Александр Гарм - В щупальцах дракона (СИ)

— Я прекрасно все понимаю, — заверил её Андрей.

— Замечательно, — сказала женщина, — Но самый главный пункт нашего плана — мы с вами, лапочка, должны остаться в живых. Это самое главное. Я знаю, вы молоды и кровь ваша играет от ощущения опасности. Но поверьте, мертвыми мы ничего не добьемся — я не подпишу договор, а вы уже никогда не увидите свой родной дом.

— Безусловно, — вновь согласился Андрей.

— Я говорю это, потому что вы должны понять, — понизила голос женщина, — Мы сделаем всё возможное, чтобы извлечь выгоду из происходящего. Попытаемся в тайне увезти несколько действительно видных персон — одного — двух — и доложить обо всем лордам Манавира. Но не будем делать никаких глупостей.

— Я не совсем вас понимаю, мон эстра. Зачем вы говорите мне это?

— Потому что вы, Андре — авантюрист, — отрезала женщина, — Да, и не пытайтесь меня обманывать. Добрые люди не тонут в море Рифов… Дворец губернатора битком набит золотом и другими сокровищами, которые рано или поздно попадут в руки медведей. А еще там не менее дюжины девиц, готовых на все, лишь бы спастись с проклятого острова.

И вдвое больше солидных людей, которые будут обещать вам земли и еще черт знает что…

— Я все еще не могу понять, к чему вы клоните, ма эстра, — улыбнулся Андрей.

— Скажу предельно прямо, Андре, — серьезным тоном сказала посол, — Будем действовать по моему плану. С моим покойным мужем я бывала в подобных переделках бессчетное число раз. И, как видите, ещё жива. Так вот — попытаетесь сорвать мой план или выкинуть в замке какую‑нибудь штуку, мой сладкий, и я лично вас пристрелю.

С этими словами она извлекла из складок плаща громадный кавалерийский пистолет, больше напоминавший карабин без приклада.

— Ну, это лишнее, эсса ди Бруне, — снова попытался улыбнуться Андрей, — Я буду делать все в точности так, как вы прикажете.

— Чудесно, — ответила женщина, расплывшись в хмельной улыбке, — Я знала, что могу на вас рассчитывать Андре. Иначе бы ни за что не взяла с собой.

Андрей задумчиво покрутил в руке вилку.

— Кстати об этом, эсса ди Бруне, — сказал он, — Зачем я вам здесь?

— Потому что мне известно о вашем даре, Андре, — ответила она, — Мы с вами провели на одном корабле столько времени. На таком расстоянии магу моей квалификации не составляет особого труда следить за всеми изменениями в эфире. Манипуляции с материей всегда оставляют следы, а то, что вы делаете — это действительно потрясающе. Я абсолютно не знаю, как вам это удаётся и, мне кажется, этого не знаете даже вы.

— Бог с вами, эстра Феличиана, ничего подобного я…

— Оставьте, — оборвала его она, — У нас ещё будет уйма времени поговорить о ваших способностях. Прямо сейчас мне нужно лишь одно — помощь в нашей небольшой операции. Нужны ваши глаза.

Андрей побледнел.

— Во имя всего святого, Андре! — воскликнула женщина, — Прекратите считать меня ведьмой, мечтающей съесть вашу печень! Да, я давала вам непроверенные микстуры…

— Микстуры? То есть эликсир Марштейма был не единственным препаратом?

— Ну конечно, — она жестом остановила его, — Послушайте. У меня почётная медаль Рейвенолской Академии, я прекрасно понимала, что делаю. Ваш потенциал огромен — от ложки соли река не станет морем, Андре.

Он улыбнулся. Особых причин не доверять словам посла у него не было.

— Что именно от меня требуется? — спросил он.

— Следите за городом Андре, — сказала она, — Мы отправимся в самую гущу неприятеля и мне понадобятся все глаза, что у вас есть, для того, чтобы обойти их.

— Тут небольшая сложность, эстра посол, — заметил он, — Не знаю, известно ли вам — я не могу следить за всем и одновременно оставаться в своём теле.

— Чепуха Андре, — воскликнула Феличиана, — Это простейшая задачка на разделение внимания. Маги валились бы без сознания каждый раз, когда творят чары, если бы не умели деконцентрировать эфирное эго. Это простейшее упражнение! В Академиях ему начинают обучать детей в пятилетнем возрасте…

Она замолчала и виновата поглядела на него.

— Ну да, вы же никогда не занимались магией прежде, — сказала она, — Простите, мой мальчик, я совсем забыла.

— А вы можете научить меня? — спросил он.

Мелодия внизу переменилась и музыканты затянули грустную песню, которую быстро подхватили посетители. Что‑то про рыбака, ушедшего в море.

Феличиана отодвинула тарелки в сторону, расчищая место.

— Положите ладони на стол, Андре. Разведите их в стороны так, чтобы одним глазом видеть лишь правую руку, а другим — левую. Вот так. Теперь пошевелите ими, не отрывая предплечий от стола, одной возьмите вилку, другой троньте бокал. Двигайте ими одновременно и независимо. Не так сложно, правда? Теперь закройте один глаз и попробуйте увидеть эфирную проекцию руки. Вы уже бывали там, труда это не составит.

Андрей прикрыл правый глаз. Сначала угол обзора сузился, в поле зрения оставалась лишь одна ладонь. Он попробовал углубиться в астрал, не теряя связи с реальностью, однако ничего не получалось.

— Не так, Андре. Не нужно сразу нырять глубоко. Просто увидьте ладонь на столе, и сам стол.

Он попытался вновь и через некоторое время увидел размытые очертания ладони и нож, лежавший неподалёку. Он потянулся и без труда взял его. Столовый прибор всё ещё был вне поля зрения его открытого глаза, но он каким‑то образом мог видеть его.

— Отлично, Андре, — сказала Феличиана, — Теперь то же самое, но правым.

Женщина давала ему одно упражнение за другим и он пытался их выполнять. Минул час. Вскоре появились их телохранители, промокшие до нитки и порядком замёрзшие. Посол отправила их вниз, сушиться у камина, и велела Хильге накормить двоих как следует. После чего вернулась к нему.

— Теперь, Андре, попробуйте взгянуть на кружку одновременно своими и моими глазами.

И он вновь приступил к упражнениям.

У него кружилось голова от того, что он усвоил за этот вечер. Всё казалось слишком простым и слишком сложным одновременно. Прошла ещё пара часов, прежде чем у него получилось, но Феличиана всё равно осталась недовольна.

— Достаточно для начала, — сказала она наконец, — Надеюсь, этого нам хватит. Но продолжайте упражняться в дальнейшем. В идеале, Андре, вы не должны жмуриться, делать смешные рожицы и поминутно терять сознание. Всё должно выходить легко, органично и незаметно для окружающих.

Легко и органично. Просто только на словах. Даже после приёма зелья и суеты на острове, когда он пытался вывести друзей из западни, Андрей не чувствовал никакой усталости, сейчас же он буквально с трудом удерживался на стуле. Ему хотелось просто упасть и уснуть. Пребывание в физическом и астральном мирах единовременно требовало огромных усилий. Он от души надеялся, что во время ночной вылазки не потеряет сознание и, вместе с тем, не утратит связи с Огнями. Так он про себя назвал эфирные сущности, управлять которыми у него так легко получалось в состоянии транса. Дар или проклятие, именно они были корнем его дара.