Добрый - Дмитрий Дмитриев

а от души вдохнул, подсознательно стараясь загасить разрывающее лёгкие пламя. Вдохнул и даже не закашлялся. Напротив, вода из реки принесла долгожданное облегчение. Облегчение и успокоение. Успокоение и столь необходимый моему бренному телу кислород. Я мог дышать, и почему-то меня это не удивляло. Вот ни капельки. Словно я всегда это мог, а вот потом просто позабыл про это и долго этим не пользовался. И именно в тот момент, когда я понял, что утопление мне не грозит, та самая сила, которая удерживала под водой, беспардонно вытолкала меня на берег.

— Смотри, Хлоя, какой синенький.

— Прямо загляденье. Глаз не оторвать.

— Предлагаю так и зафиксировать. Пусть народ радует и веселит.

— Я сейчас кому-то зафиксирую по мягкому месту. Такой колер наведу, что и показать не стыдно будет. Вот только спать придётся стоя или на животе.

— Мара, мне кажется, что нам кто-то хамит.

— А мне, Хлоя, кажется, что нам кто-то угрожает.

— Хамские угрозы — это, наверное, уже чересчур.

— А угрожающее хамство — вообще ни в какие ворота.

— Продолжим макать?

— Продолжим.

— Отставить макать кап…

Договорить я не успел. Остатки знаменитой в моём мире фразы вырвались из меня с изящным бульканьем и скрылись вдали нечленораздельными переливами. Я же рванул совершенно в другую сторону. Поглубже и подальше от разбушевавшихся ведьмочек. Думать о причинах внезапно отросших у меня жабр или трансформации моих лёгких в энную субстанцию, способную регенерировать кислород из водной среды, у меня не было ни желания, ни подобающего настроения. А вот поиздеваться кое над кем, уже изрядно доставшим меня, желание было. Огромное желание, прямо-таки неугасимое.

Прильнув ко дну, я ухватился за водоросли и, перебираясь по ним, стал медленно передвигаться к противоположному берегу. Мой мозг упорно выдавал картинку деревьев, похожих на земные ивы. Наверное, успел их срисовать, когда меня макали в воду. И вот эти «ивы» с усердной флегматичностью поласкали свои многочисленные веточки в водах реки, создавая приличный маскировочный шатёр над тем берегом. Если удастся незамеченным пробраться под этот шатёр, то можно поиграть в утопленника и вдоволь насладиться паникой.

Конечно, это форменное издевательство над несчастными девицами. Но видит бог, не я эти издевательства начал, и не мне их заканчивать. Да и не такие эти девицы несчастные. Те ещё язвы, мегеры и прочие порождения женской зловредной фауны. И если банальной грубой силой противостоять их издёвкам не получается, то поиграем на девичьих эмоциях. Посмотрим, как эти крутышки будут рвать на себе волосёнки от ужаса за содеянное.

— Куда крадёмся?

Вопрос прозвучал настолько неожиданно, что первые секунд двадцать я не придавал ему значения.

— Ещё раз глухим прикинешься, ущипну за то, что ближе всего к поверхности.

Мои глаза непроизвольно посмотрели на это «ТО», и я решил от греха подальше припрятать это место, банально сев на него.

— Умный, да? Мне без разницы за что щипать. Могу и за ухо.

Я инстинктивно закрыл уши ладошкам, но через пару секунд снова вцепился ими в водоросли, поняв, что всплываю на поверхность. А это в мои планы не входило, даже несмотря на агрессивную слуховую галлюцинацию. Чем-то иным это быть просто не могло. Поскольку в пределах видимости ничего, способного разговаривать, не наблюдалось. Если только говорящие водоросли. Но тогда они давно бы уже цапнули меня за руки, с учётом того, как ни милосердно я их сжимаю в ладонях.

— Головой можешь не вертеть. Всё равно не увидишь, пока. Да и сам можешь расслабиться, с берега тебя тоже не видно — я щитом невидимости прикрыла. Поговорим?

— Как поговорим, когда не известно с кем? — выдал я закономерный вопрос. И вместе с вопросом из меня вырвался внушительный пузырь воздуха, неизвестно как оставшийся в моих лёгких.

— Не булькай, всю позицию демаскируешь! — возмутилась непонятно кто. — Мозгом разговаривай. Как дитё малое, честное слово.

И эта мои мысли читает.

— Точно дитё. Нашёл чему удивляться.

— А что, не должен? Мне тут недавно некоторые утверждали, что прочесть их невозможно.

— Это те, которые сейчас по берегу сломя голову носятся?

— Они, — подтвердил я, вглядываясь сквозь водную толщу.

— Врут безбожно. Нельзя быть таким доверчивым. Для здоровья не желательно.

На берегу меж тем разворачивалось именно то, что я и ожидал увидеть. Нет, массовой паникой это было назвать ещё нельзя. А вот зарождающейся истерикой вполне. Кажется, Хлоя с Марой уже вполне прочувствовали результат деяния рук и лап своих и теперь активно обвиняли друг друга в моем преднамеренном утоплении. Жалко, что звук под водой выключили, интересно было бы послушать — для общего непристойного развития.

Впрочем, пререкались они недолго. Наверное, решив, что матом делу не поможешь. А вот действием помочь ещё ох как можно. Первой была Мара попыталась с разбегу рыбкой сигануть в реку. В последний момент её за лапу поймала Хлоя. Сила инерции, естественно, не преминула воспользоваться своим правом, и обе ведьмочки шлёпнулись в воду у самого берега, подняв тучу брызг. На этот раз мне даже показалось, что отборный мат сумел преодолеть водное сопротивление. Или моя фантазия дорисовала звук? Настолько красноречивы были мимика и жесты мокрых девиц.

— Да, спасатели из них конечно… — изрёк меж тем голос. — Ты уже раз пятьдесят утонул.

— Бери