Юлия Винтер - Проклятые

Я оцепенела. «Теодорос?.. Этого не может быть! Друг, заботящийся обо мне с детства, человек, практически заменивший мне семью, учитель, вызывающий трепет и уважение»!

Опустив глаза, я вздрогнула. Как от внезапного холода, так и от увиденного: на мне осталось лишь одно белье, притом не в полном комплекте. Дроу по-прежнему пытался освободиться и просвещал всех присутствующих, что он с ними и их семьями сделает, когда это ему удастся.

Сжав руки в кулаки, я подняла взгляд. Не знаю, что прочел Клаудиус в глазах прикованной девчонки, но, отшатнувшись от меня, он чуть не упал и приближаться ко мне больше не старался. Свергнутая предвкушающее засмеялась. Ее смех сейчас был похоронной музыкой для всех, кто посмел посягнуть на мою свободу. Я это знала. Я помнила предыдущее ее появления. И впервые я жаждала этого! Я хотела разорвать их на мельчайшие кусочки или же, наоборот, долго убивать, наслаждаясь предсмертной агонией и болью. Это желание не было навеяно. Во мне все кричало о несправедливости, предательстве, жестокости и циничности, с которой за мной на протяжении всей жизни для чего-то наблюдали. Улыбались, хвалили, поощряли… Закрывали глаза на мои детские шалости, умилялись смелым выходкам и по-родственному так журили, рассказывая, что хорошо и что не очень… Мне пророчили великое будущее, сделали развязку на силу… Зачем?! У меня нет будущего, меня предали, я лишилась всего, что мне дорого. Я лишилась ЕГО! И тысячу раз плевать, кто является главным кукловодом, а кто мечется слепым кротом в поисках собственной выгоды! Плевать!

Из моего рта вырвалось глухое рычание. Я подалась вперед и разорвала цепи, словно тончайшую эльфийскую нить.

«Ты точно хочешь присутствовать»? — поинтересовалась Свергнутая.

Короткое «Да» — и все смешалось в сплошное кровавое пятно.

Четкие, выверенные, смертельные удары. Запах крови, сводящий с ума. Наклон, шаг в сторону, выпад, удар! Прыжок, оборот, обманный маневр, удар! Подсечь, придавить, разорвать, уйти в сторону! Метнуться, вскочить, шея…

Пальцы мертвой хваткой вцепились в горло уже умершего тролля. С трудом, заставив себя оторваться от своей жертвы, я поднялась, продолжая смотреть на еще совсем недавно бывшее живым, истерзанное тело… кого? Врага? Скорей, просто преграду… Резко обернувшись, я встретилась с застывшим, словно статуя, Клаудиусом. Бледное лицо, глаза навыкате, в них плещется страх…

— Тебе страшно? — спокойно спросила я.

— Каролина… — прошептал он, пятясь назад. Во мне проснулся азарт охотника поймавшего свою добычу и теперь решившего немного позабавиться. Я чувствовала потоки магии, разлившиеся по всему моему телу. Кончики пальцев заметно стало покалывать. Первая искра, сорвавшаяся с них, заставила мага отскочить назад. Прямо к Миану. И пусть он был до сих пор скован, но рот-то у него не заклеен! Высунувшиеся клыки опасно блеснули. Я, мстительно улыбнувшись, посмотрела в два темно синих омута и кивнула головой.

Ужасный крик боли отозвался приятной дрожью во всем теле.

«Нет! Глупая девчонка»! — Мое тело против воли качнулось вперед и уже в следующее мгновение я сама оттолкнула мага от Темного. «Теодорос должен получить доказательства! — Вкрадчиво вещала Свергнутая. — Ты должна его отпустить».

«Зачем? Какие доказательства»? — мне еще трудно было взять себя в руки и трезво оценить ситуацию.

«Глупышка, несмотря на твое яростное сражение Клаудиус подтвердит — ты не проклята! Они заблуждались»!

«Ах, заблуждались»! — начала снова выходить я из себя. — «Их заблуждения слишком дорого стоят»!

«Отпусти! Ковен должен прекратить на тебя охоту».

«Но о каких доказательствах ты говоришь»?

«Девочка, все, что надо было, он уже увидел. Верь мне»!

Я глубоко дышала, закрыв глаза.

«Я по-прежнему ничего не знаю о тебе! Как я могу верить»?

«Я докажу тебе! Ты будешь жить! Я даю тебе слово»! — голос Свергнутой затихал. Еще мгновение и я перестала ощущать ее присутствие. Досчитав до десяти, я открыла глаза.

Стараясь не смотреть по сторонам, я впилась взглядом в синие глаза. Медленно приблизившись, коснулась ошейника. Услышав щелчок, переместила руки на его запястья. Читая заклинания, я продолжала неотрывно смотреть дроу в глаза. Сминая охранные замки, я думала лишь о том, что больше всего боюсь увидеть в них осуждение. Цепи со звоном опали к нашим ногам. Я, не отрываясь, продолжала смотреть, в ожидании одних из главных слов в моей жизни. Я ждала приговора от друга. Друга, которому доверяю. Друга, который мне очень дорог и которого так боюсь потерять.

— Ка-ро-ли-на… — медленно растянул он имя, словно пробуя его на вкус. — Красивое. Тебе даже больше подходит. — Вздох облегчения, вырвавшийся у меня, побудил наследника отложить все рассуждения на потом, и он просто прижал меня к своей груди, одновременно сплетая своей магией длинную рубашку для меня.

Стон Клаудиуса заставил меня резко отстраниться.

— Миану, через несколько минут здесь будет Ковен!

— Сматываемся, — деловито предложил Темный. — А с этим что?

— Он должен донести послание, — приблизившись к лежащему на полу магу, я наклонилась и прошептала ему на ухо:

— Передай Теодоросу, что я предательства не прощаю. Винить меня не в чем. Если у него были ко мне какие-то вопросы, он мог решить их несколько иначе… Передай все, что видел. И скажи, что в следующий раз я не стану тратить свое время на болтовню, будь-то сам архимаг или демон дрызхатый! Я выхожу из Ковена!

Миануэль, уже открыл портал и теперь терпеливо ждал, пока я наговорюсь. Оглушив мага на прощание, я спросила:

— Ты знаком с диагональными перемещениями?

— Обижаешь! На мне сейчас уже нет этой гадости, — он злобно покосился на валяющиеся браслеты, — можешь полностью на меня рассчитывать.

— Твой лучший результат?

— Восемь, — гордо ответил дроу. К сожалению, пришлось его остудить:

— Плохо, Миану, плохо. За нами по пятам будет идти Ковен. Этого не достаточно. Значит, давай поделим на квадраты, через каждые два будем меняться. Сможешь?

— Постараюсь, — серьезно ответил он.

— Конечный пункт?

— Как и планировали.

— Отлично, тогда… — сердце так сжалось, что на какое-то мгновение потемнело в глазах. Руки мелко задрожали. Дроу недоуменно смотрел на меня.

— Каролина, тебя плохо?

— Он здесь. В Торсании. — глухо отозвалась я. Теперь сердце заколотилось с бешеной силой, словно призывая своим стуком того единственного, кто может услышать его за сотни миль. Того, кого я могу почувствовать среди тысяч. Того, кого видеть нельзя!

Вцепившись мертвой хваткой в дроу, я закричала: