Анастасия Пак - Путь тени

– Не об этом ли месте говорил прорицатель? – вслух высказал общие мысли Владий, – Правда, мечей что-то не видать. Может, это тайник? – он нагнулся и постучал по плите, та гулко отозвалась, гостеприимно показывая, что под ней пустота.

– И как его открыть? Поднять эту плиту мы не сможем и вдесятером, – криво усмехнулся Миробой, поворачивая голову из стороны в сторону, чтобы охватить взглядом весь круг.

Вдруг он недоуменно моргнул, краем глаза уловив туманные очертания женской фигуры и развевающиеся на ветру длинные локоны волос. Но стоило ему повернуть голову, как видение исчезло.

"Никак, померещилось".

Миробой откашлялся и открыл рот, собираясь предложить дружно обыскать округу – вдруг да обнаружится вход – как снова просвечивающее насквозь существо соткалось из воздуха и неторопливо поплыло через дальний конец пластины к высоким деревьям. Казалось, что их присутствие его ничуть не беспокоит. Ошарашенные лица друзей окончательно уверили Миробоя в том, что призрака видит не только он один.

Владий набрал побольше воздуха в легкие и громко сказал:

– Извините, вы не подскажете, как нам попасть внутрь? – легко наклонившись, он вновь постучал по плите, обращая внимание призрака на пустоту под ней.

Туманное личико повернулось к нему, необыкновенно ясные глаза взглянули так, словно только сейчас существо уловило их присутствие.

Невесомая фигурка неторопливо подплыла к ним, становясь все более четкой. Пушистые темно-каштановые волосы рассыпались по плечам хрупкой девушки, и она изящно качнула головой, отбрасывая их назад.

– Кто вы? – спросил Владий, совершенно позабыв о своем первом вопросе.

– Я? – немного удивленно взглянули на воина карие глаза, светящиеся удивительно мягким светом.

Девушка чуть задумчиво огляделась вокруг.

– Я земля, мир…Весь этот мир, – прошелестел тихий голос, окутывая их невидимой пеленой. – Вы хотите попасть внутрь? – ее сила легонько коснулась их и тут же исчезла. – Да, вы действительно можете. Тогда ступайте на середину круга.

Воины послушно потянулись к центру, завороженные светом, струящимся из ее поднятых рук. И это было последнее, что они увидели перед тем, как плита треснула под ногами, обрушивая их в чернильную тьму…

Свет некоторое время поддерживал воинов, опуская их довольно плавно, но когда до дна осталось расстояние в два человеческих роста, поддержка исчезла под зубодробительный звук обрушившихся тел…

Миробою повезло меньше всех: он едва мог вздохнуть под тяжестью навалившихся на него друзей, выдавивших из его легких весь воздух.

– Выберемся – убью старика, – прохрипел Титамир, сползая на земляной пол. – Прямо на запад, значит, чтоб ему…

Задрав голову, Миробой взглянул вверх:

– Высоковато. Ну ничего, не из такого выбирались. Наверняка где-то здесь есть выход.

– Подожди вылезать, – окрикнул его Владий. – Осмотрись кругом – одни скелеты, но все при оружии. Здесь нечто вроде древнего могильника. Наверное, именно его имел в виду Ворон.

В темноте белели где целые скелеты, а где мешанина из костей, черепов людей и животных, а кое-какие из останков и вовсе, казалось, не принадлежали ни тем ни другим. Воины подошли ближе и отшатнулись. Пустые черные глазницы зажглись голубым светом, кости рук затрещали под тяжестью протянутого оружия.

– Берите, воины, – произнес надтреснутый голос. – Наши мечи закалены в смертельных схватках. Они обороняли нас до последнего и лишь людская глупость похоронила их в этом подземелье. Выкованные для решающей битвы, пусть служат вам верой и правдой, – взор потихоньку тух. – Им предсказано поразить Спящих и Убийцу, да будет так, – и скелеты рассыпались в прах, уронив оружие в подставленные ладони.

Меч Владия, длинный, узкий, полупрозрачный, как горная река стоном отозвался на прикосновение и сильнее вжался в ладонь, по лезвию пробежали и исчезли священные руны. Миробою достался широкий двуручный, на рукояти полыхнул кроваво-красный рубин, а меч Титамира, огромный и тяжелый на вид словно бревно кольнул пальцы хозяина теплом.

– Славное оружие, – нарушил молчание богатырь. – Само в бой просится, из пальцев рвется. Но и старое заслуживает почет. Оно не раз спасало мою голову, пусть же останется здесь, рядом со славными витязями. Примите и вы наш дар, друзья, – с этими словами он опустил свой меч на землю, за ним последовали спутники, также отпуская верное оружие со словами благодарности.

Костяная пыль резко уплотнилась, превратившись в три кисти, крепко обхватившие ножны, земля нетерпеливо задрожала и пошла вверх, поднимая людей к солнцу. Оказавшись на поверхности воины с наслаждением вдохнули чистый лесной воздух и бросили прощальный взгляд на кости мертвых витязей. На их глазах они втянулись в почву, навеки спрятав дары, пока те вновь не понадобятся Свету. Воины медленно побрели обратно, мечтая побыстрее оказаться в Веалоне.

– Эх, обманула нечистая сила, – не обнаружив коней, рассвирепел Титамир и набрав в грудь побольше воздуха, прокричал. – Эй, леший! Не вернешь коней, весь лес разнесем, а начнем с этого дерева, – он размахнулся, но меч словно сам выскользнул из пальцев и одним ударом свалил вековой дуб, оставив чистый ровный срез. Описав в воздухе петлю, аккуратно возвратился в руки владельца. Тот, не моргнув глазом продолжил. – А ну вылезай, нечисть проклятая!

– Неужто живые? – удивленный голосок раздался со спины. – Ну, молодцы! Не ожидал.

– Не ожидал?! – с развороту заехал ему по уху Миробой.

Человечек резво отпрыгнул и вскарабкался на соседнее дерево. Свесившись с верхушки, обиженно глянул вниз, потирая покрасневшее ухо.

– Связываться с вами… как что, сразу драться. Нет, чтобы попросить, мол, верни, лесовик, животинку, – обиженно прошелестел он. – Ну куда нам. Воспитания хватает только кулаками размахивать. Нате, заберите, и вон из леса, а то так запетляю, вовек не выберетесь! – наоравшись, леший махнул рукой и около дерева появились кони.

– Только попробуй от дороги закрутить, – погрозил ему кулаком богатырь. – По миру пустим.

– Ладно, не так просто я сторожем нанялся, – призналась нечисть. – Думал, сгинете, а я запасов на зиму сделаю. Люди совсем обнаглели, раньше, как в лес зайти, корову зарежут и тушу мне оставляют, а теперь суются почем зря, без стыда и совести лучшие деревья рубят да еще и оскорбляют. Прошлую зиму кое-как протянул, а эту, видать, совсем не переживу.

– Что ж не наказываешь? – помягче спросил Миробой, – Одного, другого в болота бы завел, притопил малость и отпустил, чтоб с жертвой вернулся. Леший все таки, хозяин леса.

– Думаете, поможет? – с надеждой взглянул он на воинов.