний сад озарил яркий свет.

— Вы кто?

— Так, гуляю, — юноша потянулся всем телом, и тут Лена заметила основную странность: гость не отбрасывал тени.

— Вампир, надо же… И какого клана?

Сейчас удивился юноша.

— Надо же, как вы быстро во всем разобрались… Только при чем тут кланы? Мы же не дроу какие-нибудь. У нас один Князь, и других нам не надо.

— Кто такие дроу?

Парень присвистнул.

— Первый раз вижу настолько дремучего человека.

— На себя посмотри, кровосос!

— Приношу свои извинения, если обидел, и ожидаю взаимности, — сказал вампир металлическим голосом.

Лена мысленно выругалась — она совсем не хотела обижать незнакомца, но, похоже, язык в очередной раз оказался быстрее мысли.

— Извините. Я не хотела.

— Хорошо, — парень расслабился. — А теперь предлагаю сменить эту романтичную, но неуютную обстановку на что-нибудь более комфортабельное.

Вампиры уютно устроились в просторном склепе в самом конце запутанной сети тоннелей.

— А тут уютно, — удивленно протянула Лена. Подсознательно она ожидала сочащихся влагой стен, каменных саркофагов и неистребимого запаха плесени. Внутри же ее ожидал уютный свет изящных светильников, диванчики напротив камина и шелковые занавеси на стенах.

— Мы любим комфорт, что тут такого удивительного? — парень недоуменно пожал плечами. — А у тебя дома по-другому заведено?

Лена задумалась. Она понятия не имела, откуда у нее в мыслях возникла эта нелепая метафора. Девушка вспомнила Лассомбру — скопище сверкающих огней на фоне звездного неба, и она едва сдержалась, чтобы не заплакать.